Страница 51 из 95
Не ведая, что тут творится без него.
Вероника Долина - Сон
- Так вот, самое главное – это понять…
Понял уже год назад. Иди на фиг, Юля!
Макс раздраженно закрыл окно проигрывателя. Зачем его занесло на сайт Юльки Камелиной, он и сам понять не мог. И зачем он вообще о ней вспомнил. Хотя, было бы трудно не вспомнить. После краткой прогулки по странице Букарева стало ясно: чувак продолжает загонять себя в бутылку, которая в определенных кругах именуется «гегемонная маскулинность». Но, поскольку в семейном положении у него вписано «влюблен в Ирину Камелину», природное любопытство заставило заглянуть к Камелиной, а у той уже в свою очередь была ссылка на Юльку в разделе «Братья и сестры». По ссылке он не пошел, но на странице обнаружилась ссылка на статью с личного сайта Камелиной – был у нее и такой. Юлька давно уже вела блог (кстати, весьма напичканный рекламой, так что коммерческая жилка у нее есть, не пропадет даже в кризис), в котором размещала статьи на странные темы – что-то среднее между психологией и философией. Изучать сайт подробно Макс не стал, но из интереса ткнул в самую свежую статью. Камелина продолжала заниматься бесполезным словоблудием, вроде того, каким она парила его, Сотовкина, в марте прошлого года. Ну, пусть продолжает, Максу от этого не холодно и не жарко, а раз уж отец не в силах наставить дочь на путь истинный и отправить на хоть какую-нибудь нормальную работу – это уже их семейная проблема.
Сегодня суббота, четырнадцатое мая. В среду у Букарева был день рождения, на который он его, Макса, почему-то не позвал. Макс не любил застолий, но на дни рождения друзей, если те их отмечали – Ахмелюк или Каваев, например, свою днюху упорно игнорировали – всегда приходил. Хотя, учитывая, что в четверг Ирина вернулась с гастролей, нет ничего удивительного в том, что никакого праздника, возможно, и не было, а вместо него был праздник души и тела. Кстати, не худо было бы поговорить с Камелиной на тему сумасшествия Букарева – вдвоем они, глядишь, и уведут его с этой опасной орбиты, а может, и еще кто-нибудь подключится. Может, даже Юлька.
Букарев был в оффлайне, а вот Камелина, похоже, субботний день посвятила в том числе листанию соцсетей. Посовещавшись со своими собственными извилинами, как бы ему лучше составить обращение, Макс все же отправил ей:
«Приветствую. Как там Андрюха поживает? Он на меня не злой?»
Ответ пришел сразу же.
«Здравствуй. Нет, не злой, а почему ты спрашиваешь?»
«Так он меня на днюху не позвал».
«Мы особо не отмечали. Вчера это было. Ахмелюк пришел только да еще какой-то ваш друг… с птичьей фамилией…»
«Сыч?»
«Да, точно, Сыч. Посидели часа полтора и разошлись. Хочешь, заходи к нам. Я вчера пирогов с рыбой напекла, у нас еще осталось. Заодно и обсудите что хотели».
«А он не против?»
«Сейчас спрошу.»
Пара минут на обсуждение в оффлайне, потом Сотовкин получил ответ:
«Приходи, конечно, он думал, ты работаешь, потому что мы днем сидели, у Сыча с Ахмелюком на вечер какие-то свои дела были».
Вот оно, значит, чего. Ну, тогда надо… или лучше обсудить это по интернету? Букарев не одобрит, если они будут шушукаться с Камелиной, не обращая внимания на именинника. Но раз уж напросился, тогда надо идти. И подарок припасти. Фантазия на подарки у Макса была скудной, поэтому он ограничился посещением по дороге супермаркета, где ухватил небольшую бутылку коньяка. Коньяк был хороший, дагестанский, проверенный – Макс сам его неоднократно пил по разным торжественным и не очень поводам, Андрюха точно будет доволен.
В назначенный заранее вечерний час Макс появился на Верхней Поляне, постоял немного перед домом, вспоминая, в какой половине живет Букарев – после увольнения с почты память на адреса начала постепенно слабеть – и, наконец, определив, постучался. Дверь открыла Камелина.
- Заходи, заходи, - приветливо улыбаясь, подталкивала она Макса, - рады тебя видеть.
Букарев сидел в углу возле гантелей – видимо, только что закончил тренировку. Качок хренов. Нет, никто ничего не говорит, спорт – это хорошо, но то, что Букарев в него шарахнулся, ни о чем хорошем говорить не может. Хотя, может, он и прав в основной своей мотивации. Пара из мужественного мужчины и женственной женщины несомненно красивее той, в которой вместо мужественного мужчины – тельце в брючках, капризный и ранимый чувак, любящий прибухивать за любовь и обижаться на каждую чепуху. Но это со стороны, а саму женщину, конечно, никто и не спрашивал, да по ней и видно – не больно-то она и рада этим фортелям.
- О, здорово, - сказал именинник, протягивая слегка влажную от пота ладонь. С кровообращением у Букарева было явно не очень – отсюда вечно румяная, красная как свекла физиономия, а после тренировки он и вовсе напоминал по цвету свежесваренный борщ, покраснели даже руки.