Прощённая

Хороша же я. Приехала на кладбище в белом платье. Да ещё с таким декольте. Невольно пытаюсь застегнуть дизайнерскую молнию. Будто в клуб спонсора искать приехала, а не на прощание с погибшим парнем.

Навстречу небольшая группа людей. Я узнаю в этой толпе Игоря. Он как раз идёт рядом с мамой Антона, придерживая её за локоть. Она плачет. Маленькая головка, укрытая кружевной шалью, подрагивает. На лоб выбилась каштановая прядь. Женщина не отрывает от глаз белого платка.

Я отступаю, сворачиваю между ближайших двух могил. И быстро иду по тропинке.

- Алиса!

Её голос как ушатом ледяной воды с головы до ног. Мне становится страшно, стыдно, и унизительно.

Оборачиваюсь медленно. Будто увижу за спиной привидение.

- Ты всё-таки соизволила приехать, - в её тоне столько сдерживаемой горечи, что сладкий привкус в моём горле, который всегда пробирается внутрь на кладбищах, сменяется на солоноватый. – Принарядилась для моего мальчика.

- Мария Григорьевна, примите мои соболезнования, - несмело приближаюсь к ним.

Те, кто шли вслед за мамой Антона и Игорем, проходят дальше. Не преминув окинуть меня осуждающим взглядом.

- Я думала, ты хорошая, порядочная девочка, - она вдруг делает резкий шаг в мою сторону. Зло дёрнув локтем и высвобождаясь от поддержки Игоря так, будто он насильно её держал. – Это ты его надоумила этим заняться? Ты знаешь, какие теперь у нас проблемы? Какие грязные слухи ползут о нём? Ни в жизни не отмыться, ни после смерти.

- О чём Вы говорите? – моё дыхание сбивается.

- Шлюха, - выплёвывает она. И горько всхлипнув, идёт прочь.

- Я же говорил, что тебе не нужно приходить, - шипит Игорь – Не могла переждать немного? Мария Григорьевна! – бросается вдогонку.

Наконец делаю глубокий выдох. Руки опускаются. Рюкзак падает на землю.

Это какой-то дурной сон. В котором из меня пытаются сделать то преступницу, то сумасшедшую.

Мотнула головой. Я сюда пришла, чтобы попрощаться. С человеком, которому стала доверять. В которого почти влюбилась. И который погиб, пытаясь помочь Владе. Хотя она стоила этого меньше всего на свете.

Поднимаю рюкзак, выхожу на аллею. Мой взгляд натыкается на недвижимую фигуру в нескольких шагах, прямо передо мной. И я цепенею.

Девушка курит спокойно, и бесстыже разглядывает меня.

- Значит, - протягивает она, - ты и есть та самая Алиса?

С ног до головы, раз за разом, взглядом как сканером множество копий делает.

- Вы были знакомы с Антоном? - подхожу ближе.

- Да. Мы много общались раньше. До того, как появилась ты.

- Вы его бывшая девушка?

Она громко хохочет. Зловеще. Запрокидывая назад голову.

- Подруга, - облизывает губы. Хитро прищуривается. – Хочешь, дам тебе один совет? – вглядывается за моё плечо. И в её глазах появляется смесь тревоги и недовольства.

Смотрю на неё непонимающе.

- Будь послушной, - говорит тихо. – Чем меньше ты сопротивляешься, тем быстрее ты ему наскучишь.

Девушка разворачивается, и идёт в противоположную сторону от выхода.

Она о ком? Об Илье говорила? Откуда она знает, что я теперь…

- Алиса Мельникова? – оборачиваюсь резко.

Двое мужчин, похожих друг на друга, почти как близнецы. Они в тёмных деловых костюмах. Лица каменные. С такими выражениями, будто у них вся жизнь – траур.

Я часто моргаю. И несмело киваю.

- Вам необходимо поехать с нами.

Голос одного из них прозвучал вежливо. Но после того, как они двинулись на меня, и взяли под локти, весь флёр спокойного разговора растворился.

- Подождите, - забормотала я. – Куда вы меня ведёте? Кто вы такие?

- Перестаньте привлекать внимание, - один.

- Ведите себя спокойно, - другой.

Как роботы, честное слово.

- Вас Влада прислала? Я же сказала, что вернусь сама. Отпустите! Я пришла попрощаться со своим парнем! – попыталась высвободиться. – Да отпустите же! Мой парень погиб! Дайте мне с ним попрощаться!

В какой-то момент я поняла, что просто вишу на их руках, и беспомощно перебираю ногами в воздухе. В итоге с меня свалилась обувь.

- Стойте! – заныла я. – Мои туфли!

Ноль внимания.

- Дайте мне мои туфли. И я пойду с вами сама. Обещаю.

Наконец, меня ставят на ноги. Один из мужчин пошёл за туфлями. Другой продолжает держать меня под локоть, как арестованную.

- Подержите, пожалуйста, - протягиваю мужчине свой рюкзак, когда мне приносят обувь.

Наклоняюсь. Низко. Кошусь на своих стражников исподлобья. И пока эти два амбала смотрят не на меня, я рывком слетаю с дороги.

Это было бессмысленно. Назад дёрнули так, что я думала, из меня душа выпрыгнет.

- Мне больно, - заскулила.

- Не дёргайся, сучка, - зашипел один из них. – Иначе твой товарный вид будет испорчен. Ты ведь не хочешь, чтобы хозяин тебя отбраковал?

Настолько крепко давит на моё предплечье, что я отчётливо ощущаю, как под его стальными пальцами наливается синяк.

- Ты же знаешь, что хозяин делает с теми, кто ему не подошёл, - говорит другой. – Или Антон тебе не рассказывал?

Перед глазами начинает темнеть. Мысли путаются. Ядовитым ростком проползает через сердце мерзкое подозрение, что Антон был совсем не тем, за кого себя выдавал.

- Так, а ну стоп! – въедливый женский голос.

Знакомое цветовое пятно метрах в двадцати от нас. Розовые широкие брюки на талии, чёрный поясок под грудью, и белый лиф без бретелей. Голые плечи Влады сияют на солнышке. Она стоит недалеко от входа на кладбище, по ту сторону. И смотрит на меня огромными глазами. Переводит взгляд на одного из амбалов, и раздражение сменяется яростью.