Страница 30 из 34
Ну вот, дошли до сути, моя очередь.
Охраняющая скамью свидетелей наказующая посторонилась, я вышел, встал с гордым видом, готовясь к бою. Девочка из технического отдела тут же профессиональными движениями принялась подключать ко мне датчики. Я бросил беглый взгляд вправо, на подсудимых, но ненависти в их глазах не увидел. Как и отчаяния или сожаления. Усталость, равнодушие людей, которые сражались, но проиграли. И чего этой казнью хотят добиться?
- Итак, расскажи нам, - обратилась ко мне сеньора председатель, когда закрепившая провода девочка ей кивнула, - что произошло в сто шестнадцатой аудитории. Начни с момента, как вы там оказались, почему и что вами всеми двигало.
Я начал. Рассказывал подробно, обстоятельно. И о нашем сговоре с Камиллой (в этот момент спиной чуял, как стало стыдно девочкам из моего взвода, тоже сидящим в зале и тоже в качестве свидетелей), о ходе и результате ее переговоров с сорок четвертым взводом, о нашем договоре встретиться.
- Откуда ты знал, что они будут пытаться тебя убить? – сразил меня вопрос сеньоры министра. Такой простой, но такой неожиданный. Я пожал плечами.
- Предполагал, сеньора.
- Почему? Откуда ты мог предполагать такие вещи?
- Я видел снимки, сделанные недалеко от моего дома, на которых было видно, что Алессандра Перес наблюдает за моей матерью, - честно ответил я. - Она пыталась или убить ее, или сделать ей что-то неприятное, чтобы отомстить мне. После же она… Умерла. Это закономерно, сеньора, ее напарницы не могли не знать о целях своей подруги. И сопоставив факты, могли прийти к мысли уничтожить меня в качестве мести за нее.
Когда я заговорил о снимках, в зале поднялся небольшой гул. Да уж, догадываться, что дело не чисто, и точно знать – разные вещи. Кажется, я лишь вбил гвоздь в крышку гроба подсудимых.
- Где ты видел эти снимки?
Я кинул на Мишель.
- Мне их показала глава корпуса. Чтобы у противниц не было передо мной информационного превосходства. Чтобы я был готов к возможной атаке.
Члены трибунала переглянулись меж собой, особенно «решающие». Но смущением ни от кого не пахло – действия Мишель были санкционированы.
- И все-таки, - вернулась сеньора министр. – Ты не просто думал, что такой вариант возможен. Ты знал, когда это случится, ибо пришел на встречу полностью экипированный.
- Я спровоцировал их, сеньора. Мое предложение, переданное Афиной, было одновременно провокацией. Если бы они приняли предложение – все закончилось бы благополучно. Если нет – напали бы, как это и произошло. – Я сделал паузу. – Поймите, сеньора, они слишком высокомерные, чтобы не отомстить.
Кажется, это был ещё один гвоздь.
«Шимановский, сам себе усложняешь задачу?» - поддел внутренний собеседник. Захотелось выругаться.
Гул в зале усилился, но постепенно стих. Девочки признали, наконец, очевидное – да, высокомерные.
- Кто ударил первым? – сощурились глаза сеньоры министра.
- Одновременно, - вновь честно ответил я. – Мы с Камиллой поняли, что миром не разойдемся, что они приняли решение бить на поражение. И когда ударили, мы ударили в ответ, одновременно с ними.
- Вы провоцировали их?
- Нет.
Мягкий зеленый свет индикатора полиграфа показывал, что я не вру. Вновь по залу прокатилась волна, начавшись в задних рядах и спустившись с галерки.
- То есть, ты подтверждаешь, что они целенаправленно напали на вас первые, хотя могли не делать этого? И вы бы в этом случае не завязали с ними бой?
- Да, сеньора.
И вновь мягкий зеленый свет.
- Я думаю, - обернулась она к членам трибунала в одну и в другую сторону, - все понятно. Мотив ясен, принадлежность каждого фигуранта к попытке противоправного деяния установлена, последовательность событий определена. У кого какие вопросы к мальчику?
- Вы забыли добавить, - невежливо влез я в их разговор, - «осталось установить ВСЕХ виновных», сеньора.
Она непонимающе сдвинула брови.
- Поясни?
- Я говорю, вы забыли добавить, «осталось установить ВСЕХ виновных, а не только сидящих на скамье», - кивнул я на вмиг ожившую, но пока вяло, «сорок четверку».
- Мне кажется, ВСЕ виновные установлены, - ещё больше нахмурилась она. – Или ты утаил что-то в своих показаниях?
- Никак нет, не утаивал, сеньора. – Я отрицательно покачал головой. – Просто против оставшихся виновников дать их ещё не успел, ибо об этом никто не спрашивал.
- И кто же эти оставшиеся? – с иронией усмехнулась она.