Исцели мое сердце

—Думаю, тогда мы уже не будем стесняться.

Даша тихонько рассмеялась, зажав рот рукой.

—Мы с тобой выглядим не хуже. Надо было, как в прошлый раз, идти на пятый или десятый день, когда здесь не будет этого бомонда.

На подмостки ведущие пригласили виновников торжества – молодых художников, чьи картины сегодня предстояло увидеть гостям.

—Смотри, Лерочка, какие интересные молодые люди! – Даша пришла в восторг.

—Да, обычными их не назовешь, – вздохнула Лера.

Художники кучкой стояли рядом с ведущей презентацию парой. Все, как на подбор, были бородатые, кроме одного, бритого, у которого были черные, гладко зачесанные волосы, схваченные на затылке в хвост. Выделялся из этой группы рыжебородый великан, стоящий чуть в стороне, серьезно осматривая зал.

—Какой симпатичный вон тот, бритый. Да, Лер?

—Те, может быть, симпатичнее, только за бородой, как за чадрой, не видно. Одни глаза светятся.

—Светятся – это уже хорошо.

Поприветствовав художников, толпа стала перетекать в залы.

—В будни публика проще. Смотри, кто-то пошел на первый, кто-то на второй этаж. С какого этажа начнем мы? – растерялась Даша.

—С первого, конечно. Не будем нарушать порядок.

Девушки так увлеклись, осматривая выставку, что не замечали никого вокруг. Что-то им нравилось, что-то нет. Бывало, что картина нравилась только одной из них, бывало, что обеим. Тогда они долго стояли у картины, рассматривая ее с разных ракурсов. Они остановились у очередной картины, на которой были изображены красные и синие хаотичные полосы. Переглянулись.

—Что это? – тихо спросила Даша.

—«Великое созидание», – прочла Лера название картины.

Они еще раз переглянулись и рассмеялись.

—Что вас так развеселило?

Между ними и картиной стояли двое. Девушки сразу узнали в них молодых художников, представленных гостям на открытии выставки. Это были рыжий бородач и тот, который был единственным бритым среди художников. Девушки смутились, решив, что эта картина одного из них.

—Потрясающая выставка! – Первая пришла в себя Лера.

—Мы в восторге! – Добавила тут же Даша.

—Какие замечательные девушки посетили нашу выставку! – теперь пришла очередь восхищаться девушками бритому художнику, он не сводил глаз с Даши.

Только великан сурово оглядел девушек и повернулся к своему спутнику.

—Ты идешь, Кир? Нас ждут.

—Ты иди, Борис, я приду чуть позже.

Рыжий бородач насупил брови, лицо его стало строже. Он еще раз оглядел девушек и ушел.

—Вы всю выставку осмотрели? – Спросил тот, которого бородач назвал Киром, у девушек, но глядя только на Дашу.

Он сладко улыбался, как показалось Лере, от восхищения к себе. Гладко зачесанные длинные волосы, схваченные резинкой в хвост, доходили почти до пояса.

Лере он не понравился, она не любила мужчин с длинными волосами: ей казалось, что они только и думают о своих волосах – а это было не к лицу мужчинам. А у этого человека волосы давно не мытые, как будто он, наоборот, совсем забыл он них.

—Нет, еще не успели. Мы не спешим, – заворковала в ответ, мило улыбаясь, Даша. Казалось, она была очарована молодым художником.

—А хотите, я покажу вам свои картины? – кажется, он ждал только согласия на свое предложение. – Разрешите представиться – Кир Сокорский.

—Даша, – протянула девушка ему руку. Он пожал Даше руку, но не спешил отпускать ее.

Даша вопросительно посмотрела на Леру.

—Я хотела бы пройти все по порядку, – Лера тоже вопросительно посмотрела на подругу и улыбнулась. – А ты иди, Даша. Только не уходи без меня.

Художник уже повел Дашу, но та повернулась к Лере.

—А как я тебя найду? – заволновалась она.

—Позвони.

—Ах, да, – Даша весело мотнула головой, – совсем забыла.

И ушла за своим провожатым.

—Дашуня, кажется, потеряла голову, – решила Лера и продолжила свой путь по галерее одна.

«Ну, это, конечно, не потрясающая выставка, но кое-что заслуживает внимания. – Размышляла про себя Лера. – Несколько картин, безусловно, хороши. Я бы даже парочку приобрела в дополнение к своей одинокой картине. Но эти, видимо, стоят бешеные деньги – раз попали на такую выставку. Не с улицы же берут сюда художников, а уже сделавших себе имя».

Она вошла в следующий зал и остановилась: со всех картин на нее воззрились молчаливыми стражами разноцветные геометрические фигуры. Именно воззрились. Другого слова она не смогла подобрать. Что же это за художник с таким крутым математическим уклоном? Она подошла ближе, чтобы прочитать фамилию художника: Борис Крутояров. «Не тот ли это рыжий бородач, которого его собрат по цеху назвал Борисом»? – Вспомнила она.