Страница 13 из 120
ПРИМИРЕНИЕ
Следующим днем ехать в «Рай», после столь откровенных бесед за столиком в ресторане, было страшновато, но собравшись с духом, отправилась. Встретил господин Жан, отец семейства, сообщив, что миледи присоединиться чуть позже. Наша беседа прошла без баронессы и мужчина больше рассказывал о себе и я оценила откровенность.
Господин Жан оказался интересным рассказчиком, когда намекнула, он засмеялся и ответил, что их дети согласятся со мной, потому что в детстве, он частенько баловал их своими сказками.
— А что же делала госпожа Батист?
— Пела колыбельные.
Погружалась в историю их жизни, уходила с головой. Она столь интересна и понятна, хоть и казалась обыденной. И еще, меня многое удивляло в них — отношения в семье с детьми, между собой, даже со слугами. Почтительное обхождение, манера поведения - теплая, общение - непринужденно, будто на равных. Скажу лишь то, что четыре дня, проведенные с ними, пока я приезжала, общаясь каждый день, наполнялись уважением и добротой, по отношению ко мне. Вот только погода подвела — на пятый день разразился ливень и мне не разрешили вернуться в гостиницу, припомнив "договор" о плохой погоде.
Не хотела оставаться на ночь, до ужаса, но пришлось подчиниться. Мне отвели комнатку, довольно теплую и уютную, в ней имелось все необходимое для отдыха и работы.
В этот беспокойный вечер, а стихия за окном разыгралась не шуточная, не могла уснуть.
«29 августа».
«За окном воет ветер. Хлещет непрекращающийся дождь. Деревья ветками стучаться о стекло. Подобная картина погружает в жуткое состояние, да еще на новом месте, в незнакомом доме. Немного страшно. Раньше, подобная буря наводила меня на хмурые воспоминания, напоминая детские слезы и горести, будоража душу.
Сегодня, как впрочем и за последние четыре дня, я узнала довольно много об этой семье, а точнее о тех, кто создал ее. Не перестаю восхищаться добротой и открытостью».
В процессе написания тезисов и кое каких, как мне казалось, важных и ключевых мыслей в работе, возникла неожиданная мысль: «куда пропал, на целых четыре дня, Анри де Бэтьюи», - но тут же была пресечена: - «О, нет! Вовсе не хотела о нем вспоминать. Не думала я о нем в эти дни! Мне просто некогда»!
Рассердившись на саму себя, - надо же додуматься! - положила перо и закрыла дневник. Спать не хотелось, а если сказать еще точнее – боялась я. Здесь, в чужом доме, опасалась проснуться с дикими воплями от ночных кошмаров, перепугав жильцов. Потом, попробуй, объяснись.
Открыв тетрадь, в которой фиксировала мысли касающиеся будущего романа, пробежала взглядом по написанным строчкам и задумалась: как же начать?
Придя в себя, взглянула на часы. Уже два?! Прислушавшись к тишине, стоявшей вокруг, к своему удивлению, обнаружила, что буря за окном прекратилась. Мысли не отпускали и вновь вернулась к обдумыванию деталей романа. Мне понравилось то, что в беседах, несколько раз так получалось, каждый по-отдельности рассказывал и пробуждал свою память и это, по-своему, интересно. Они отдельно, рассказывали одну и ту же историю. А может так и сделать? Написать роман не как от третьего лица или не как от первого. Это идея! И тут же принялась записывать возникший план.
В три часа ночи услышала отчетливые шаги по коридору. Через какое-то время, может прошло пол часа, опять. Явно, в доме не спали. Задула свечу и затихла. Хотя, не издавала никаких звуков, кроме, разве что, скрипа пера. Но сон, все же, побеждал и я легла, но уснула только под утро, ворочаясь от мыслей, не дававших спокойно заснуть.
Открыв глаза от яркого солнечного света, облегченно вздохнула — мне не снились сегодня сны, вообще. Но осознав, что проснулась довольно поздно, вскочила с кровати и посмотрела на часы — одиннадцать!? - пришлось поспешить одеваться. Что же обо мне подумают хозяева? Я сплю до полудня?!
Не помня себя и злясь, выбежала, как оголтелая, в холл. Он оказался пуст. Прошла в столовую – тоже никого. Где же все? Поспешила на кухню - может там объяснят в чем дело - и застала миссис Дулитл, горничную миледи.
— Меня никто не разбудил, почему?
— Мисс Каррентлин, не беспокойтесь, господин Жан сказал, что вы не могли уснуть ночью и не велел вас будить, пока сами не проснетесь. Они уехали и просили передать, что будут часам к трем. Очень настаивали дождаться их.
Ну, что же, конечно, у них могли возникнуть дела, поэтому успокоилась.
— Идите в столовую, мисс, Долли накрывает завтрак.