Страница 19 из 23
Меня не отпустят. Теперь - не отпустят. Этот следак засветился, как и Феликс, их в итоге прижмут или завалят, но это произойдёт позже. Хефе пошел ва-банк, раскрывая козыри, и в этой ситуации передача меня в лапы Катарины – поражение. Как только Катюша покинет камеру, пусть даже на минуту, связаться со своими, я не дам за свою жизнь и ломаного центаво. Интересно, понимает ли она это? Должна понимать, не маленькая.
Да, понимает. Последняя моя мысль отразилась на её лице, стервочка ободряюще подмигнула.
В следующую секунду существо, сидящее напротив меня, молнией сорвалось со своего места навстречу ничего не ожидающему комиссару. Удар. Ещё удар.
- Ох йо, - выдал тот фразу на непереводимом испанском. Рука его выгнулась за спиной под очень большим, на грани фола, углом. – Ты что делаешь, сука! Это нападение на сотрудника гвардии! Ты еще пожалеешь об этом!
- Я? – Катарина плотоядно усмехнулась. – Пожалею? Ты уверен?
- Да! Ты! Даже на такую, как ты, есть управа! Быстро отпусти, иначе…
- Иначе что?
Пауза.
- Иначе худо будет.
Комиссар говорил серьёзно, абсолютно уверенный в своих словах и правоте. И в той силе, на которую рассчитывал, пытаясь угрожать. Но Катарина его чаяний не разделяла.
Рывок и толчок. Вновь вой комиссара, лоб которого с гулким «бумом» въехал в столешницу.
- А «худо» это как?
- Ах, ты ж… - Далее следовали непереводимые фольклорные обороты. Катарина довольно усмехнулась и, словно играя с ребенком, потрепала комиссара по головке.
- Мальчик, ты кое-чего не понял. Ты играл с огнём, но заигрался. Забыл, кто есть кто в этой жизни и своё в ней место. Оно ведь есть у тебя, место, несмотря на покровительство неких сильных мира сего, не так ли?
Ответом стало неразборчивое мычание.
Она наклонилась и зажала локтем его горло, нежно так приобняв. Раздался резкий щелчок, звук «тр-р-р», и из её запястий в стороны вылетели тоненькие полукруглые почти прозрачные пластины, которые наслаивались одна на другую, образуя нечто вроде веера. Благодаря сверхмалой толщине каждой пластины, всего в несколько атомов, общая толщина веера сравнима с шерстяной нитью, а значит, легко умещается внутри тела. «Бабочки».
Я читал о них. Главное в «бабочках» не толщина, а кибертехнологии, вживление управляющего контура непосредственно в нервную систему. Как происходит их активация и дезактивация не знаю, но операция по установке сложная и ответственная. Слышал только, что управлять ими достаточно трудно, делается это непосредственным сигналом нервной системы, как поворот руки или ноги.
Одно ловкое, но аккуратное движение, и горло комиссара обагрилось кровью, хлынувшей ручьём на столешницу, заодно заливая рукав моей старой знакомой. В глазах её плескалось удовлетворение и чувство глубокого превосходства, она держала «бабочки» перед глазами бледного, как смерть, комиссара, заставляя дергаться в конвульсиях.
- Ты прав, малыш, ты не обязан исполнять то, что написано в этих документах. Без прямого приказа начальства не обязан. Это называется «бюрократия», твоё поле битвы, и ты на нём выиграл. Но не учёл, что мы не играем по правилам. Я могу убить тебя в любой момент, просто так, потому что мне этого хочется. И мне ничего за это не будет. Не веришь?
Комиссар захрипел и дёрнулся, но вновь был прижат к столу.
- Я скажу, что ты напал на меня первый, а этот юноша, как единственный свидетель, мою версию подтвердит. И максимум, что сделает Лея, вернувшись, погрозит пальцем. Ты ведь подтвердишь эту версию? – обратилась она ко мне.
Мне было дурно от вида крови, но я держался. И чётко кивнул в ответ:
- Разумеется!
- Да не дергайся ты !- Она несильно ударила комиссара в спину, после чего подалась назад и отпустила.
– Ты всё понял?
Тот сплоз на колени и прижал к горлу ладони, одновременно зажимая подбородок, пытаясь как-то уменьшить горячий красный поток.
- Вы ещё пожалеете! Оба пожалеете!
С показной ленцой Катарина обошла стол, села на место и вытянула ноги.
- Ничего-то ты не понял. Ну да ладно, дело твоё. Рана неглубокая, и вообще не рана, ни одной жизненно важной артерии не задето. Сейчас кровь свернётся и… Всё. Это так, о текущем.
Ленивый вздох.
- Теперь к главному. Я забираю мальчишку. Любые ваши помехи буду расценивать, как агрессию, и реагировать адекватно. Поясню, если с той стороны шлюза меня встретят во всеоружии, это будет означать, что на тот свет, кроме тебя, отправится ещё несколько человек. Оставшихся же, кого не успею, добьют мои подруги, и поверь, эти ребята будут искренне сожалеть, что не погибли от моей руки.