Страница 103 из 107
– Мелюзине, – она вздохнула. – Ну вот, абонент вне зоны доступа.
– Зачем она тебе понадобилась?
– А помнишь, мы говорили об её знакомом музыканте, когда искали информацию по этому? – она кивнула на переднее сиденье, где рядом с ведущим машину Максом комфортно устроился Бошняк.
– А… Да, кажется, что-то вспоминаю.
– Ну, так если он действительно из его клиентов…
– Женя, – я вздохнула. – Ну, вот узнаешь ты, что его тоже нет в живых. Тебе от этого станет легче?
Она не ответила. Мы возвращались в Беркли, так как именно там, по словам Петра Викторовича, хранилось оборудование, необходимое для освобождения Макса и Жени от подселённых к ним душ. Или, скорее, для освобождения душ от Макса и Жени. Я со стыдом вспомнила, что одной из этих душ была моя близкая подруга-Охотница, о которой я совсем не думала последнее время. Впрочем, что я могла для неё сделать сверх того, что я уже сделала? Ничего.
Остаток пути мы проделали в молчании – терзать смартфон Женя тоже перестала. Наконец мы миновали знакомую Юниверсити-авеню и въехали на засаженную тополями территорию университета. Попетляли по аллеям, подчиняясь указаниям взявшего на себя роль штурмана Петра Викторовича, миновали четырёхугольную башню с часами и остановились у довольно безликого белого шестиэтажного здания.
– Добро пожаловать в мою лабораторию! – повернулся к нам с переднего сиденья Бошняк, и собрался было выйти из машины, но я остановила его:
– Подождите, я сперва проверю, нет ли вокруг чего-либо подозрительного. И нет, Женя, ты останешься здесь. В тебя будут стрелять на поражение, забыла?
В меня, скорее всего, тоже, но об этом я говорить не стала.
Но ничего подозрительного в окрестностях не оказалось. В холле лабораторного корпуса нас уже ждали – Петр Викторович сделал несколько звонков ещё из дома. Я невольно усмехнулась, вспомнив, как вытянулась его физиономия, когда я с милой улыбкой сообщила, что оружием свою новую телохранительницу ему придётся обеспечить самому. Потому что способа перевезти пистолет через границу мы так и не придумали, а здесь его иностранке не продадут. Можно было бы, конечно, как-то исхитрится, купить с рук или на худой конец украсть, но мне было откровенно жаль времени, которого и так было в обрез.
Хорошо конкурентам – таскай через Портал что угодно в каких угодно количествах, надевай Личины местных жителей, и никаких проблем.
Лифт поднял нас на предпоследний этаж. Вид самой лаборатории живо напомнил мне наш недружественный визит на Вятскую, – комната, в которой произошла последняя перестрелка, выглядела похоже. Только тут стены были почище, и линолеум на полу не такой старый. Впрочем, нас быстро, хотя и вежливо выпроводили, попросив посидеть в смежной комнате, попить кофе и полистать журналы, пока оборудование будут готовить к работе. «Сколько на это понадобится времени?» – спросила я, и получила ответ, что около часа.
– И пусть кто-нибудь спустится вниз и встретит мистера Пейджа, – добавил Пётр Викторович. – Он должен привезти оружие.
Я мысленно поморщилась – быстро же к нему вернулись командирские замашки. Но встала:
– Я схожу.
В холле было пусто. У турникета в будочке скучал охранник, пожилая женщина вешала какую-то бумагу на стенд напротив входа. Я села в кресло рядом с высокой вазой с искусственными цветами – отсюда просматривались и выход, и лестница, и лифт. С другой стороны стоял ещё один низенький столик с журналами – в основном, научными, но затесалась и пара глянцевых. Я лениво полистала их, потом отошла к кулёру – кофе я пренебрегла, спустившись раньше, чем его принесли, а пить неожиданно захотелось.
– …мистер Шишкофф? Видите ли, мы были у него дома, и нам сказали, что он здесь…
Так. Я смяла стаканчик и бросила его в урну, оборачиваясь к выходу. Никто, кроме Пейджа и его друга Монагана, не знал, в каком доме обитает Шишкофф. Никто, кроме Пейджа и здешних ассистентов, не знал, что он отправился сюда.
У турникета топтались двое. На вид – ничем не примечательные американцы, парень и девушка. Парень в мотоциклетной форме, со шлемом на сгибе локтя, держал в руках коробку, завёрнутую в белую упаковочную бумагу, девушка в джинсах и куртке, тоже со шлемом – пластиковую доску с зажимом для бумажных листов. К доске зажимом крепилось что-то вроде накладной. Ни дать ни взять – посыльные. У охранника они, во всяком случае, никаких подозрений не вызывали, он лениво ответил, что да, приехал только что, а в чём дело? Злиться на него смысла не было – никто же не потрудился предупредить его, чтобы молчал. Парень начал, как я и думала, объяснять про посылку, настала пора вмешаться.
– Мистер Шишкофф уже ушёл, – громко объявила я, подходя к ним. – У вас к нему дело?
Парочка повернулась ко мне. Я быстро обшарила их глазами, стараясь придать лицу доброжелательное выражение. Если у них и было оружие, то не на виду, однако бросилось в глаза, что коробку парень держит направленной торцом ко мне, хотя это – не самое удобное положение. Скорее всего, они решили проверить лабораторию на всякий случай, и вот – попали в яблочко.