Страница 14 из 33
«В слове Алхеры «Часы Времени. Песок, что льется из истока в исход» книга первая, сказано: "…И создала Альга мир в бутыле, точке бесконечно малой и бесконечно большой, в виде идеального соотношения сил бесконечного космоса".
Отсюда ясно видно, что мироздание, центром которого является Фальтьяра — точка создания мира, изначально приняло идеальный законченный вид. Однако Альга в мудрости своей отделила Якоса-время, придав движение миру во всей его бесконечности. И, как ясно показывают не только древние тексты, включая письмена Золотого века[1], но и наблюдения наших звездочетов, наш мир, земля, на которой мы обитаем, и вправду является центром, вокруг которого оборачивается все сущее, начиная от двух светил лучезарной Эриданы и кровавой Проксимы, и...»
– Достаточно, – недовольно прервала девушку учитель, – читаешь ты суховато, без должного чувства, но, благодаря твоей подруге, то, что нужно.
– Если позволите, я и с выражением могу.
– Достаточно, – оборвала она Кэтрин, уже приготовившуюся добавить к своему голосу летальную дозу выражения, не снившуюся худшим провинциальным актерам, – лучше скажи, что же ты поняла из прочтенного.
– Ну, так вышло что мы пуп всей вселенной, хоть это и абсурд, с точки зрения любой рациональной теории вещей и законов нашего же мира. Ведь мы далеко не центр «Косы Альги», нашего скопления миров, и не его самая тяжелая часть, даже наши солнца куда тяжелее. И все же…
– Достаточно, госпожа Ренс, – оборвала поток непочтительного словословия госпожа Сакорникс, – боюсь, ваше радение в познании «Сфер неба и земли» не больше вашего желания бегать.
– Прошу, простите меня, госпожа учитель.
– И возьмите в библиотеке себе учебники. Господин Тоф, продолжайте.
Таким образом, отделавшись хоть на какое-то время от пристального внимания учителя, Кэт переключила свое внимание на иллюстрацию, гравюрную копию какой-то картины, изображающий момент запуска хода времени. Она догадывалась, что уже теперь-то от нее Ляклякса точно не отстанет. Да и понимала, что ведет она себя не многим лучше тех деревенских ведьмочек, но просто не могла она сдержаться в разговоре с этим офицером в юбке.
С иллюстрации перевела взгляд на свою соседку, а вскоре и на остальной класс, решив к людям хоть немного внимательнее присмотреться. В конце концов, они ее одноклассники.
Знала в лицо она, пожалуй, не больше половины. При том кое-кто из них был не из Вольино, а, как и к Рубетта да Ивельна, из Морина, но кое-кто и из деревень с другого берега Малоги, реки не из маленьких. Быть может, из Васьково или Реншоры. Хотя, скорее, первое, ведь Васьково деревня глухая, и пусть и по реке, но к Вольино и вправду ближайшая деревня.
И как-то незаметно, взгляд Кэт пришел к читавшему, плотно сбитому парню через ряд на парту впереди. Тоф…, а звали его, если память не изменяла девушке, Морок… или точно – медвежонок.
Тиморк — маленький медведь в переводе с Древнего, вроде бы именно с ним в Нелду болтала на обеде Афри, а значит, коль уж Кэтрин собирается дружить с Афрендой, к нему также стоит приглядеться.
Не самый высокий для своих лет, плотно сбитый щекастый парень, и вправду немного походящий на мишку, с головой, постриженной под горшок, был одет в ватную, в паре мест заплатанную жилетку, торчащую из-под нее полотняную рубашку, да перепачканные штаны. Словом – обычный деревенский парень, хотя за чистоту штанов винить его Кэт, у которой край юбки побывал в луже, по такой погоде не могла.
Видно, почувствовав на себе пристальный взгляд Кэт, парень обернулся, но, случайно встретившись с ней взглядом, тут же опустил глаза, быстро отвернувшись.
«Нет… определенно, всего лишь еще один деревенский дуралей. Хорошо, хоть знак против нечистой не показал… А коль дальше так пойдет, Рин, то и до кукишей дойдет», – уныло подытожила Ренс-младшая.
***
К счастью, больше спрашивать Кэт госпожа Сакорникс не стала, позволив той спокойно досидеть до конца занятия. Хотя, чем ближе приближался следующий урок, тем мрачнее становились мысли девушки. И то был не страх неопределенности, а пугающая реальность. Опасения Кэтрин не обманули.
Итогом минусов напротив каждого из примеров, за исключением предпоследнего, с подписью «остроумно, но, к несчастью, неверно» стала, в общем-то, заслуженная двойка.
И вроде бы Кэт не за что было и корить-то себя – ведь как можно требовать правильных ответов, когда хоть как-то разобрался в теме только после контрольной, но кроме нее с заданием не справился лишь Тиморк. Все же прочие, даже полнейшие поленья на вид, получили свои тройки, решив два первых, как наглядно показала Мипора, элементарных, примера. Афри же и вовсе — единственное «отлично» на класс.
Больше всего пугало то, что последние пару примеров Кэт пусть вроде бы и понимала со слов учителя, вот только правильный ответ с аналогами никак выходить не хотел. И что, ей обращаться за помощью к Афри?!
– Кэтрин, ты не могла бы задержаться? – обратилась к последней Мипора после окончания занятия. Впрочем, и сама Кэт никуда не собиралась убегать. Ведь кем она будет, если первой оценкой, с которой она вернется домой из школы, будет «неудовлетворительно». Она ведь, в конце концов, Ренс.
– Госпожа Мар, я… – начала Кет, подойдя к учительскому столу, когда остальные разошлись, – я бы хотела переписать, если у вас найдется время. Сегодня же, если вы не против.