Страница 22 из 81
— Я скоро вернусь, вот только улажу это недоразумение и вернусь... и вообще, нечего мне там делать.
* * *
Дорога до замка Кате досталась нелегко. Оказывается, ездить на лошади не такое уж и приятное занятие. Особенно, если ты сидишь, прижатая боком к малосимпатичному амбалу, который велит тебе крепче держаться за его руку, чтобы не свалиться под копыта коню во время перескока через очередную грязную лужу.
Может, если бы Катя и сама могла усесться поудобнее, ногу, например, перекинуть как мужчина, взяться за поводья… Но и тогда ей пришлось бы ощутить на себе все эти кочки и колдобины. Да, что за день сегодня такой! В довершение всех неприятностей она вдруг вспомнила, что не вынула пирожки из печи, а если и Барг о них забудет в свете случившихся событий… Настроение было хуже некуда.
Наконец впереди показались каменные развалины и Кате торжественно сообщили, что это - не что иное, как ворота в поместье Ульфенхолл. Девушка совершенно расстроилась. Мало того, что приличного рыцаря в доспехах здесь не найти, так еще и замок, наверно, похож на средневековый курятник - холодно... мрачно... плесенью пахнет... полная антисанитария.
Да уж, вот тебе и экскурсия во владения местного олигарха! И чего тогда от самого хозяина ожидать?
Но по мере приближения к постройкам, ее впечатление от увиденного начало постепенно меняться. В том, что это действительно была весьма внушительная стена из каменных валунов, сомневаться не приходилось.
А за ней располагались будто по цепочке - звенышко за звенышком - разнообразные строения, то ли загоны для скота, то ли армейские казармы, Катя в этом смутно разбиралась. Возле некоторых таких «казарм» стояли вооруженные мужчины, все пожилые и степенные на вид.
«А если меня не скоро отпустят, а если не проводят, я же тут потом заблужусь, а кругом одно мужичье… ой, мамочки, как же мне выбраться-то из этой передряги - целой и невредимой!»
Впереди показались конюшни и хлева, по двору в рассыпную разбежались куры, где-то рядом, надрываясь, залаяли псы, будто желая сорваться с цепей. У Кати просто голова кругом шла от такой чехарды, она едва держалась за руку своего спутника, вертела шеей в разные стороны, пытаясь побольше увидеть.
«И ведь ни одной женщины… неужто все живут в гареме у Старика… да ни за что… никогда!»
И вот, к некоторому ее облегчению, впереди показалась пожилая служанка с ведром, вероятно, несла помои до ближайшего свинарника. Вокруг теперь стоял тяжелый дух скотного двора. Катя хоть и провела детство в деревне, но родители ее отродясь столько живности не держали.
«Еще немного, и я свалюсь в обморок… это не замок, а ферма какая-то... Кошмар!»
В ответ на ее слабый стон Представительный сухо заметил, что до самого замка им еще предстояло ехать куда-то вглубь укрепленных стен, теперь уже украшенных небольшими башенками с бойницами.
Когда же лошадь наконец остановилась возле высокого каменного здания характерной конфигурации, у Кати уже не было сил чему- либо удивляться.
И даже когда появился тот самый сероглазый мужчина, что поздоровался с ней на празднике, она совершенно равнодушно опустилась в его протянутые руки, позволила принять себя с лошади и поставить на землю. Только пробормотала еле слышно:
— И вы здесь живете, а где же ваш господин?
— Какой еще господин? Если ты про Короля, так он в Гальсбурге, а больше для меня господ нет!
Такой ответ Катю не очень-то удовлетворил, при чем здесь король… она же спрашивала про барона...
— Я хотела бы поговорить с хозяином, кое-что прояснить…
— Вообще-то мы уже разговариваем, и я полагаю, вам захочется отдохнуть с дороги, переодеться во что-то более подобающее вашему статусу.
Катя от усталости и избытка впечатлений совсем ничего не поняла. Стояла и смотрела на интересного мужчину перед собой.
«Брюнет почти… никогда мне не нравились брюнеты - все они высокомерные, центрами Вселенной себя считают, а вот глаза у него необычные… с искорками».
— Вы позволите проводить вас в замок… - нетерепливо спросил Сероглазый.
— Что?
На лице мужчины отразилось недовольство.
Да Веймар был просто в бешенстве!
Так он и знал, девчонка невероятно глупа, до сих пор не поняла с кем разговаривает, уставилась на него своими большими глазищами и почти не мигает… Но хорошенькая, и Волк странным образом затих, поскуливает себе блаженно, зажмурившись, словно уже готов перевернуться на спину и подставить животик, чтобы приласкала…
Да, что он только нашел в ней? Ничего особенного! Смазливая мордашка, стройненькая фигурка... даже худовата на вкус Веймара, впрочем, под ее балахоном и не разберешь...
Может, у нее какой-то удивительный запах? Жаль, в человеческом обличье Веймар не мог ощутить его в полной мере… Чуткое обоняние барона уловило лишь ароматы свежеиспеченного хлеба и корицы, а еще топленого молока и горячего меда. Неужели Зверь был настолько голоден, что выбрал себе стряпуху? Веймар решительно отказывался это понимать.
Сам он выпечку не любил, предпочитая не слишком прожаренное мясо и старое доброе вино из виноградников с Цветущих Холмов. Маленький Народец поставлял дубовые бочки с этим дивным эликсиром по всему Дэриланд и земли Лостанов были первой остановкой на их торговых путях.
К превеликой радости еще первого Веймара, а уж Хорган Свирепый вовсе не скупился, горстями расплачиваясь тяжелыми королевскими золотыми за густой пряный напиток, что веселил душу и вдохновлял тело на новые подвиги… или бесчинства.
Новый владелец Ульфенхолла старался нектаром Блаженства не злоупотреблять. Тем более его Зверь в этом с ним был полностью солидарен. И зачем-то выбрал стряпуху… Веймар едва мог скрыть раздражение:
«Волосы в муке, растрепанная, будто спала на сеновале… стоит - губы кусает, а губки у нее, словно две наливные вишенки, не они ли так пахнут медом...»