Страница 32 из 67
Дарина забралась на самый верх книжного шкафа, выудила из дальнего угла немного поистрепавшуюся книжонку, которую читали явно не один раз, и не одному поколению.
«Так-так… О! Как отвадить дракона. Нет, мне это не подходит. Мне надо, как привадить. А никто, похоже, и не приваживал…Ну-ка, а как отвадить-то?»
В книге в разделе про отваживание драконов приводилось следующее заклятие:
Улетай от меня, беда,
Отведи скорей огонь,
Мне твоей не быть никогда,
Я уже не твоя, дракон!
«Так, если это отваживалка, то если все наоборот написать – будет приваживалка!» Дарина села, взяла лист бумаги, перо и вывела:
Прилетай же ко мне, беда,
(«будь, что будет, уж хуже этого герцога вряд ли кто прилетит»)
И направь на меня огонь,
(«ну это, скорее, для рифмы, не будет же дракон палить то, что полагается при всем честном народе унести»)
Буду я твоей навсегда,
(«лишь бы отвертеться от этой свадьбы, а там как-нибудь выкручусь, сбегу, в конце концов»)
(«Так…со словом «твоя», явно перебор»…)
Забери же меня, дракон!
«О! Да у меня талант!»
Дарина выучила стишок, и, воодушевленная, пошла примерять подвенечное платье.
- Ну, просто глаз не отвести, как хороша! – щебетала придворная портниха Мария, явно преувеличивая свои заслуги.
Конечно, сама не похвалишь – заставят перешивать! Один рукав был явно длинноват, его Мария незаметно подогнула. Бусинки на поясе были пришиты совсем не симметрично, но кто ж всматриваться будет в какие-то бусинки!
А Дарина была не в том настроении, чтобы придираться к фасону и бусинкам. Хороша, так хороша! Возможно, дракон залюбуется и не сразу слопает.
- Госпожа, пора в церемониальный зал! Скоро начнется!
- Как начнется? - запереживали фрейлины. – Еще прическа не готова, туфельки не доставлены.
- Значит, обойдемся без туфелек, а волосы можно вот этим цветочком заколоть, - и Дарина воткнула в свои золотистые кудри ромашку из корзинки на окне. И уверенным шагом пошла навстречу своей судьбе.
***
Принцессу уже ждали. В центре зала стоял герцог и родители. Вдоль стен толпились придворные. Герцог на этот раз был в черном костюме, который ему совсем не шел. На голову он по непонятным причинам водрузил цилиндр. Конечно, это делало его несколько выше, но привлекательности не добавляло. Из-под цилиндра торчали жуткие крысиные усы, закрученные на кончиках.
Принцесса поравнялась в этой тройкой. Отсутствие туфель никто не заметил, тем более, подол был достаточно длинный. Принцессу так распирало чувство внутреннего восторга, ощущение игры, что она чуть было не задрала платье, чтобы продемонстрировать всем свое отношение к происходящему. Но вовремя грянул оркестр. Жених взял невесту под руку, и они пошли к выходу, провожаемые восхищенными взглядами присутствующих.
Пройдя по дубовой аллее, молодые приблизились к священнику. Тот начал свою речь.
- Сегодня, в этот знаменательный день я хочу напомнить вам о любви. Любовь исцеляет, любовь возрождает, любовь побеждает, любовь окрыляет. Супружество – это непрестанная работа. Только любя, можно преодолеть все жизненные трудности. Только идя бок о бок, не разжимая рук…
Согласен ли ты, раб божий Забир, взять в жены рабу божию, Дарину, и любить ее, пока смерть не разлучит вас?
Забир, будто расплачиваясь за товар на рынке, ответил:
- Согласен.
- Согласна ли ты, раба божия Дарина, взять в мужья раба божьего, Забира, и любить его, пока смерть не разлучит вас?
В этот момент Дарина запела:
«Прилетай же ко мне, беда,
И направь на меня огонь,
Буду я твоей навсегда,
Забери же меня, дракон!»
Священник, уже приготовившийся продолжить церемонию, застыл с поднятой для окрещивания молодых рукой, округлил глаза. Родители оцепенели. В толпе зашептались.
Неожиданно небо потемнело, поднялся ветер, сверкнула молния. Все подняли головы вверх. Но ничего особенного не увидели.
«Ну вот, не сработало. А жаль. Зато весело. Будет, что вспомнить. Скажут – принцесса умеет погоду портить. О! Да я действительно поэт!»
Но вдруг вдалеке, стремительно приближаясь, появилось что-то крылатое. Принцессе стало страшно. Она стала судорожно вспоминать стих про отваживание дракона, но запоминала-то она свое. Поэтому получалось не совсем то. Точнее, совсем не то.