Страница 52 из 80
Подглядывать в окна в полной темноте – занятие нереально глупое и невозможное. Поняв, что он потратил зря целых шестьдесят минут, детектив Дин не особо расстроился – все же, это лучше, чем сидеть дома и пить виски, думая о Криттонском Потрошителе. Он хотя бы предпринял слабую попытку. Смехотворную попытку. Позорную попытку.
Уже одиннадцать часов ночи. Пора возвращаться и составить новый план. Нужно подготовить список вопросов и поговорить завтра с Лаурой прямо в больнице. Если он не будет слишком давить, тогда она не возмутиться и не будет требовать разговора с другим детективом. Как только ей придет в голову подобная мысль, она тут же узнает о том, что парень перед ней больше не детектив, а только нарушает закон.
Размышляя об этом, он прислонился носом к оконному стеклу одной из комнат. Даже очертания мебели не видно. Сложно угадать в какую именно комнату он сейчас подглядывает.
Громогласное утробное рычание переросло в настоящий рык, а затем прямо взорвалось. Будто кто-то стукнул по небосводу молотом и раскроил его на части. На одну секунду пространство осветила молния.
Надо убираться отсюда, - подумал Дин и отвернулся. И застыл, открыв рот в немом ужасе.
Дождь все также барабанил по шапке его зонта, заливаясь молодому человеку за шиворот. Над ним все так же раздражающе грохотало и видимость была дурной. И перед ним, в полушаге, кто-то стоял. Фигура в белом.
Детектив Дин хотел заорать как в детстве «Призрак!» и убежать в свою машину. Включить свет и заблокировать все двери, а затем три раза прочитать молитву. Но он стоял не двигаясь. Фигура перед ним тоже не двигалась, и пять секунд спустя, когда шок уступил место удивлению, он узнал Леду Стивенсон. Дин осторожно достал из куртки фонарик и, включив его, посветил на уровне ее груди, чтобы не пугать. Леда не двигалась, будто ее кто-то заморозил. Белая ночная рубашка облепила ноги и тонкое тело, будто вторая кожа. Из-под подола виднелись черные резиновые сапоги, точь-в-точь как у него в детстве, когда они с мамой жили на ферме. На худых плечах висела тяжелая от впитавшегося дождя темно-зеленая куртка.
- Вы его видели? – вдруг спросила она, и детектив Дин опешил, услышав ее голос. Почему-то мысль о том, что перед ним приведение, никак не хотело покидать его голову. Леда быстро моргала, чтобы дождь не попал в глаза, ее ресницы слиплись, а губы стали синими от холода.
- Кого? – спросил он, украдкой подступив ближе к Леде, и вытянув над ее головой зонтик. Дождь тут же ударил его в спину холодными стрелами. Леда не заметила учтивости детектива, но она перестала щуриться и стучать зубами.
- Он не бил меня, - вдруг сказала она твердым тоном, будто бы детектив Дин возражал ей. – Ничего не было. Ясно?!
Что? О чем она говорит?
Леда продолжала смотреть на него широко открытыми глазами. В ее взгляде не было узнавания – будто бы она совсем другой человек, а ведь они несколько раз виделись. А словно впервые. Он опустил фонарик к ногам.
Дождь продолжал барабанить по шапке зонта. Ветер затягивал холодные цепи на их телах туже и прочнее. Леда шепнула, глядя Дину куда-то в сторону груди:
- Он ничего со мной не сделал.
- Кто? – снова спросил детектив Дин. Потом он вскинул голову, обвел взглядом темноту и, легонько коснувшись локтя девушки, сказал: - Я думаю, нам лучше поговорить в твоем доме, Леда. Твоя тетя ведь еще не спит?
Леда отшатнулась, яростно выкрикнув:
- Не трогай меня! Я сказала, не трогай меня!
Детектив Дин отшатнулся от нее, испугавшись реакции. Он автоматически убрал зонтик и на мокрую девушку обрушился холодный ливень. Это словно придало ей сил, и она ринулась бежать по направлению к входной двери.
Детектив Дин поднял фонарик ей вслед, но девушка уже исчезла в темноте. Оскальзываясь на мокром асфальте, где тут и там пробивалась трава, он пошел за Ледой Стивенсон. С другой стороны дома росли кусты роз. Их корявые ветви цеплялись за штаны Дина, елозили по коленям.
- Леда Стивенсон! – позвал он. Только что он заметил, как она скрылась за домом. Возможно, там есть черный ход.
Упрямо сжимая в заледеневших пальцах одной руки фонарик, который едва ли спасал от тьмы, а во второй руке зонт, молодой человек обошел дом, пугливо вздрагивая, когда на пути ему встречались окна, а в них – его призрачное отражение.
- Леда Стивенсон! – ее имя слетало с его губ автоматически и терялось в звуках дождя. Было что-то зловещее во всем происходящем.
Детектив Дин никогда не боялся темноты, да и вообще в целом мало чего боялся, но сейчас почему-то ощутил себя в опасности.
«Брось, парень, здесь всего лишь молодая девчонка!», - успокоил он себя, но толку от этого было мало. Где ее тетя Лаура, почему она не ищет племянницу? И куда подевалась сама Леда?
На заднем дворе темно было – хоть глаз выколи. Земля под ногами разверзлась, грязь, Дин был уверен, добралась даже до его лица. Утопая ботинками в вязкой жиже, детектив Дин сделал несколько шагов вперед и посветил перед собой фонариком. Косой луч прошелся по забору, отделяющему задний двор от деревьев позади дома, высокий амбар с покатой крышей, собачью будку.
В будке что-то блеснуло и детектив Дин, на секунду переключивший свое внимание в сторону деревьев (вдруг Леда Стивенсон спряталась там), быстро обратил луч света на будку. Белые худые ноги в черных сапогах. Сорочка, открывшая кожу. Мертвенно-бледное лицо с бешеными глазами.
Детектив Дин испугался. Он почувствовал, как в этот раз его сковал не ноябрьский холод, а дикое чувство страха, которое он испытывал ровно до восемнадцати лет. Он уже и забыл, что это чувство существует. Мерзкое чувство, когда сердце останавливается в груди, замирает. Так как мозг в шоке, он не может дать телу команду двигаться, поэтому ты стоишь, окруженный опасностью.