Страница 143 из 308
Серверы и техники собрались в лопнувшем аквариуме операторской одного из цехов и огородили себе уголок обогревательными панелями: Джо требовал постоянной готовности в течение, как минимум, ближайших суток. Жаловались на сквозняки, рассказывали байки и со скуки ходили к SCT за дополнительными пайками. Ночное время сказывалось: молодняк начинало вырубать. Сервер застывал посреди фразы, тупил пару минут, потом вздрагивал, обливался питательной смесью и продолжал разговор как ни в чём не бывало. Остальные относились к этому с пониманием: мозг Айтов не был модифицирован таким образом, чтобы спать попеременно разными отделами.
Порыв ветра швырнул в лицо песком и озоном. TNS-23.III.1580 поёжился, бегом преодолел расстояние от дверей цеха до стоянки SCT. Ночь длинна, и лишний соевый батончик не помешает – он и так провалялся в бардачке недопустимо долго. Между краулеров было тихо – огромные надёжные машины, таким гроза не страшна, маленькой внешней оболочке Тенса так уютно стоять между них. Было. Тенс похолодел. Он оставил её между пятым и тринадцатым Сетом. Точно. Или между тринадцатым и двести двенадцатым? Техник пробежал вдоль всего ряда краулеров. Оболочки не было.
Подпрыгнув, он дотянулся до лесенки в кабину ближайшего SCT. Тенс барабанил по стеклу, пока оно не опустилось.
– Ну? – спросил недовольно Сет – ему-то модификации позволяли дрыхнуть, при этом контролируя всё, что происходит в ноосфере.
– Ты оболочку мою не видел? Она рядом с твоей стояла, а сейчас не стоит.
Сет с жёстким шелестом чешуи потёр лицо. Он мучительно пытался думать, одним своим видом доказывая, что эффективность модификации ограниченного сна несколько преувеличена рекламными проспектами Третьего Округа.
– Может, кто взял? – наконец, предположил Сет. – Такой бардак с этой разлочкой.
Словно соглашаясь с его мнением, над Аззах-Кермил глухо зарокотало.
Тенс подумал об одиноком беззащитном соевом батончике, могущего стать добычей наглеца, который даже не считает нужным предупредить, что берёт чужую оболочку:
– Может, – грустно согласился техник.
– Ты лучше поле иди перезагрузи, – посоветовал Сет. – Работает через задницу, залипает, вон, сигнатуру амума на противоположных концах щита одновременно показывало на краю щита и здесь, у её капсулы, когда она уже… – пилот краулера печально махнул рукой, – … того.
Тенс почти против воли обернулся, чувствуя, как чешуйки на лопатках встают дыбом. Ничего интереснее подсвеченного прожектором кузова соседнего SCT за спиной не оказалось.
– Знаешь теорию, что призраки, которые ошибки распознавания сигнатур в ноосфере… это, ну, реально призраки, – выдал Сет после продолжительного молчания, за которое Тенс успел затечь, цепляясь за ледяную перекладину лесенки. – Их в небесные сады не пускают, и они так и болтаются здесь. А то, что мы делаем – ну, отбираем у мёртвых оболочки – мы их этим только множим. И животинка эта бедная – Джо ведь ей оболочку не давал…
На нос Тенсу упала первая крупная дождевая капля.
– Самая антинаучная чушь, которую только приходилось слышать, – с чувством сказал техник.
Сет вздохнул с интонациями непонятой мозгляком народной мудрости.
– Вон, кстати, антиграв прёт сюда, – оживился он. – Не твой?
Тенс посмотрел в сторону, куда показывал Сет. Очередная зарница высветила серебряный коробок, стелящийся на тёмной степью. Антиграв лихо затормозил, чуть не влепившись в столб, державший остатки навеса над парковкой. Тенс торопливо попрощался, спрыгнул на землю и поспешил к оболочке. Ну, если этот лихач сраный притёрся…
Лихачом оказался юный SHL. Он непонимающе уставился на негодующего техника.
– Вот, Джо брал оболочку, сказал вернуть Шестьдесят второму Тенсу. Ты Шестьдесят Второй?
Двадцать третий Тенс помотал головой. Теперь он и сам видел, что это не его оболочка. Идентификатор не тот, в салоне идеальный порядок.
– А где же моя тогда? – беспомощно спросил он юного арксилт-нари. – Виго и Эзра на своих были?