Страница 39 из 62
5.
Утром с острова прибыла настоятельница, встревоженная присутствием в Ригстауне принца и отсутствием в монастыре Мэг. Новости её поджидали те самые, каких Анна и боялась: Мэг ночевала в комнате раненого принца, раны которого были не настолько серьёзны, чтобы ему требовалась сиделка. Анна, преисполненная гневом, ревностью и решимостью, отправилась за Мэг.
Принцу принесли завтрак, и он скармливал его девушке, с умилением наблюдая, как она ест. Когда Анна вошла, он как раз, засмеявшись, сказал:
- Ты толстеешь прямо на глазах!
Мэг тоже улыбнулась, и вдруг поперхнулась, увидев прямо перед собой разгневанную настоятельницу.
Посмотреть Анне было, на что. Преступники ещё не покидали постели; на Мэг была льняная сорочка, из-под которой выглядывали голые коленки, а Карл вообще только немного прикрылся одеялом, чтобы прикрыть то, что не стоило показывать даже любовнице.
- Распутница! – Анна покраснела до корней волос. – Бесстыжая, неужели тебя ничто не исправит?! Не успел принц появиться, и ты уже запрыгнула на него, по…
- Ты вошла без моего позволения. – Перебил её Карл. – Или ты не знаешь, кто я?
- Кто бы ты ни был, - с пафосом возразила Анна, - ты не имеешь права распутничать с монашкой! А ты – быстро прикрылась и пошла со мной!
- Она не пойдёт. – Глаза Карла сощурились, и в них заблестели тигриные огоньки. – Я уважаю церковь, но не уважать себя не позволю, будь ты хоть самой святой Матильдой. Вон из моей спальни!
На какой-то миг Анна растерялась. Она имела большую власть в своём маленьком мирке, и привыкла к почтительному трепету даже со стороны местного лорда. Она крайне редко пугалась, ещё реже плакала, и привыкла никогда, никому и ни в чём не уступать. Только с таким характером и можно было держать монастырь в языческой стране! Идя сюда, Анна не сомневалась в своих праве и власти забрать Мэг и наказать её – а наказание она уже готовила ей страшное! Настоятельница на полном серьёзе ожидала, что преступники испугаются, смешаются, пойманные на месте преступления… И её ждал серьёзный шок, а затем Анна осознала, что принц практически обнажён, и ничуть этого не стыдится, словно рисуется перед ней – или издевается?.. Анна поспешно отвернулась, чувствуя, как запылали уши, сказала быстро:
- Я жду тебя снаружи! – И выскочила прочь.
Долгое время Анна старалась не верить в то, что неравнодушна к принцу, и что ненависть к Мэг связана именно с этим. Сегодня словно щёлкнуло что-то в голове женщины; она ясно-ясно поняла, что влюблена в Карла. Его молодость и ярко выраженная мужественность и пугали, и страшно влекли её. О да, она ненавидела Мэг! Бешено, страшно ненавидела её все эти четыре года, и хотела, чтобы она умерла! Именно поэтому настоятельница отправила Мэг в Ригстаун нынче, якобы чтобы та помогала раненым, а на самом деле – надеясь, что её убьют или хотя бы надругаются! Она всё это время надеялась на смерть Мэг! И в этом было всё дело?.. В ревности? В том, что она запала на мальчишку?.. Он ведь так молод… Так непристойно красив! Анне было почти сорок, и она не желала чувствовать и считать себя старой; только кто ж её спрашивал?.. Молодость ушла, как сон, ничем не сгодившаяся, ничем не наполненная. Она совершенно не реализовала себя, как женщина, ни любовника, ни ребёнка у неё не было. И женское, и материнское в ней вцепилось в этого мальчика мёртвой хваткой. У неё больше ничего не было. Ничего!!! Эта тварь, Мэг, она и так молода, и так могла бы найти себе, кого угодно, а у Анны было только это!!!
Настоятельница ни на минуту не усомнилась, что Карл поиграется с Мэг и оставит её здесь, и до последнего ждала, чтобы забрать эту… тварь, чтобы отомстить ей. В награду Анна вынуждена была смотреть, как принц заботливо усаживает Мэг, уже закутанную в богатый плащ, в седло каурой лошадки, как бережно и трепетно ухаживает за девушкой, и понимать, что Мэг не игрушка, не забава, она – возлюбленная, и что у этой твари есть то, чего нет, не было и уже никогда не будет у Анны. Заметив настоятельницу, Мэг воскликнула:
- Матушка, простите меня! – И Анна ответила, вне себя от бешенства:
- Будь ты проклята, блудница! Нет тебе прощения, поняла?! Нет, и никогда не будет!!! – И плюнула в её сторону. Карл среагировал мгновенно. Наезжая конём на настоятельницу, он зашипел страшно, горя глазами:
- Если ты, сука старая, обидишь мою Мэг, я не посмотрю, что ты баба и монашка, я тебе нос сломаю, ты меня поняла?! Ты меня поняла?!! Мэг мне всё рассказала, паскуда; я знаю, как ты чистую и невинную девочку позорила и гнобила!!! Сколько тебе Скульд платил за это, а?! Как ты её ещё не продала никому, старуха бесстыжая!
- Да как ты смеешь… - Жалко произнесла Анна. Сама так жестоко поступая с Мэг, она оказалась не готова проглотить собственное лекарство. В глубине души она стремилась очернить Мэг и произвести-таки впечатление на Карла. И его отношение, слова страшно испугали её, так, что она даже ощутила страх, даже жуть, по телу сошла волна шока.
- Карл, не надо! – Остановила принца Мэг. – Я её простила…
- А я нет! – Яростно возразил Карл, хоть и оставил Анну. – Никогда не прощу тех, кто обидел моих любимых!
Они уже уехали, а Анна сидела в трапезной, чувствуя себя дурно; несколько дней после этого её мучили страшные головные боли. После этого дня у настоятельницы появились проблемы с речью, и порой она начала заговариваться. Но монастырём управлялась по-прежнему, железной рукой.
6.