Страница 64 из 80
Леда резко обернулась с вытаращенными глазами и открытым от ярости ртом. В ее пальцах все еще дрожал нож. И Дин бросил на него мельком взгляд, но затем вновь посмотрел в перекошенное лицо девушки.
- Леда, мы должны спасти не только тебя, но и других девочек.
Она лишь беззвучно покачала головой. Пыталась подобрать подходящие слова, но их просто не было. Она должна была уйти в ту же секунду, когда очнулась в квартире детектива Дина. Теперь Леда отчетливо поняла, почему он ее спас. Не потому, что так попросила тетя Лаура прежде чем ее забрала полиция. Детектив Дин притащил ее сюда для того, чтобы самому замучить до смерти своими глупыми вопросами.
Она ударила себя кулаком по виску, раздосадовано воскликнув:
- Ну зачем, зачем я осталась?!
Дин среагировал тут же: он стремительно подскочил и вырвал из руки Леды нож, а затем обошел стойку и бросил его в раковину. Леда не замечала ничего вокруг – она стучала по голове кулаком, будто так могла получить ответ на собственный вопрос. Дин не выдержал, и, чувствуя в горле желчь, взял ее за запястье. Она мигом вернулась в чувство и стремительно шарахнулась от Дина в сторону – будто он злобное чудовище. Врезалась спиной в холодильник и тот зашатался из стороны в сторону – дряхлое барахло стояло прямо только благодаря книжке по праву, которая служила подпоркой. Из-за двери, некогда белой, а теперь покрывшейся ржавчиной, послышался характерный хруст – опрокинулась полка с яйцами, но ни Леда, ни Дин даже не посмотрели в сторону бедного агрегата. Она уставилась на его пальцы на своей руке, и он отступил и с расстановкой произнес:
- Хорошо. Я не прикасаюсь к тебе. Я тебя не трогаю, но и ты веди себя разумно, договорились? Не нужно бить себя, Леда. Даже если ты совершила ошибку, не нужно наказывать себя. Хорошо?
- В данном случае эта ошибка стоит жизни! – возразила она сиплым голосом. – Не только моей, но и вашей.
- Я не дам себя в обиду, - пообещал он. Дин начинал испытывать небольшое раздражение по тому поводу, что привел домой невменяемую девицу, которая совсем себя не контролирует. А ведь по виктимологии у него была стойкая четверка. Возможно потому, что лекции начитывал профессор Лесницкий – лучший друг Майкла Гаррисона со времен университета.
- Он сильнее вас, - шепотом сказала Леда, украдкой вытирая щеки футболкой Дина. Она отвернулась от него, глядя в сторону стола, где на дощечке лежала разобранная курица. Выпустив футболку Дина из пальцев и облокотившись о холодильник, девушка нехотя произнесла:
- Он говорит мне плохие вещи... о... о вас.
- Какие плохие вещи? – так же тихо спросил Дин, с трудом сдержавшись, чтобы не осмотреть быстрым взглядом свою крохотную квартиру. Он вспомнил, как полчаса назад Леда говорила сама с собой и поежился.
- Он говорит... что вы... причините мне боль.
Дин скрестил руки на груди, и несколько секунд терпеливо ожидал продолжения. Но Леда только рассматривала их отражения в черном стекле. Поняв, что никакого продолжения нет, он уточнил:
- И все? Что он еще сказал, Леда?
Про себя Дин решил, что утром обязательно позвонит доктору Гаррисону, чтобы тот провел дополнительную экспертизу. Или еще что-то. Леда Стивенсон не выглядит здоровой.
Она вдруг посмотрела на него так, словно видела насквозь: каждую мысль, проскользнувшую в его сознании, она впитала в себя; одарила его таким взглядом, что он едва сдержался, чтобы не отойти на шаг назад. Но это было бы ребячеством. Он – взрослый мужчина, а она – просто девушка. Не обычная, но все же девушка.
За окном ревела буря, разрывая на кусочки опавшие листья, поднимая их в воздух и безжалостно швыряя в пропасть. Гул пробрался в голову Дина, пока он неотрывно смотрел в глаза Леды. Из-за тусклого желтого света в его квартире они казались прозрачно-голубыми, совсем как стеклянные.
- Он говорит: следи за ним внимательно, Леда... - ее голос истончился, будто паутинка, и Дина передернуло. Ему казалось, будто за ее голубыми стеклами прячется кто-то разумнее и хитрее. Леда опустила глаза, глядя куда-то в сторону живота Дина, и он увидел, что ее шея покрылась бурыми пятнами. – Он говорит, что когда я отворачиваюсь, вы внимательно смотрите на меня. Он говорит... что вы хотите, чтобы я села к вам на колени, чтобы целовала в губы, щеки, шею...
Последние слова что-то про «адское желание» Леда едва пробормотала, глотая слезы и утирая лицо длинными рукавами платья. Дин хмуро смотрел на ее макушку – девушка так и не подняла головы, - а затем подошел к посудной полке, достал высокий граненный стакан и наполнил его водой из чайника. Он размышлял, что должен сказать и стоит ли вообще говорить. Протянул ей стакан, и она робко взяла его, едва не выронив из рук. Дин осторожно, стараясь звучать мягко и тактично, спросил:
- Кто этот человек? Ты ему веришь? – На самом деле Дин хотел задать совсем другой вопрос. Он хотел спросить верит ли она голосу в своей голове, но решил, что тогда последует новый нервный срыв, а он пока только-только начал разбираться в происходящем и не хотел все портить.
Леда осмелилась взглянуть на мужчину. Дин решил, что она пытается понять реакцию на его слова и специально сделал лицо бесстрастным. Тогда девушка отставила стакан на стол. Она задержалась на нем задумчивым взглядом, и, будто обращаясь к нему, сказала:
- Нет, я ему не верю. Когда-то я верила, но не теперь. Я знаю, что он обманщик, жестокий и беспринципный человек. – По ее щекам покатились слезы, но голос все еще звучал так, будто Леда едва очнулась ото сна. – Я лишь знаю, что он очень силен. Он сильнее вас, детектив, он сильнее всех.