Страница 19 из 38
— Нет, — ответила Мур и последовала его примеру. Микрофон опустился намного ниже, чем нужно, и Адриан поспешил помочь, быстро настроив его на нужную высоту.
— Не беда. Я вступлю, а ты дождись своей партии, — он ободряюще улыбнулся и указал на экран плазменного телевизора, висевшего на стене прямо напротив сцены.
Девушка посмотрела на монитор, на котором были небольшие инструкции. Как она поняла из увиденного, её слова будут отображаться розовым цветом и каждое будет помечаться нужной нотой. Увидев это, она немного успокоилась — ей не придется упасть в грязь лицом, и она сможет хотя бы попадать в ноты. Для знающих гостей отмечалась даже тональность, в которой нужно петь ту или иную строку. Так посетители могли петь любую песню правильно. Даже ту, которую не слышали раньше.
Начался обратный отсчет перед началом песни. Пять. Мур вдохнула поглубже и сосредоточилась на своём тексте. Четыре. Адриан скользнул взглядом по её слегка напряженному лицу и мысленно усмехнулся. Три. Время стало ускоряться и вернулось в свой обычный ритм. Два. Один. После негромкого сигнала заиграла слегка необычная мелодия: ритмичные удары барабана, а на фоне — непрерывный таинственный гул, иначе не назовёшь. Элизабет подумала, что их музыкальные вкусы разойдутся в этот вечер, но она ошиблась. Вскоре песня ей понравилась.
Как только «бегунок» окрасил серое слово, которое нужно спеть, в синий цвет, Адриан вступил:
— Глаза, полные печали. Я знаю, что не должен смотреть, но я не могу отвести взгляд.
Элизабет мысленно поразилась тому, насколько хорошо темноволосый умел петь. Не профессионал, конечно, но она никогда бы не подумала, что у него настолько глубокий голос.
— Худощавое тело; ты можешь посыпать мои раны солью, но мне не исцелиться от чувства к тебе.
Элизабет снова сосредоточилась: настал её черед вступать.
— Я высматриваю тебя, как ястреб, — спели они в унисон, только девушка — на пару тонов выше. Очень неуверенно и робко, зато точно по нотам. — Я смотрю на тебя так, будто я готов разорвать тебя на куски. Закончится ли этот голод?
С каждым новым словом она пела всё увереннее.
— Может, мы просто уморим этот грех голодом? — Адриан завершил куплет в одиночку.
Элизабет достаточно хорошо знала английский, чтобы без труда понять, о чем говорилось в песне. Сначала она подумала, что мужчина выбрал её случайным образом, но уже с первых слов припева она поняла, что это не так.
— Тот маленький поцелуй, что ты украла; он заставил замереть моё сердце и душу, — эти слова Эллингтон произносил, смотря на девушку каким-то загадочным взором. Она удивлённо взглянула на мужчину, а её сердце застыло вместе с ней после услышанных слов. Дыхание сперло, и она почувствовала, как предательски быстро начинало биться сердце.
— Застыв на месте, я встречаю свою судьбу.
«Тот маленький поцелуй... Получается, эта песня про нас?» — она с трудом это осознала, но потом подумала: «Нет, это всего лишь песня... На данный момент мы актёры, и нам нужно играть нашу роль».
Настал её черед вступать, и она вынужденно перевела взгляд обратно на монитор.
— Не пытайся укротить шторм — ты упадешь за борт, а приливы принесут меня обратно к тебе... — они спели вместе, но Адриан нарочно отстранился от своего микрофона, чтобы голос музыкантши было лучше слышно.
Во время небольшого проигрыша Адриан снял микрофон со штатива и подошёл к девушке. Теперь он стоял перед ней, смотря прямо в глаза, и старался угадать, о чем она думала в тот момент. Она до сих пор оставалась для него загадкой. Закрытой книгой, запертой на массивный замок. И ему очень хотелось найти ключ, чтобы его отпереть.
Он провел тыльной стороной ладони по её щеке и продолжил петь:
— На моём смертном ложе всё, что я буду видеть, — это ты. Жизнь может покинуть моё тело, но моё сердце всегда будет с тобой.
Элизабет почудилось, что в помещении остались лишь они вдвоем. Он, она и никого больше. С каждой новой секундой его внешняя оболочка безупречности растворялась в песне всё больше, и она начинала видеть его настоящего. Без масок. Без фальши. Она почувствовала, как на мгновение он стал уязвим. Он позволил себе быть уязвимым перед ней. Или это ей только почудилось?..
Поглубже вдохнув, она приготовилась петь, теперь лишь изредка посматривая на монитор, чтобы не сбиться.
— Тот маленький поцелуй, что ты украла; он заставил замереть моё сердце и душу. И, как призрак в тишине, я исчезаю. Не пытайся укротить шторм — ты упадешь за борт, а приливы принесут меня обратно к тебе... — их голоса необычайно гармонировали друг с другом.
Этот припев они спели не так, как первый, а более чувственно и проникновенно. Смотря лишь друг на друга. Не думая ни о чём. Только о том, что видели перед собой. Они уже давно не испытывали нечто подобного.
Что же это? Любовь? Страсть? Или просто влечение? Элизабет не хотелось отвечать на этот вопрос именно сейчас. Всё, чего она хотела — это поддаться чувствам и посмотреть, чем же это закончится.
Следующие строки напоминали некий диалог между певцами. Они словно говорили друг с другом словами из песни.
— Волны захлестнут нас, затянув на дно, — сказала Элизабет.
— Приливы принесут меня обратно к тебе, — ответил Адриан.
— Волны захлестнут нас, унеся на глубину.