Страница 71 из 79
Тор был прав, когда поторапливал нас. На вступительную часть мы слегка опоздали, а когда пришли, жрец практически закончил читать молитву и объявил о начале празднования Мабона. Молодёжь весёлой толпой бросилась к лесу, чтобы набрать лесных даров. Я, заразившись всеобщим весельем, хотела бежать с ними, но Тор успел перехватить меня:
― Куда это ты полетела?
― Так в лес же… ― начала было я, и покраснела под его выразительным взглядом.
― Ступай к Эле, помоги женщинам накрывать на стол.
― Ох, и строг ты, Торушка. Что ж вы девку, будто на привязи держите, ― язвительно рассмеялась невесть откуда вынырнувшая Ормхильд.
― Не здешняя она, ― буркнул Тор с неохотой, ― заблудится ещё.
― Ой, ли, ― насмешливо захихикала женщина, ― больно ревнив ты Торушка. А может и папаша твой на девицу глаз положил, а? То-то смотрю платье на ней новое, дорогое, рубашка из полотна заграничного, украшения… даже на серебряный торквес денег не пожалели, ― с неприкрытой завистью выплюнула соседка.
В первую минуту у меня внутри всё онемело, а потом вспыхнуло от негодования. Я уже открыла рот, чтобы высказать нахалке всё, что о ней думаю, но Тор меня опередил. Он приставил ладонь к глазам и пробормотал задумчиво:
― Алекс, глянь-ка, это не Берси к нам несётся…
Ормхильд с визгом убежала, не забывая на ходу осыпать проклятьями всех нас.
― Вот же гадина, ― выдохнул Тор, ― всё настроение испоганила. Парень наклонился и заглянул в мои глаза:
― Бросай расстраиваться из-за мерзавки, только порадуешь её. Беги, вон Эля тебе машет. Отец, наверно, твои пирожные приволок и… какашки Берси, надо помочь их разложить.
Я невольно хихикнула, заметив, как проходившая мимо нас женщина, очевидно, услышавшая Тора, споткнулась и испуганно вытаращилась на праздничный стол.
― Не волнуйтесь, это он шутит, ― попыталась я исправить ситуацию.
― Какие там шутки, ― буркнул Тор, отправив все мои намерения в ад. Женщина кинула на нас возмущённый взгляд и, подхватив юбки, решительно промаршировала к столу.
Увидев, как гневно сжал кулаки Вёлунд и решительно направился в нашу сторону, я пробормотала «исчезни» и помчалась навстречу разгневанному кузнецу.
Едва мы закончили накрывать на стол, как появилась молодёжь с корзинами полными всякой всячины: листьев, грибов, ягод, орехов. Жрец выбрал самые красивые дары и выложил их на алтарь. Затем воткнул цветы, напоминающие чертополох, только более крупные и замкнул магический круг. Посредине алтаря вспыхнуло пламя. Жители Румре зашумели, радуясь, что Боги так быстро откликнулись.
А дальше… Дальше был мощный выброс энергии, хлынувшей во все стороны. Меня будто в живот ударили, выбив весь воздух и из лёгких. Тихо всхлипнув, я невольно отступила назад. Тор бросил внимательный взгляд в мою сторону шагнул ближе и обнял за плечи.
«Алекс, что случилось? Ты побелела», ― шепнул он мне на ухо еле слышно. «Энергия. От алтаря идёт мощный поток энергии. Понятия не имею, что это, но я её ощущаю. У меня кровь начинает бурлить. Держи меня крепче», ― прошептала в ответ. Мои плечи будто сжали в стальной капкан. Я тихо рыкнула: «Осторожней, медведь, раздавишь». Тор чуть ослабил хватку, но не отпустил. Он бросил выразительный взгляд на Вёлунда.
Кузнец среагировал мгновенно. Подхватив под руку Элю, он протиснулся к нам и подпёр меня, с другой стороны, что было очень даже своевременно, а Эля стала впереди, закрывая от любопытных взглядов. В ушах стоял страшный гул, как будто я оказалась посреди Ниагарского водопада. Я разом ослепла и оглохла, но почувствовав рядом Вёлунда, невольно расслабилась и перестала сопротивляться вторжению. Всё хорошо, моя семья рядом. Энергия, только что давившая на меня, словно гидравлический пресс, заставляя мою кровь огненной лавой нестись по венам, вдруг замерла и вместо давления стала ластиться, как домашняя кошечка, словно пуховкой пройдясь по ногам, кончикам пальцев, груди, плечам, лизнула щёку, коснулась волос под платком.
― Алекс, ― встревоженно зашептал Тор, ― что происходит? Твоя кожа начала светится.
― Энергия, ― сдавленно шепнула я в ответ, ― её слишком много. Я переполнена ею, как кубок вином. Мне надо срочно выплеснуть лишнее.
― Потрясающе, ― пробурчал Тор. ― Может, отойдём в кустики, а? Ты пописаешь, глядишь — полегчает, ― предложил он с надеждой в голосе.
Я зажала рот рукой, чтобы не заржать на всю поляну. От избытка энергии, я быстро пьянела. Голова кружилась, хотелось смеяться и танцевать. Как я не пыталась сдержать рвущийся смех, он сметал всё на своём пути, стремясь прорваться наружу. Всё что мне оставалось, так это беспомощно смотреть на Вёлунда, понимая, что ещё немного и плотина прорвётся.
― Держись, малышка, ― шепнул он, оглядываясь по сторонам, ― сейчас что-нибудь придумаем.
Вдруг рядом с нами заплакал ребёнок. Женщина с бледным, усталым лицом с затаённым отчаянием укачивала малыша, но он плакал всё громче и громче. Она развернулась и стала продвигаться сквозь толпу, но её ловко перехватила Эля:
― Вилма, что случилось? Отчего так безутешно плачет твой Йонас?
― Не знаю, что и делать. Замучил он меня совсем. Густав ругается, грозится из дому выгнать, ― по щекам измученно женщины полились крупные, как горошины слёзы. ― Говорит, я плохая мать, раз не могу совладать с младенцем. Йонас уже третий день бунтует. День и ночь кричит, никому в доме покоя нет.
― Дай подержать твоего крикуна, ― попросила Эля. ― Пусть у тебя хоть немного руки отдохнут.
― Ох, не знаю. Он теперь не скоро угомонится. Даже у меня, его матери, терпение уже на исходе.
― Тебе надо отдохнуть. Давай его сюда.
― Спасибо тебе, Эльжберта. Доброе у тебя сердце. Раз так, подержи Йонаса, а я пока сбегаю водицы хлебну, а то уже сил нет, так пить хочется.