Все слезы Лорелеи

Мама, по рассказам отца, не любила цветы в срезанном или сорванном виде. Ей было их жалко. Вместо цветов она предпочитала апельсины. Но однажды она рассказала отцу о своей мечте вырастить апельсиновое дерево и посмотреть, как оно цветет.

В огромном холле с преобладанием старинного охотничьего стиля, на столе стояло апельсиновое дерево в большом горшке. На нем были довольно крупные душистые цветы белого цвета с желтоватыми серединками и несколько оранжевых плодов. У тетки второй день шпарило давление. Она появилась с повязкой на голове, наконец-то без зеленого отлива, и чрезвычайно раздраженная.

-Мне нужно увидеться с Трошиным, он толковый следователь. Не то, что нынешняя молодежь.  А голова трещит…

-Что ж вы меня не разбудили? Я бы  укол сделала еще вчера, - сказала Марина.

-Я Андрея привозил, он ее уколол, выписал какие-то таблетки, но они помогают на два часа.

-Андрей Иванович был тут? – как ошпаренная спросила Марина.

-Да. Спрашивал и о тебе. Я только ему доверяю из всех ваших коновалов.

-Да, он хороший врач.  Теть, давай давление мерить.

-Мерила уже. 150 на 90. Для меня это смертельно. Но выжить можно.

Тетка, хмыкнув, пошла на второй этаж в свои апартаменты.

-Иди, ее пообследуй, успокой… Мы, тут утром поскандалили малость. Домой рвется. Хочет детектив расследовать с этим Трошиным, а я ей запретил.

-Так ты же младший брат. Она тебя не должна слушаться.

-Глупая ты, Маринка. Я же мужчина. А вы – тетки. Так что – цыц!

Марина полила дерево и поплелась к тете Тамаре. Сделав ей в одну ягодицу магнезию, а в другую дибазол, она собралась в больницу. Ей очень хотелось увидеть Андрея. Но его не было на работе. Оказалось, он взял отгулы. Марина одела халат и пошла в реанимацию. Там на белоснежной кровати лежал Игорь.

-Привет! Как ты?

-Нормально. Спасибо тебе, ты спасла мне жизнь!

-Не за что. Я – просто врач. Так бы любой врач сделал.

-Любой?

-Конечно.

-Марина!

-Что?

-Дай мне руку.

Марина дала ему руку. Он поцеловал руку и еще долго ее не отпускал. Марина ощутила опять чувство ужасной вины. Как нельзя кстати, появилась медсестра с уколом.

-Поправляйся! – сказала Марина и вышла.

Следующее утро было тоже пасмурным. Накрапывал дождь. Все молча сели в джип и отправились на кладбище. Отец, не жалея денег, с каждым годом все более и более усовершествовал могилу своей жены, превратив ее в склеп с колоннами и статуей поникшего ангела. Он всегда привозил ящик апельсинов и оставлял его  у входа. Бомжи и нищие с кладбища охотно разбирали фрукты. Апельсиновое дерево занесли в склеп и поставили на гранит.

Отец всегда просил пять минут. Все выходили. Он вставал на колени и просил прощение у своей Машеньки. Из склепа раздавались глухие рыдания. Он очень ее любил. До сих пор.

Тетка, обняв Марину, увела ее под акацию. Туда не проникали капли дождя. На душе было скверно и одиноко. Вскоре появился отец. Он медленно, не обращая внимания на дождь, пошел к джипу. В коттедже уже был накрыт поминальный обед. Тетка ела очень мало, она постоянно соблюдала какие-то диеты. Отец с Анатолием выпили.  Марина съела кусочек пирога и побрела во двор. Дождь уже кончился. От влажной земли парило. У бассейна она присела на пластиковое кресло. Взгляд ее упал на газон. Под соседним креслом, стоявшем на изумрудном газоне, валялся кружевной бюстгальтер. Она вытащила его сачком с изрядной долей брезгливости и отнесла к мусорному баку. Настроение испортилось совсем. Газон был идеален, но бессмысленен. Марина вдруг ощутила эту ужасную бессмысленность всего, что не было связано с Андреем.

-Марина, иди поешь. Здесь котлеты, курица печеная, - крикнул отец из окна.