Страница 75 из 120
Сухой лист упал на плечо женщины, тоскливо смотревшей на беспокойные воды Невы. Бились о камень волны, взмывали в сырой воздух мириады брызг. Колючих, словно осколки стекла, шипящих, будто сердитых на волю природы. Хотели бы они безмятежно раствориться в заливе, да вынуждены собирать грязь с потемневших от времени плит.
Ветер раздувал жемчужный шёлк платья подобно крыльям бабочки. Ольга смахнула лист и плотнее закуталась в дублёнку. Нет, Белая Леди не ощущала холода. Ветер, жара, стужа – подобные чувства не терзали её две с небольшим сотни лет, но Белосельская привыкла не выделяться среди людей. Нельзя в мороз гулять в тонком платье, но стоит надеть поверх пальто или дублёнку, и для подозрений нет причин. Такая, как все. Обыкновенная. Подумаешь, в глазах застыла тоска, а между бровей пролегла тонкая морщинка. Таких много, каждая третья в стране, почитай. Друзьям улыбается, ночами плачет в подушку. Очередной день близится к закату, и ни искры, ни лучика солнца…
– Как ты? – Дарья куталась в тёмно-фиолетовое пальто, – девочки сказали, что ушла рано утром. Скоро вечер, снег вот-вот выпадет, а ты всё не возвращаешься.
Сидевшие на бордюре с выкрашенными в лиловый цвет волосами девушки допили газировку и бросили пустые бутылки в реку. Дымя сигаретами, они хохотали над сокурсницей по имени Алиса.
Ольга молчаливо смотрела на скользящий по волнам мусор.
– Когда ты думаешь о проблемах, всегда приходишь сюда, на Стрелку. Часами глядишь на Малую и Большую Неву, бродишь по скверу. Так что найти было нетрудно.
– Беспокоишься обо мне?
– Да, – Соловьёва выше подтянула перчатки.
– Напрасно.
– Разве? Ты выглядишь бледным отражением той Ольги, с которой я давно знакома. Не спишь, почти не ешь…
– Не хочется.
– Ты сама говорила, что надвигается нечто плохое, но как справишься с этим, если будешь едва стоять на ногах?
– Не знаю, справлюсь ли… – она коснулась лба, – Даша, я не знаю, что делать. Эмилии нет уже десять дней, а это очень много. Вдруг что-то пошло не так? Если Марена сочла её слабой и не благословила? Для меня это конец всему.
– Я верю, что с ней всё хорошо.
– Дай-то господь, – Белая Леди спрятала лицо в ладонях, – равновесие смещено. Демельза и её наследница стали частью Потока. Кинжал впитал сущности, и я чудом увидела, как растворяются тела… Оба удара в спину! Не в грудь или живот, а в спину! Глеб поистине всесилен, раз втёрся в доверие к самой подозрительной из нас. Демельза принципиально не общалась ни с кем, кроме Искателей, не признавала авторитетов. Чудом я успокоила её помощников, раздала задания, погасила кристаллы. Два цикла континент переживёт, но что дальше? Кем заменить Серую? Я не знаю. Остальные сёстры боятся за дочерей и слышать не хотят о Северной Америке. Я тоже не могу вас бросить. Должна что-то придумать, но что? Кому верить? На кого полагаться? Предать может самый близкий человек.
Дарья прикусила губу.
– Он не знал всей правды.
– И не должен был знать. Скажи я тогда, осталась бы ни с чем. Вмиг бы потеряла Свету. Что случилось бы с Милой – тоже вопрос.
– Но выгонять его было жестоко. Я уверена, Аркаша хочет вернуться к тебе. Встретились, спокойно бы побеседовали, без обвинений.
– Думаешь, мне легко далось это решение? Думаешь, боль не раздирает изнутри? – губы Ольги задрожали, – Аркаша поставил свои интересы выше наших общих. Выше того, что обещал много раз! Едва не уничтожил меня! Толя вдоволь накормил ложью, и я снова наступила на грабли!
– Боюсь, Глеб не упустит шанса и вовлечёт Аркашу в свои сети.
– Так и будет, – закрыла глаза Белая Леди, – глупо сомневаться, – добавила она шёпотом.
– Пойдём домой. Тебе нужно отдохнуть. Говорю это как врач и твоя подруга.
Через четыре дня новолуние. За это время надо не только найти замену Серой Леди, но и спросить совета у покровительницы. По крайней мере, попробовать, не особенно надеясь на ответ. Пусть Виринея перешла в иную страту, но в минуты Видения Младшая Леди слышит и видит всё насущное. Если не поможет, то придётся молить о помощи Лукерью.
Подул ветер. С пепельных туч сорвались колкие снежинки, и над городом закружилась метель. Гуляющие по скверу люди ловили снег, кто-то спешил домой, в тепло. Студентки выбросили окурки и поспешили в ближайшее кафе. Пусть Ольга не чувствовала первой зимней стужи, но в душе царил холод одиночества, усиленный грузом проблем. Непосильную ношу взвалила на неё судьба. Ещё один удар, и дом на Фонтанке опустеет.
Внезапно что-то кольнуло в груди. Не удушающе, будто из лёгких выбили воздух, когда Белая Леди почувствовала смерть сестры, а легко и невесомо, словно кто-то взял её за руку. Точнее, захотел взять.