Страница 263 из 308
Техник ноосферного соединения беззвучно шевелил губами, пальцы его замирали в задумчивости над клавиатурой… а потом техника клинило, и он с бараньим упрямством тыкал в экран. Экран Тенса игнорировал, чем вызывал шквал экспрессии, в котором фигурировали Святые Избранницы, предававшиеся нетрадиционным сексуальным практикам с инженерами нечистых. Потом техник склонял так и эдак засорившуюся крошками клавиатуру, шум системного блока и ещё с десяток вещей по настроению.
Арчи лениво гадал, когда затянувшаяся фаза отрицания нынешнего положения дел у арджемес перейдёт в фазу оптимизации рабочего процесса.
– Смотри, – продолжил Арчи, когда поток брани захирел ручейком еле слышного бубнежа, – в наших условиях можно развернуть сигнальную систему, которая предупредит о пересечении границы ну, скажем, полусотней биологических единиц?
– То есть, ты вздумал щит тянуть… Двадцать Третий! – гаркнул Тенс.
– А?! – отозвался из-за стены Двадцать Третий Тенс.
– Мамку на! Сколько у Галатеи сейчас всего по площади выходит?
Техники с нескрываемым презрением выслушали прогрессивные идеи Арчи о том, что на альфе называлось «опен спейс», и предпочли по старинке орать каждый из своего угла. Когда-нибудь Арчи или Самарин-Троицкий, конечно, снизойдут с объяснениями, как настроить на терминалах конференц-связь. Когда-нибудь, когда техники начнут проявлять больше энтузиазма и благодарности касательно того, что их не бросили в Аззах-Кермиле в качестве сырья для гомогенизатора.
– Под тысячу сот-стандартов!
Шестьдесят Второй присвистнул:
– Богато живёт… в общем, – он положил подбородок на сложенные домиком руки, – у нас даже стольких эмиссеров для оцепления не найдётся… а примерный вектор нарушения границы и слепки сигнатур хотя бы есть?
– Если только очень примерный, – с неохотой признал Арчи.
К западу от разрушенного контура? Но снег лёг недели три как, а большой отряд не пушинка, должен оставить хороший след по такой погоде, но – в чём и загвоздка – не оставил. Они могут быть где угодно. Катастрофичное положение? Нет. Но определённо, тревожное.
– А сигнатуры… ну, там полно модификатов, это поможет?
Тенс поморщился с видом страдающего профессионализма:
– Двадцать Третий!
– Что?!
– Вот я своё активное рабочее время трачу в этой нечистой дыре на «что», – посетовал Шестьдесят Второй.
– Я иногда думаю, что большую часть существования нечистых занимают отчаянные вопли «что?» из разных концов вселенной. К этому надо привыкнуть, – философски заметил Арчи.
Его упрёками на техническое обеспечение не пронять. Вероничке не удалось на покупку новых терминалов раскрутить, а Тенсу и подавно ничего не светит.
– Так что у вас там, сукины дети?! – провыли из-за стены.
– Сигнатуры местного населения на какой процент в базу загнали?
– На маленький! Не хочет оно в базу!
Самарин-Троицкий упоминал, что местные нервничали при словосочетании «перепись населения» ещё когда этим пытались заниматься агенты альфы, а уж когда за дело взялись «муравьи Заоколотного мира», как соплеменников Арчи называли здесь, народная истерия достигла апогея. Версии «копирования души» и «списков скота для мирового рептилоидного правительства» соревновались в популярности. Высокоранговые особи старательно оруколичивались, высмеивая абсурдные страхи, но добились только укрепления веры рабочих особей в правительственный заговор.
– Видишь? – Шестьдесят Второй демонстративно развёл руками. – Пока всех, проживающих на территории Галатеи, не учтём, твой план затевать бесполезно: плюс-минус полсотни будет в порядке статистической ошибки плавать.
Арчи досадливо цокнул. Морруэнэ не питала особых надежд, что мозгляки помогут с обнаружением неуловимой роты, но Арчи взялся за это дело с особым азартом: ему казалось, он именно тот человек, который может заставить мозгляков помочь.
От позорного признания несостоятельности плана Арчи спас Зауриэль, протиснувшийся в каморку Шестьдесят Второго и процедивший: «перетереть надо». Арчи величественно махнул рукой Тенсу, призвав продолжать работу.
Арчи и Зауриэлем вышли на улицу. Медленно падала с белёсого неба снежная взвесь, запорошив запаркованную у сарая оболочку Шестьдесят Второго: со времён трагического разрушения та возродилась мощнее и угловатее – местные вместе с Сетами сварили для неё новую раму… а Тенс всё кочевряжится и набивает себе цену, утверждая, что они все мало получили от Галатеи. Тенс быстро забыл, что она им много и не обещала.
– Арч, дай металлолома, я знаю, у тебя лишний есть.
Зауриэлю Морруэнка, видать, тоже много не обещала.
Арчи строго напомнил аэлву о его крайне плохой кредитной репутации.
Аэлв сделал оскорблённое лицо:
– Так я для себя, что ли? Это для Баэльки, ей с партийными старпёрами рассчитаться. Должен же я ей помочь: и мне не западло, и ей приятно. Хотя, – Зауриэль выдержал театральную паузу, – я, типа, не ожидаю понимания от чудилы, для которого всё многообразие шур-мур сводится к унылому передёргиванию на О…
Эти шутки уже поднадоели. Арчи хлопнул аэлва по плечу, кажется, немного притопив того в снеговой грязи, и доверительно поведал:
– Есть у меня девушка. Просто я не тащу её во всякие опасные походы и не требую разруливать мои проблемы.
– Ты её только что выдумал, чтобы выставиться ещё большим святошей, свистун, – Зауриэль сердито встряхнулся.