Страница 18 из 38
— Это для безопасности, — он пожал плечами, не скрывая ухмылки.
— А звук она записывает? — блондинка посмотрела на мужчину, слегка прикусив нижнюю губу.
— В высочайшем качестве, — его ухмылка стала шире, когда он понял, что имела в виду Мур.
— Но мы же не будем за ними наблюдать, правда? — она слегка приблизилась к мужчине.
Его ухмылка медленно испарилась. Её взгляд скользнул по его лицу и остановился на губах. Он молча наблюдал за ней, не шевелясь. Ему было интересно, что она будет делать. Лицо девушки оказалось ещё ближе, и брюнет ощутил её дыхание. Эллингтон почувствовал, как против собственной воли сердце стало биться немного быстрее. Он хотел её, и она это знала.
— А что, если нам самим... — прошептала девушка, и их губы едва заметно соприкоснулись, как внезапно дверь отворилась. Свет залил тёмное помещение, заставив парочку сощуриться и отвернуться. Кто бы там не вошёл, момент так или иначе был испорчен. Адриан мысленно выругался. Дважды.
— Простите, я вам помешал? — послышался голос Кристофера.
Адриан, еще не видя его, нутром почувствовал, как тот самодовольно улыбался.
— Нет, всё нормально...
— Да, помешал, — перебил девушку брюнет, гневно посмотрев на старшего брата, который действительно улыбался. Несколькими нажатиями Адриан выключил изображение его кабинета и сунул руки в карманы.
— Прошу меня простить. Я не знал, что вы здесь, — сказал он, войдя в комнату.
«Еще как знал», — рыкнул про себя Эллингтон-младший, демонстративно обняв Элизабет за талию.
— Как проходит написание новой песни? — поинтересовался Кристофер, обратившись к девушке.
— Замечательно, — отрезал брюнет.
Из-за спины Кристофера высунулась голова того самого охранника. Словив на себе искромётный взгляд Адриана, он виновато пожал плечами.
— Мы, пожалуй, пойдём, — блондинка торопливо повела за собой мужчину, видя, как внезапно он изменился с появлением брата. И почему каждый раз он ведёт себя так странно? Как будто между ними происходит нескончаемая вражда, побеждает в которой именно Кристофер. Тот безмолвно проводил их взглядом, не переставая улыбаться своей безмятежной улыбкой, как будто всё происходящее вокруг его не касалось.
— Никого сюда не пускай, — обратился он к охраннику и закрылся в комнате видеонаблюдения. — И на что же вы тут смотрели?.. — говорил он сам с собой в то время, как вводил собственный код в систему. На экране появилось несколько изображений, недоступных обычному охраннику, в числе которых был и кабинет Эллингтона-младшего.
— Так-так... Очень интересно.
Изображение растянулось на весь экран, и взор Кристофера с интересом устремился на парочку, сидевшую на диване его брата. Несколько раз нажав на одну кнопку, он повысил уровень звука в динамике.
— Дейл... — послышался тонкий голосок Бернадетт. — Что, если они вернутся? — пролепетала она, отстраняясь от блондина. Девушка смущённо провела пальцами по пухленьким губам, а в глазах читалась тысяча сомнений. Даже целоваться здесь ей было очень неловко.
Судя по всему, проведённые часы взаперти благотворно повлияли на эту парочку. А тихая музыка и уединённая атмосфера лишь пошли на пользу. Или это всё вино?
— Тебе не о чем беспокоиться, — ответил Эвери. Его брюки уже плохо скрывали эрекцию. Бернадетт этого не замечала. Но не Кристофер.
— Это не совсем правильно... — продолжала секретарша. — Я... не... — Дейл не дал ей договорить, накрыв её губы своими.
Кристофер оперся о край стола, неотрывно наблюдая за происходившим.
— Любопытно...
***
Уже третью минуту нетрезвый паренёк на сцене выкрикивал слова любимой песни. Да так плохо, что окружающие аплодировали четыре раза подряд в надежде, что песня уже закончилась. Слухом парень не обладал, голосом тоже, но пел с таким чувством, словно эта песня рассказывала о всей его жизни. В этом плане ему могли бы позавидовать многие знаменитые певцы, штампующие песни как на конвейере, не вкладывая в них и малейшую частицу своих чувств. Наконец песня завершилась, и паренька одарили щедрыми овациями и присвистами. Слегка покачиваясь, он поклонился и спустился со сцены.
Элизабет рассмеялась, когда неумелый певец споткнулся об собственную ногу и с грохотом повалился на пол. Приобняв девушку за плечо, Адриан усмехнулся, мысленно сочувствуя парню. Наверное, его бросила девушка, и он решил забыться, напившись в любимом караоке-баре. Рассматривая меню напитков, блондинка остановилась на текиле Corralejo Anejo. Темноволосый, в свою очередь, предпочел ирландский виски.
На сцену вышла эффектная девушка азиатской внешности с копной длинных иссиня-черных волос и стала петь песню в жанре азиатско-американского джаза(1). Её пение, в отличие от предыдущего певца, было чистым и приятным на слух. Только голос звучал холодно, отчуждённо — чувствовалось, что в пение не было вложено чувств. Она пела не сердцем, а умом, умело вытягивая все ноты. Красиво, но не цепляет. Девушка закончила петь и получила громкие аплодисменты, но Элизабет решила для себя, что предыдущий певец ей понравился куда больше.
Адриан поднялся и подал руку светловолосой, приглашая её пойти за собой.
— Ты чего? — зеленоглазая слегка растерялась, как если бы он предложил ей нечто неприличное.
— Я хочу спеть одну песню. Поможешь мне? — он улыбнулся, терпеливо ожидая.
— Но я пианистка, а не певица, — мягко напомнила та.