Страница 6 из 14
Безусловно, смена приоритетов и отношение к жизни в целом зависят от самого человека. Очень четко видно, когда многие пожилые люди, рожденные в те далекие, послевоенные годы, до сих пор не могут принять «новые правила игры». Для таких людей, жестко придерживающихся своих собственных рамок, чужды капиталистические отношения в обществе, соответственно, все новое вызывает отторжение и негатив. У них есть крепкая вера в то, что раньше было лучше, и правильнее. Это сильные, но не умеющие адаптироваться, люди. Вселенная же устроена так, что без адаптации мы обречены на вымирание. «Меняйся, или умри!» – уже избитая, но мудрая фраза. Был у меня один знакомый, живущий в 90-е по понятиям уголовного мира, на тот момент достаточно успешный – ведь правила игры были будто созданы для таких, как он. Когда наступили 2000-е, дела у знакомого пошли на спад, а позже и вовсе сделали его не нужным ни своим бывшим друзьям, ни бывшим партнерам. Перестроиться он так и не смог, поэтому вскоре угодил в места не столь отдаленные. Выйдя оттуда, снова принялся жить по своим правилам, что в итоге привело его к прогнозируемому результату. Больше этого человека я не видел.
Противоположное отношение к рамкам, то есть их полное отрицание, представляет собой подстройку под любую ситуацию, когда человек готов адаптироваться под все, что угодно, лишь бы выжить. Как правило, у таких индивидов все хорошо в материальном плане. Они умеют налаживать контакты с нужными людьми, и для них нет проблем, когда приходится изменять своим прежним приоритетам. Но вот внутри ощущается пустота. Нет устоев, нет того, за что можно держаться. И в перспективе, данный подход непременно ведет к деградации душевного состояния. В своей крайней степени, такой человек выживание тела ставит выше выживания Души, материальное выше духовного. Он меняется не из-за того, что чувствует ограничения рамок с точки зрения своего внутреннего развития, а из-за того, что есть риск пострадать в физическом (материальном) плане. Основой же мотивацией выхода за рамки, прежде всего, должна быть духовная потребность. Физическая также может быть движущей силой, но только если не противоречит внутренней. Помню, когда меня призвали в армию, и после учебного взвода я попал в войска на точку, которую невозможно найти на карте, в нашей роте восемьдесят процентов военнослужащих представляли ребята из Средней Азии. Так как часть наша находилась на одной из сопок в пятидесяти километрах от Магадана, зимой в казарме месяцами не было офицеров, и все вопросы решались ядром старослужащих. Будучи спортсменом, я выглядел внушительно и избежал участи прибывшего со мной молодого солдата. Его подвергали нелепым испытаниям, попросту говоря, издевались от скуки и желания хоть каких-то развлечений. Если честно, то я побаивался вступаться за такого же молодого воина Советской, тогда еще, Армии. И в этот момент во мне говорил инстинкт самосохранения. Мол, не лезь, а то и тебе перепадет, несмотря на то, что ты спортсмен. Их ведь вон сколько, а ты один. Но когда «братья» по оружию зашли слишком далеко, заставив парня среди ночи изображать поезд, везущий одного из «дембелей» на родину, мои рамки и устои не позволили терпеть дальше, и я вступился. Чем это закончилось, описывать не буду. Скажу только, что силы были явно не равны. В данном случае мой инстинкт самосохранения был заглушен чем-то более серьезным, тем, что может противоречить «закону выживания».
Адаптация под текущую ситуацию в случае отсутствия противоречия между Душой и телом – вполне нормальное явление, и позволяет человеку развиваться и расти. Никогда не думал, что моя мама, пенсионер (ей 74 года), с огромным рвением начнет осваивать компьютер и смартфон, общаться в социальных сетях, а также совершать покупки по интернету. Ей это необходимо, чтобы чувствовать себя активным человеком, соответствовать современным реалиям. В новых технологиях нет ничего противоестественного. Технологии не могут сделать человека плохим, или хорошим. Это всего лишь инструмент, который можно использовать во благо, либо с дурным умыслом. Так же, как топор, например. Когда-то с точки зрения религии кощунственным являлась идея перемещений человека по воздуху. Но теперь это обычное явление для каждого из нас. Потому что добро и зло не в технологиях, а в самом человеке. Пребывает ли индивид в состоянии Любви к миру, к себе, или нет? Вот что важно на самом деле! Твое отношение к событиям. Если состояние Любви есть, то ты, пытаясь сохранить его, начинаешь анализировать, не привели ли твои прежние устои к тому, что ты застрял в рамках, и начинаешь терять это состояние. Ведь вполне может произойти так, что черное поменялось с белым. А мы и не заметили. То, что считал хорошим, добрым, теперь выглядит плохим и злым.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})Еще в школе, в старших классах, я вступил в отряд, противодействующий группировкам так называемых «гопников», которых в Казани на тот момент расплодилось огромное количество. Из одного района прогуляться в соседний подростку могло стоить серьезных проблем. И вот, услышав о создании такого отряда, я, как комсомолец, решил вступить туда в первую очередь. К слову сказать, это был некий протест, потому как решиться на такой поступок мог не каждый. В Казани на то время в молодежной среде было криминализировано очень многое, и самым простым вариантом, в случае, если не желаешь вступить в группировку, было тихонько молчать, делая вид, что ничего не происходит. Просто смириться, и принять правила игры. За членство в таком отряде в один из тихих вечеров могли не просто побить, но и гораздо хуже… Прецеденты были, и неоднократно. Мы набирали единомышленников по школам, техникумам. Ходили с агитацией в разные заведения, не боясь при этом свободно перемещаться по городу. Конечно, были столкновения, но нам это даже нравилось. В отряде собрались далеко не трусы – спортсмены и отчаянные ребята. Через какое-то время образовалась многочисленная и серьезная группа «борцов за безопасность» в молодежной среде. Позже таких отрядов появилось большое количество, практически в каждом районе. Их курировали люди из райкома комсомола и МВД. Все это переросло в огромное движение, и в какой-то момент сила и влияние группировок стали угасать под давлением новой силы. Я помню наши рейды по улицам, по дискотекам в клубах, где порой мы сами становились провокаторами потасовок. У нас было преимущество – прикрытие со стороны внутренних органов. В наши отряды стали собираться не только спортсмены, а переходили даже бывшие члены ОПГ. Мы считали свое дело правильным, приносящим пользу обществу, и даже готовы были пожертвовать собственным здоровьем ради идеи. Не скрою, мне и самому часто доставалось в различных драках, к которым я всегда был готов. Спустя время, в нашем городе появился новый такой отряд, созданный на базе военно-патриотического клуба. Его организовал один парень, постарше нас, которому было лет двадцать с небольшим. Этот отряд славился своей физической подготовкой, серьезным подходом к тренировкам. И мы с другом решили навестить «коллег» из любопытства. Придя к ним в один из вечеров в спортивный зал, как раз попали на тренировку, на которой нам устроили настоящее испытание. Мы бились голыми руками, без перчаток и всякого обмундирования. Боевое крещение прошли, получив несколько синяков и разбитые лица. После этого участвовали в отработке приемов против реальных ножей. Будучи удивлены таким подходом к подготовке, поинтересовались у Михаила – так звали организатора группы – можно ли перейти к ним. Получив утвердительный ответ, стали полноценными членами этой группы. Позже выяснилось, что Миша вообще парень «сидевший», приехавший из Белоруссии, и методы подготовки внедрял из реальной уголовной среды. Произошел у него конфликт уже в нашем городе с одним из ОПГ, вот он и решил через райком комсомола создать боевую группу из молодых ребят. Таким образом, у меня произошла трансформация, когда из одних рамок и устоев я, незаметно для себя, оказался совсем на другой стороне. Опомнился я чуть позднее, когда мы готовили набег на одну из группировок, запасаясь небольшими металлическими шарами для «дальнего боя». Миша решил свести счеты с давними «приятелями». Тут я впервые ощутил важность проверки своего курса на справедливость, важность проверки своих внутренних устоев и собственного мировоззрения. Для меня оказалось шоком, как то, во что я верил, вдруг в один миг повернулось совершенно другой стороной, превратившись из благих намерений в настоящее зло. Как, и в какой момент произошло то, что руководствуясь благими намерениями, я чуть не выложил себе дорогу, сами догадываетесь куда? Но я должен был пройти эти рамки. Пройти для того, чтобы сделать собственные выводы. А кому-то было бы достаточно вовсе не проходить все это, чтобы понять, как надо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})