Страница 51 из 80
Голос темноволосой девушки, которая осталась на ночное дежурство в больнице, все еще настойчиво звучал в ушах:
– Сейчас, выписавшись из центра, Леда остается без присмотра со своей странной тетушкой, а она готова на что угодно ради доверия племянницы. В том числе и игнорировать очевидные признаки ее психического нездоровья.
Детектив Дин быстро выключил компьютер и поднялся на ноги, воодушевившись. Даже если ему не удастся проникнуть в дом (а он в любом случае не сможет этого сделать), он должен посмотреть на него издалека. Оценить обстановку. И телик не нужно покупать.
Кая советовала поговорить с Лаурой именно сегодня, потому что, якобы, она только-только вернулась с ночного дежурства и, возможно, будет в хорошем расположении духа. Конечно, ни с кем детектив Дин говорить не собирался, ведь он даже не имеет права допрашивать ее. Кроме того он уже однажды говорил с Лаурой, и она ему абсолютно не понравилась. С другой стороны и ее можно понять – они в тот день с детективом Гаррисоном пришли «побеседовать» с ее племянницей, и в женщине проснулся материнский инстинкт.
Поэтому детектив Дин, рассчитывая провести спокойный вечер в своей машине перед домом Стивенсонов, схватил ключи и кожаную куртку и вышел из квартиры, оставив карточный домик в своем прежнем состоянии.
Он решит его судьбу позже.
...
Погода все еще была ужасной. Когда детектив Дин вышел из подъезда, на мгновение он оглох и ослеп – дождь барабанил по крыше с такой нещадной силой, будто хотел пробить покрытие. Затем где-то в стороне сверкнула молния и раздался раскатистый звук грома. На краткий момент дворик перед домом осветился вспышкой света, Дин увидел свою машину, припаркованную на стоянке у невысокого кованого заборчика, и бросился к ней бежать, прикрыв голову руками.
Дождь будто искал жертву, поэтому все брызги устремились в сторону молодого человека. Пока он пытался вставить ключ в замок, ему за шиворот пролился целый ледяной водопад, а прямо над головой два раза сверкнула угрожающая вспышка света.
Наконец Дин нырнул в салон и на полную мощность включил печь. Поежился и только через тридцать секунд смог расправить плечи и позволить пробраться теплу внутрь своего замерзшего тела. Затем, включив фары и осмотрев стоянку перед собой, Дин медленно вырулил на дорогу. Дворники бегали туда-сюда с космической скоростью, но все равно видимость была ужасной.
Может это и не такая хорошая идея, как он думал – отправиться на слежку такой ужасной ночью. Видимость отвратительная, поговорить он с женщиной все равно не сможет.
Не отрываясь от ветрового стекла, детектив Дин проверил бинокль, лежащий в бардачке, и, убедившись, что атрибут для шпионажа лежит там, свернул по дороге в сторону Криттонского парка, в районе которого проживала Леда Стивенсон вместе со своей тетей Лаурой.
Детектив Дин даже не знал, зачем он вообще это делает. Он ведь всерьез не собирался поверить в то, что сказала Кая Айрленд? Разве он считает Лауру Дюваль подозреваемой в преступлениях?
Кая озвучила причины своих подозрений кратко:
1. Лаура была сестрой убитой Оливы Дюваль.
2. Она перенесла глубокую и шокирующую травму, которая нанесла ее психике вред.
3. Она может желать освободить девушек от тех несчастий, которые по вине Криттонского Потрошителя пережила она сама.
Откровенно говоря, Дин думал, что Кая Айрленд немножко не в себе. Но он не мог тратить время и валяться на диване перед теликом. Потому что у него нет ни дивана, ни телевизора, а Кая может вдруг оказаться права.
Пятнадцать минут спустя он проехал мимо входа в Криттонский парк и припарковал машину чуть в стороне от дома Стивенсонов. Он, мрачным двухэтажным прямоугольником, угрожающе нависал над улицей, вбирая в себя крохотные частички света, которые просачивались через пелену дождя от уличных фонарей вдоль дороги.
- Ненавижу эту погоду, - пробормотал Дин, доставая из бардачка фонарик и бинокль. Затем он порылся на заднем сидении в поисках зонтика – не из закрытой же машины наблюдать. В голове у него мелькнула мрачная мысль, что он сумасшедший. Если начальство узнает, чем он занимается, пусть даже в свободное время, его ни за что не вернут на прежнюю должность и Дин, как прогнозировал детектив Гаррисон, будет работать в мужском стрип-клубе.
Наконец-то он откопал на заднем сидении зонтик с несколькими сломанными спицами и повернулся к двери. Наружу выходить не хотелось, тем более он успел за время поездки высохнуть и согреться. Но Дин отпер дверь, раскрыл зонтик и выпрыгнул из машины, ступив ботинками прямо в лужу. Издав раздосадованный рык, он захлопнул дверь и, притворяясь, что идет целенаправленно к дому Стивенсонов, перешел дорогу.
На улице никого не было видно, и Дина успокаивала та мысль, что сквозь эту чудовищную мглу никто не сможет рассмотреть его из своих окон. Да и никому в голову не придет торчать у окна в такую погоду. Только он идет с биноклем, как какой-то чудик. Штаны прилипли к ногам, ноябрьская стужа уже впечаталась в кожу, застывая где-то в мышцах, превращая их в мрамор, пальцы, сжимающие ручку сломанного зонта, одеревенели от холода.
Детектив Дин пошел по подъездной дорожке к входной двери, а затем украдкой свернул в сторону и с облегчением вздохнул – никто так и не окликнул его фигуру, скрывающуюся за стеной обжигающе-холодного дождя. Над головой раздалось утробное рычание грома, а затем сверкнула молния. Только когда она осветила кусты какого-то растения перед ним, он осознал, что в доме Стивенсонов не горел свет. Странно. Неужели все спят? Даже Леда? Он в ее возрасте... а впрочем, она необычная девушка.