Страница 67 из 308
Сто пятьдесят лет назад второй Государь взошёл на престол. Шестьдесят лет Метрополией за него управляли министры, пока он, Огонь ненасытный, сын Восставшего-из-пепла, вёл бесконечные колониальные войны. Его личная гвардия состояла из модифицированных, да и сам Государь наводил трепет на аборигенов отсталых миров – сталь и синтетические мышцы. Безжалостен и безрассудно отважен он был. «Ничего человеческого в нём не осталось, всё сожрал Фениксов огонь», – шептались приближённые.
Они ошибались. Люди с высоким процентом замещения бионикой часто бесплодны, так как искусственные стимуляторы нарушают гормональный баланс. Со вторым Государем всё было не так. Церковь объявила это чудом Триады. Государь пользовался этим чудом неумеренно.
– Так-так-так, деда, погоди, – замахала руками княжна Морруэнэ.
Поликарп Игоревич послушно прервался.
– Я пытаюсь уложить в голове ситуацию. То есть: «эй, я модификат по яйцы и оставил себе их и органического дружка, чтобы чпокать туземных наложниц?»
– Гибриды обладают даром всё опошлить, дитя, но, в целом, ты права.
Морруэнэ захихикала.
Тридцать и три жены было у Ненасытного пламени в колониях – исследователи считают, что он придерживался философии мономирцев, основной постулат которых гласит: «всё в других мирах не существует, пока я в этом».
– Типа: «если жена в другом мире, её всё равно, что нет»? – ухмыльнулась княжна. – Ай да красава деда, и философскую базу подвёл!
– Можно интерпретировать и так, Морру. Нам сюда сворачивать?
В эльском посольстве назревал очередной приём, куда настоятельно зазывали родителей княжны. Морруэнэ догадывалась, чем дело пахнет. Знакомство родителей с родителями. Невообразимая, мхом поросшая, бессмысленная скукота. Ресто с Элоиз посчитали так же, навыдумали себе кучу неотложных дел в представительствах «Олдвэйтрэвэл компани» и с подозрительной поспешностью покинули альфу. Бабуля Немезида, по словам деда, принялась заламывать руки, что «снова взялись за порочную практику сбагривать девочек всяким чертям иноплановым», и она этому потакать не будет. Показывать в качестве родственников многочисленных черномазых кузин и кузенов Ресто было и вовсе неприлично. Отдуваться за всю родню пришлось Поликарпу Игоревичу.
Пока они с Морру шли от парковки до посольства, он счёл своим долгом вправить внучке мозги, дабы она осознала важность заключения союза с эль. Начал почтенный профессор, по своему обыкновению, настолько издалека, что княжна давно потеряла мысль этого увлекательнейшего повествования.
– Так что там с этой оравой жён?
Всех детей от них второй Государь официально признал, всех богато одаривал. Осенью две тысячи сто восемьдесят пятого Ненасытное пламя отошёл в невечерний свет Триады. В столицу слетелись сорок раззолоченных коршунов – рвать на части наследство отца. Грянула Смута. Сыновья истинной царицы – Алексей и Михаил, скрепя сердце, пошли на сговор со своим троюродным братом – Великим князем Кириллом. Он в наследники-то не метил, происходя из рода младшей сестры Восставшего-из-пепла – безумной Предсвятой Евангелины. Зато был хорошо знаком с нелюдем Нэрто – владельцем и основателем «Олдвэйтрэвэл компани» и дедом твоего отца.
– Мы когда-нибудь дойдём до сути? – тоскливо вздохнула Морруэнэ – генеалогия вгоняла княжну в сонливое оцепенение.
– А мы когда-нибудь дойдём до этого треклятого посольства? – проворчал Поликарп Игоревич, утирая лысину в точках пигментных пятен – солнце палило нещадно. – У меня уже колени разболелись.
– Там болеть нечему.
– Они фантомно. В общем, к сути…
Всю осень длится траур. Коршуны клёкочут на бесконечных сборах, требуя разделить Метрополию, чтобы сесть местячковыми царьками в родных мирах. Одновременно с этим в подозрительно короткие сроки «Олдвэй» на не пойми откуда взявшиеся средства скупает акции фирм-конкурентов, и… переводит все контура Внутренней цепи в режим охлаждения, отрезая альфу от колоний. В Москву входят сибирские дивизионы, верные Алексею и Михаилу. Посты межпространственных переходов защищают от прорыва гарнизоны черномазых головорезов с омеги. Наследников берут тёпленькими.
Кирилл лично казнит мятежников. Он становится третьим Государем в обход троюродных братьев – у них прав наследования больше, но они безмолвствуют, довольствуясь титулами Иерофанта и Князя-Протектора.
– Вот и доверяй после этого тихим учёным-математикам, которые хороводятся с нелюдями, – кощунственно усмехнулся профессор, блеснув линзой над правым глазом. – Слава Триаде, наконец-то дошли.
Последним из мятежных наследников сдаётся младший брат Кирилла, Деметр – этот поднимал Смоленщину на то, чтобы отколоться от Москвы, но восстание подавлено.
Княжна приложила свой жетон к идентификационному слоту, и калитка ворот посольства противно запищала, приглашая войти. В здании царила блаженная прохлада.
– Деметра казнили, но его единственной дочери – моей матери, твоей прабабке – сохранили титул и малую толику имущества. Мы – потомки предателя, Морру. Мы искупаем его вину поколениями. Нашу верность проверяют самыми сложными делами.
Морруэнэ закатила глаза и поспешно оскалилась знакомым лицам из эльской делегации. Ага, конечно, деда весь измучился перекладывать бумажки на кафедре – более пыльной, простите за каламбур, работки не сыскать. Эх, макияж бы подправить после уличной жары, но знакомые все лица из эльских дипломатов вежливо, но твёрдо приглашали гостей поторапливаться.