Страница 110 из 125
С другой стороны полянки бесшумно вышло существо и уставилось на мои кусты. Присмотревшись, понял, что это один из тёмных лоа, но видимо из высших или приближающийся к высшим. Здоровенный лоа стоял не подвижно позволяя хорошо себя рассмотреть. Здоровенные и очень толстые рога, закрученные назад, как у барана, торчали из шлема натянутого на самые глаза. На рогах красиво выделялись какие‑то узоры, тускло светящиеся тёмно‑фиолетовым светом. Из под края шлема выступал большой мясистый нос, по крайней мере, мне так показалось. Под носом топорщились огромные рыжие усы, с левой стороны ус был длинный и закрученный под нос. Справа криво чем‑то отрубленный. Под усами висел ярко‑фиолетовый язык, на вид обычный, только длинный. Ниже угадывался горжет, под ним кираса с тремя острыми краями торчащими вниз. Лоа упирался на очень массивные руки, у плеч они были намного тоньше, чем от локтя и ниже. Массивные предплечья напоминали кору дерева с такими же как на рогах узорами. Ножки по сравнению со всем остальным были малюсенькие, как у барашка колени смотрели назад. Они ничем не заканчивались, ни ступнями, ни копытами, просто как два срезанных столбика. В целом, лоа возвышался метра на два с половиной и наверное половину этого занимала голова в шлеме.
Лоа изнутри засветился тёмно‑фиолетовым светом, наклонило голову, опёрся на верхние конечности, взрыл землю маленькими ножками и бросился в атаку с места набрав приличную скорость. Я ушёл в перекат и нырнул за ствол дерева. Лоа пронёсся мимо меня и в печатался своими рогами в толстенную сосну, которая не выдержала тарана и как будто взорвалась в месте соприкосновения, начала заваливаться назад. Дух развернулся и бросился опять на меня, топоча на весь лес. Свёл руки вместе, расставил кисти и саданул толстой золотистой молнией по шлему лоа. Шлем немного оплавился, духа опрокинуло на задницу. Он стал стучать себя по голове ручищами, видимо больно получил. Не стал тянуть, сформировал печать перед собой, накинул лассо на ноги лоа и потянул на себя. Он пытался сопротивляться, но как только ноги соприкоснулись с висящей печатью без лишних трепыханий слился с ней, добавив рисунку глубины и фиолетового цвета. От зеленоглазого я отказываться не хотел, поэтому достал из рюкзака ткань палатки и поставил печать на неё. Леший говорил, что их можно ставить на вещи. Всё отлично получилось, интересно какое свойство приобрела ткань?
Наверное, вот и ответ на мой вопрос, что могло нанести такие потери легионам. Если такие тут в лесу бродят не в единичном числе, то понятно кто именно остановил людей. Возможно, леший и не мог никак помочь. Он предпочёл накопить энергии и переродиться.
Пришлось менять место ночёвки, этот баран натоптал и нашумел на весь лес. Пока уходил в сторону развалин пришлось развоплотить трёх наблюдателей, которые слетались к месту схватки со всех сторон, как мухи. Вроде бы, почти чисто ушёл, не заметил, чтобы хоть один дух улетал куда‑то в сторону, докладывать о чужаке.
Переночевал севернее от места схватки, примерно на километр. Утром отправился дальше. К полудню наткнулся на целую просёлочную дорогу, вытоптанную множеством ног. Вероятнее всего, альвы припасы доставляют в один из лагерей, в котором отдыхают боевые группы. То, что я искал.
Чем ближе к лагерю альвов я пробирался, тем плотнее становилась сеть духов‑наблюдателей. Сначала я просачивался мимо незамеченным, но вскоре упёрся в ситуацию когда стало невозможно пройти мимо них. Пришлось рискнуть и сделать просеку. Я ожидал поднятия тревоги, но альвам было наплевать, что там происходит с их духами. Вскоре я лежал на возвышенности в густых кустах, в костюме лешего и смотрел на одну из бывших опорных башен людей, в которой обосновались альвы. Вполне ожидаемо, зачем что‑то выдумывать если уже есть готовое решение. Никаких дозоров я не заметил, видимо альвы были невероятно уверенны в духах‑наблюдателях. Странно, они их даже не проверяют. За годы успешной войны против людей расслабились ушастые. Поправим.
Альвов в башне обосновалось существ около тридцати. Приближалась ночь и к лагерю постепенно подтягивались ещё. Судя по всему, ночевать будут около сорока альвов. В снаряжении рейнджеров насчитал двадцать пять, ещё пятнадцать в обычной одежде. Видимо, обслуживающий персонал и маги. Заметил несколько альвов, которые что‑то колдовали и заряжали амулеты. Другие, готовили еду, чинили снаряжение, точили оружие и занимались другими делами по хозяйству. В рейнджерском снаряжении просто отдыхали после подвигов в лесу. Интересно, как у них тут с женщинами? Провалялся до темноты и поставив тотем задремал.
Перед рассветом подполз к самой башне, в ней ночевали основные силы неприятеля. На улице в подобии палаток спало всего пятеро. Дверь в башню была открыта на распашку, удивительно беспечные создания. Неужели настолько уверенны в своей охране? Перед входом маячило несколько духов, над каждой палаткой тоже. Несколько плевков ци и больше не кому поднять тревогу. В течении пять минут тихо прирезал ночевавших на улице, чтобы и не поймать стрелу из темноты.
Когда я уже стоял возле входа в башню, из неё послышалось ворчание на альвовском птичьем языке и в проходе показался высокий силуэт. Первый этаж был освещён, глаза альва явно плохо видели в темноте, он щурился и пытался что‑то рассмотреть в тёмном лесу. Удар в горло и лезвие ножа между рёбрами закончили его мучения. Не дал телу упасть и опустил его в траву недалеко от входа. Кинул внутрь материю палатки с печатью, зацепив взглядом один из символов потянул. Вскоре на первом этаже стало тесно, расправил огромные руки лоа и обвёл обстановку горящим бешенным взглядом. Тихонько прикрыл дверь и подпёр её палкой. Когда я уже отходил на заранее намеченную позицию, где лежали мой рюкзак и приготовленный к бою лук со стрелами, из башни послышались приглушённый рёв, таранные удары и крики первых раненых.
Закончился разгром очень быстро. Пришлось трижды выстрелить в ушастых, которые рискнули спрыгнуть с четвёртого этажа. Жирной точкой стала дыра в стене башни, из которой вырвался барашек и унёсся в темноту леса. Кажется, не ушёл ни один альв. Вызвал лешего:
‑ Это всё тебе, приятель. Присмотри за окрестностями, чтоб мне в спину не зашли, пока я буду жертвы тебе посвящать.
‑ Прав был старший. – кивнул лоа.
Не все трупы альвов подошли, некоторые были обезображены так, что даже мне подходить было противно, но тем не менее на сорока одном трупе появилось рунное имя нового хозяина Великого леса. Громко я заявил о своём участии ушастым. В башне нашёлся клад, я стал богаче на какое‑то количество монет, судя по весу наверное пару тысяч наберётся. Альвы не просто убивали людей, но и грабили их снося добычу в башню. Наверное, дальше эти деньги должны были пойти на благое дело, например, подкуп какого‑нибудь жадного имперского чиновника. Позже где‑то в лесу их спрячу. Сделав своё дело ретировался в глубь леса по направления к развалинам Атжаса.
По мере моего продвижения духов‑наблюдателей становилось всё меньше, через полдня пути они вообще пропали. Дважды видел вдалеке достаточно больших лоа, но меньше, чем барашек, которого поймал в печать. Ближе к вечеру из‑за очередного поворота показались альвы. Двое тащили упряжки забитые какими‑то мешками. Один их сопровождал, рядом с ними шёл тёмный лоа с головой волка и телом альва. Упряжки были примитивные с деревянными большими колёсами.
Пропустил их мимо и потопал дальше до темноты ещё можно пройти километров пять. Судя по тому, что я вижу в лесу, альвы отстают в развитии от людей этого мира. Что там произошло триста лет назад не понятно. Пять лет назад если бы не лоа, легионы и маги втоптали бы этих заморышей в грязь. Не складывается у меня картина альвовского возвращения в этот мир, не понимаю. Заночевал в лесу недалеко от дороги.
Утром отправился дальше, альвов больше не попадалось, их духов тоже, изредка мелькали тёмные лоа, но меня никто не трогал. Через несколько дней вышел к порогам Серебрянки. Залез в густые кусты, выставил сторожевой тотем и вышел в фазу. Побродил по близлежащей местности выискивая какие‑то засады, секреты или патрули, но ничего не обнаружил, не на этом берегу реки, не на том. Лес изрядно высосал из меня ци, пришлось отлежаться, восстанавливаясь.