Страница 41 из 77
- Лютен сказал мне, что твоя жена до сих пор не беременна. Сын, мне искренне жаль, что тебе придется пройти через это снова, но через полгода тебе нужно жениться на другой девушке. Бориор уже неделю назад запросил список вариантов, я, вот, принес его тебе.
Настя до крови закусила губу и сползла по стеночке на пол. Конечно, она знала, что так и будет, почему же так больно? Другая девушка не будет предлагать ему экспериментов, она будет честно выполнять свой долг – супружеский долг. От этой мысли накатила тошнота. Перед мысленным взором мелькнула картина того, как ее Северин целует жгучую брюнетку, опрокидывает на подушки и ... Анастасия стиснула зубы и отогнала жуткое видение. Но мстительное подсознание быстро начертало другую картинку: та же черноокая прелестница, звеня монисто (Насте, почему-то, все время представлялась танцовщица с ярмарки), медленно и соблазнительно роняет с роскошного тела прозрачные одежки. Девушка сжала кулаки. А что она может? Даже если она сделает невероятную глупость и решится родить ему ребенка – через семьдесят пять лет он женится снова. «Через семьдесят пять лет тебе уже все равно будет, - резонно заметил разум, - ты уже будешь древней сухонькой старушкой, если еще жива будешь, что вряд ли».
«Господи, о чем я думаю?! Мне надо размышлять, как с наименьшими потерями выйти из этого брака, а не мечтать затащить своего мужа в постель, чтоб использовать его там по прямому назначению». Картины такого «использования» промелькнули перед ее мысленным взором, и Настю бросило в жар. «В конце концов, эксперимент надо довести до конца. Я ведь должна, вроде как, послужить «толчком к возрождению мира». Логично, что сделать это можно, только родив Северину сына и оставшись при этом в уме и твердой памяти. Сидя взаперти в поместье купца-батюшки, мир не возродишь! О, господи, это думаю я сама или мое взбесившееся либидо?» - судорожно размышляла Настя над концептуальными вопросами.
Уже поздно ночью, лежа в своей постели, Настя окончательно определилась с извечным русским вопросом «Что делать?». Еще в последний свой день на Земле она мечтала о муже, своем доме и детях. От перемены тел ее желания не изменились. Желания лишь уточнились: Настя хотела этого конкретного мужа, этот конкретный дом и конкретно магических деток. Свои шансы получить желаемое леди Таис оценивала, как хорошие. Мужу она явно нравится, за долгую жизнь и полюбить успеет. Благо, никаких магинь, которые могли бы стребовать себе ее супруга, в этом мире нет, да и очаровательные девы в окружении мужа отсутствуют. Отсутствие конкуренции – великая сила! Впрочем, Настя честно признавалась себе, что крутись вокруг мужа хоть дюжина прекрасных магичек, она бы все равно яростно боролась за свое, законное, и очень-очень нужное. Вывод: ответ на вопрос «Что делать?» очень прост: превращать виртуальный брак в реальный. Итак, решение принято, дата назначена – первый день зимы, то есть завтра. Зачем откладывать? Настя никогда не делала целью всей жизни то, чего можно добиться за один день.
Вечером следующего дня Анастасия Николаевна, нынешняя Таис, судорожно готовилась к совращению собственного мужа:
«Так, ужин со свечами организовали. Вино и коньяк поставили. А если он не захочет выпить? Ему ведь завтра на работу! Нужно было на последний рабочий день отложить... Да что я, трезвого мужа соблазнить не сумею?! Чай, внешность мне не такая досталась, чтоб за водкой второй раз бегать пришлось! Я и без «подогрева» хороша собой! Да-да! С самооценкой у меня порядок: мы, богини красоты, люди скромные! Записывающий амулет с музыкой приготовила. Выпьем, потанцуем и ... Черт! Маги же не танцуют! Они ведь на всякие там балы не ходят, из встреч вне дома и работы – только приемы в королевском дворце. Но людей-то туда редко зовут, тем более с дочерьми! Вряд ли маги на приемах друг с другом вальсируют! Так, спокойно! Только я могу умудриться простую задачу по соблазнению мужа превратить в безысходную ситуацию с кучей проблем!»
В это время, не подозревающий о метаниях жены Северин, сидел в кабинете, вспоминая злополучный список невест, врученный ему вчера отцом, и думал, что пора уже прямо сказать родным о своем решении не расставаться с Наилей. Девушка еще ничего не ответила на его вчерашнее предложение, но Северин был готов на что угодно, чтобы убедить ее остаться в его доме. Сегодня утром жена была задумчивой и рассеянной, было видно, что она напряженно о чем-то размышляет, и Северин верил, что Наиля примет верное решение. Вздохнув, Северин посмотрел на колбы, в которых кипела и булькала, переливаясь всеми оттенками красного, созданная им важнейшая смесь, и ясно понял, что полноценно работать он сегодня не сможет. Еще раз вздохнув, Северин махнул рукой и заморозил содержимое колб, накладывая на них заклинание температурного стазиса на сутки. «Лучше разработки коллег почитаю», - решил маг, доставая папку последних институтских публикаций.
В это время в дверь громко постучали, и в комнату скорее ввалился, нежели вошел, малознакомый маг. Вошедший запер за собой дверь и развернулся к хозяину лаборатории. Северин вспомнил его имя – Талар Эдмин. Талар был его ровесником, но учился не в столичной школе, а где-то в южной провинции, и приехал в Тавию относительно недавно. В каждой руке Талара была бутыль крепкого коньяка. Маг, слегка пошатываясь, приблизился к столу Северина, и бухнул на него бутылки.