Страница 237 из 308
Самарин-Троицкий помотал головой. Посмотреть на него, так он решил дилемму «блевать или бежать» в пользу второго.
Ну и ладно, без него как-нибудь обойдётся. Морруэнэ зашла за кафедру, встала на колени, нежно похлопала тело администратора в поисках ключ-карты. Есть!
– Зачем ты это сделала? – Лёвушка подошёл ближе.
На нашивке серо-синей куртки администратора красовалось неуверенной в собственной уместности кириллицей «Дримлаiн». Не на слуху название. Фирм развелось как грязи, каждый внучок сказочно разбогатевшего в колониях удачливого «прогрессора» двадцать второго века норовит купить себе лицензию, контур и играться в логистику.
– Денег не хватит их перекупить, – буркнула Морруэнэ, поднимаясь. – Контурщик Внешней цепи – одна из самых высокооплачиваемых профессий, – и самых опасных. Ребята должны были знать, на что идут. И нечего местных в охранку нанимать, сами виноваты. – Так и будешь мне свет застить?!
Лёвушка отскочил в сторону. Морруэнэ удовлетворённо кивнула. Не можешь ничего – хотя бы не мешай.
– Что мне делать? – твёрдым голосом спросил Самарин-Троицкий, вставая за её плечом.
Вот это уже другой разговор.
– Времени мало, так что рассказываю кратко, – Морруэнэ скормила терминалу ключ-карту. Тот довольно уркнул, сожрав белый прямоугольник. Выскочила проекция экрана загрузки. – Сейчас Совмещение: то есть, этот контур на эль попал в связку с контуром на альфе. Они в ближайшие дни будут типа как стёкла на концах калейдоскопа, где тубус калейдоскопа – условная червоточина, стабильный переход, – она сделала вид, что держит в руках тонкий цилиндр. – Но сезон сейчас дохлый, так что желающих ломиться с той и другой стороны нет. Поэтому дежурный оператор каждый час-полчаса посылает зашифрованный сигнал на ту сторону, что контур на этой стороне активен и готов к работе.
– А теперь сигнал не пройдёт, – упрекнул Самарин-Троицкий. Истинный гуманист, он наверняка выдумал что-то изящное (под угрозой пыток заставить контурщиков подтвердить запрос Метрополии, что работа идёт в штатном режиме, например). – Сюда вломится вся королевская рать альфы, и нам конец.
– Первое верно, второе нет, – кивнула Морру. Пальцы, зависшие над виртуальной клавиатурой, сводило от напряжения. На экран посыпались колонки характеристик рамы. Действительно неплохая пропускная и сечение дай боже. Такая дура на столь вяленьком направлении вовсе не нужна. Либо владельцы крошки-фирмы, которым принадлежит Пост, думают, что хороший контур – большой контур, либо надеются хапануть тендер на готовящуюся переброску войск. – Я не знаю, как давно они посылали этот сигнал, и как скоро он понадобится. Но смысл в том, что нам нужно, чтобы на той стороне не дождались сигнала. А теперь твоя задача, – быстро добавила она, пресекая рубрику глупых вопросов. – Принюхайся: хомяками пахнет?
Самарин-Троицкий одарил её крайне скептическим взглядом.
– Я тоже думаю, что нет. Дуй в контурный зал, ищи там металлическую хренотень на тонких ножках, – Морруэнэ зависла в поисках понятного и близкого Лёвушке размерного эталона, – с козу размером.
Самарин-Троицкий бочком, по-крабьи, обошёл тело контурщика и скрылся в соседнем зале.
– Перчатки только не вздумай снимать, нам тут «пальчики» нигде не нужны! – проорала она вдогонку.
Морруэнэ шумно выдохнула сквозь сжатые зубы. Ну-с, что может полететь в контуре такого класса без возможности починки на месте и замены расходников? Компрессор охлаждающей жидкости? Распределитель тока? Синхронизаторы узлов калибровки?
Время отщёлкивало секунды, как базарная торговка семечки. Самарин-Троицкий чем-то громыхал в контурном зале и приглушённо ругался. Давай, думай быстрее. Что там может полететь всерьёз и надолго? Да всё, что угодно! Морру вызвала дополнительное меню символов, натыкала про запас все, которые были. Из прорези терминала с жужжанием полезла длиннейшая лента с крошечными блестящими наклейками.
– Да что ж это за коза недокормленная по твоим представлениям? – пробасил Самарин-Троицкий. В стрессовых ситуациях он выкручивал провинциала на полную.
Морруэнэ распрямилась, потирая закаменевшую поясницу, с чертыханиями оторвала зацепившийся за угол кафедры шлейф, наступив на него сапогом, схватила ленту с наклейками и бросилась в контурный зал.
Лёвушка пытался поставить на ноги робота из белого пластика. Тонкие ножки робота безвольно разъезжались, Лёвушка не сдавался.
– Пульт от него нашёл? – Морруэнэ плюхнулась на пол рядом. Всё-таки компрессор или синхронизатор? Ответ очевиден: и то, и другое. Потому что стоит полететь чему-то одному, остальное полетит за компанию. Морру щедро ляпнула горсть наклеек на блестящий ошейник робота и дождалась, пока арка позади них начнёт помаргивать зелёными огоньками.
Схватив пульт, скрючились за широким и надёжным блоком настройки.
– Мало ли, где у него камер понатыкано, – театральным шёпотом сообщила Морруэнэ. – Жмакай давай кнопку включения.
Существо поднялось на четыре беленькие ножки, выдвинуло на телескопическом штативе угловатую «голову», напоминая, как заметил Лёвушка, «приобщившегося киберпанку оленёнка». Ошейник «оленёнка» пестрел металлизированными наклейками.
– Зажимай вон ту клавишу и веди его инфракрасным лучом на арку, – Морруэнэ пихнула Лёвушку локтем под рёбра. – Только по центру проведи, а то пластик потечёт.
Робот бодро развернулся и, высоко поднимая голенастые ноги, затрусил к контуру.