Страница 55 из 123
- Что эта тварь сказала?
- Циклоп предупредил, что если мы еще раз попробуем на нее надавить, она отключит почку.
- Сука. Это все же женщина, Капустин?
- Не уверен. Вероятно.
- А почему она вернула зрение хотя бы ненадолго?
- Не знаю. Могу предположить, что первоначально растерялась. Или… на время отпустила зрительные нервы и взяла под контроль речевые центры, чтобы разговаривать за Зою… Не знаю я, Борис Михайлович, не знаю! Одно могу сказать – как только Зоя Павловна прозрела, я перепугался до смерти! Подумал, что террористка уже взялась за что-то более важное, чем глаза, и Зоя сейчас рухнет! Потеряет сознание от боли или недостатка кислорода!
На руках Капустина подпрыгивала Жюли, супруга явно хотела обратить на себя внимание и что-то сообщить.
- Ты хочешь к компьютеру? – догадливо спросил стилист.
Собачка тявкнула, закрутила хвостом.
- Идите, братцы, в кабинет, - вздохнул Завьялов. – Я к Зое. Попытаюсь как-нибудь утешить.
Прекрасная солнечная погода, раззолоченный солнцем тихий сад выглядели инфернальной насмешкой над измочаленными, издерганными людьми. Борису казалось, будто он присутствует полноценным зрителем на кино-формате будущего. В настоящем, реальном времени Бориса Завьялова – такого быть не может!
Подобрав под себя ступни в носочках, Зоя скорчилась в кресле, сжалась в комок. Высокая длинноногая девушка внезапно показалась Завьялову совсем ребенком. Уничтоженной, растерзанной страхами маленькой девочкой, тихонько скулящей от непроглядного ужаса. Ее окружали мрак и незнакомые люди, толкующие о чудовищных вещах. Внутри нее засел невероятный, злобный враг – он ослепил, он может говорить ее губами! – внутри нее живет могущественный пришелец.
И нет спасения. Надежды – нет!
- Зоя, - негромко окликнул Борис.
Он помнил, как недавно отреагировала девушка на его прикосновение, одним гневным движением сбросила его руку с плеча. Брезгливо выгнула ноздри.
Ему хотелось подойти, обнять, утешить! Он не решался.
- Где вы? – всхлипнув, спросила Зоя.
- Я здесь. Я подойду?
- Вы меня боитесь? – внезапно усмехнулась девушка. Села прямо. – Это… существо, что живет во мне, – очень страшное?
Завьялов не ответил. Подошел, присел на корточки, чувствуя и слыша, как немелодично скрипнули стариковские суставы. Дотронулся до Зоиных волос, поправил прядку…
- Я сам все это пережил только вчера, - сказал тихо. – Представьте… просыпаюсь в морге. Под серой простыней – укрытый до макушки. Впопыхах подумал, что это вытрезвитель.
- Вы часто там бываете?
- Не-а, - усмехнулся Боря. - Никогда не залетал. Решил, что погулял вчера на славу, открыл сезон.
- Вы очень испугались?
- Давай на ты.
Зоя прерывисто вздохнула:
- Я все еще вижу вас стариком. Не могу представить, что вы… ты – молодой.
- Ага. А представь, что я типа представляю, бреясь перед зеркалом?
Завянь пытался если не рассмешить, то хоть немного растормошить девушку. Отпугнуть от нее кромешный ужас, увести в беседу.
По сути дела, он ожидал другого: истерики, паники, оглушительного рева, даже попытки убежать. Как будто можно скрыться от того, что проникло в самую глубину естества…
Но Зоя все-таки не зря наравне с ним попала в хроно-личности. Неординарная особа. Железобетонно стойкая. Вчера похитили, сегодня ослепили, полчаса назад враждебного пришельца внутри себя почувствовала.
- А в вас… в тебе тоже к т о – т о сидит?
- Понятия не имею, пока не объявлялся. Я очнулся на каталке в морге, вышел… Вся больница чуть в обморок не попадала, - фантазировал Завьялов. - Но документы мне вернули, теперь я здесь как генерал Лев Константинович Потапов.
- Вам еще хуже, чем мне, - судорожно, напоминанием о слезах, выдохнула Зоя. – Я хоть сама собой осталась.
- Согласен, дочка, - усмехнулся «дедушка» Завьялов и даже покряхтел по-стариковски. – Мне выбраться из Левы – жуть как необходимо!
«Валяй, валяй, Завянь, - насмешливо пророкотал генерал Потапов. – На «Беломор» еще пожалуйся. Попудри девочкам мозги. Обеим сразу».
«Гран мерси, превосходительство», - отправил внутрь себя Завьялов и развернул предложенную папиросную тему. Поделился воспоминаниями о никотиновом кошмаре в ванной.
- Мгм, - раздалось за Завьяловской спиной неловкое мычание. – Зоя Павловна, мне бы Бориса Михайловича на минуточку…
Завянь оглянулся на Иннокентия. Тот выглядел интригующе воодушевленным. Даже слегка приплясывал от нетерпения.
Борис мысленно отметил, что Кеша – хвала Господу! – не попросил на минуточку еще и носителя Льва Константиновича. Кивнул Зое и, как только та получила в качестве утешительного приза четвероногую мадам на ручки, пошел на выход.
Кеша немного задержался и смущенно произнес для Зои:
- Зоя Павловна, не мог бы я вас попросить… Не тискайте, пожалуйста, мою жену! Она ведь не совсем собака!
Зоя резко отдернула руки от Жюли-Жози:
- Простите!
Жена стилиста рассержено тявкнула на сверхпредупредительного мужа.
- Вы можете Жюли погладить, - опомнился Капустин. – Ей это не противно. Но…
- Я все поняла, Иннокентий, - сказала девушка. – Я буду помнить, что на моих коленях подруга по несчастью.
- Мерси, мадемуазель, - вякнул оформитель и поскакал за Борей.