Страница 17 из 22
- Ну конечно! – разулыбался Арман. – Ты девчонка и просто ничего не понимаешь! Можно строить план освобождения, можно связать простыни и спуститься… Кстати, почему ты этого не сделала?
- Потому что это глупо, - фыркнула я. – И простыней бы не хватило.
- Девчонка! – с непередаваемым презрением бросил драконыш. – Я бы обязательно связал! И вообще, у тебя же эти… ну, духи твои были. Ты бы легко могла выбраться.
- А зачем? – я облизала липкие пальцы.
- Как зачем? – вскинулся Арман. – Это же… Это же весело!
Я не видела ничего весёлого в побеге, к тому же жить мне было негде. Да и я просто привыкла, что мне говорят, что делать и где быть.
Арман назвал меня дурочкой и избежал драки только по одной причине: я была ещё слишком слаба.
А вечером мы полетели за сокровищами.
Вообще-то я требовала, чтобы он отнёс меня домой. Но Арман заявил, что раз я теперь «крутая ведьма», то просто обязана сопровождать юного дракона в квест за его первыми сокровищами. Подозреваю, этот чудик снова прочитал не ту сказку или услышал не ту балладу.
- Да чего тебе там делать, в твоей грязной спальне! – повторял Арман. – А в лесу нам будет весело!
Нам было весело уже на подлёте: над руинами лабиринта, когда-то бывшего не то замком, не то катакомбами, Арман ни с того ни с сего стал падать и от страха поливать лес огнём.
- Идиот! – орала я, топчась на безнадёжно маленьком клочке земли и пытаясь вспомнить нужную схему.
- Я не знал! – вопил в ответ Арман.
За тот вечер я узнала две вещи: во-первых, драконы тоже горят, и, во-вторых, я помню все до единой схемы – потому что сама, без всяких книг, со страха призвала всех «духов», о каких успела прочитать.
- Круто! – восхитился драконыш, глядя, как бесплотные слуги гасят огонь. – Ну, что, пошли в лабиринт?
Этому кретину всё было мало.
Третьей вещью, которую я выяснила, оказались ожившие мертвецы. В нашем мире точно существуют некроманты и какой-то из них «поднял» вот этих… этих… мерзавцев.
«Мерзавцы» выскакивали из гробов в самый ненужный момент и нифига не укладывались обратно. Горели они плохо, бегали быстро, орали громко и страшно, и если бы не мои духи, мы бы с Арманом не только не добрались до сокровищ, но и из лабиринта бы никогда не вышли.
- Ух ты! – кричал Арман на бегу. – Кру-у-уто!
А я вспоминала все известные мне ругательства, но про себя – бегать так быстро, да ещё и говорить, как этот драконыш, у меня не получалось. Пару раз Арман даже нёс меня на руках.
- А-а-а!
- Да не ори ты! – улыбался драконыш, кругами подходя к очередному гробу. – Нет тут ещё никого…
Ещё. Стоило Арману откинуть крышку (лучшие сокровища ведь в гробах, да?), как из каменного ящика тут же выпрыгивал очередной злой, неприкаянный, полуразложившийся мертвец и с потусторонним рёвом кидался на нас.
И мы бежали дальше.
Но весело действительно было. Самым весёлым оказалась физиономия Армана, когда сокровища мы-таки нашли – свитки. Много свитков.
- Ух ты! Круто, - подцепленным у драконыша словечком восторгалась я, роясь в бесконечных рукописях.
- Если бы я раньше знал! – рычал выдохшийся, чёрный от копоти драконыш.
Сокровища мы увезли. За нами бежала толпа мертвецов, но мы оказались быстрее. Правда, у края леса нам встретилась весьма подозрительная бабушка, на поверку оказавшаяся ещё одним зомби. А я говорила Арману, что нормальная страха никогда у проклятого леса не поселится. Драконыш отмахивался: «Ничего, ничего, ты посмотри, какая у неё избушка, давай тут переночуем, у меня крылья, в смысле, руки уже от усталости отваливаются». Зато когда бабка, услышав: «А вам мертвецы не докучают? Нет? Ну, скоро начнут – за нами тут целая толпа гонится», с рёвом: «Воры! Это вы украли моё сокровище!», кинулась на нас, сверкая зелёными, мёртвыми глазами, Арман бежал быстрее всех. И крылья потом не отваливались, когда он, наконец, смог обернуться драконом.
- Я же говорил: оставь эти чёртовы свитки!
- Я же говорила, она ненормальная!
Нашим личным рекордом чуть не стала драка в полёте – ещё не факт, кто бы выиграл. У меня духи, а они манёвренней.
Но Арман в итоге отнёс меня домой – в мою «грязную спальню». И оставил трястись над свитками и предвкушать бездну интересных вещей, которые мне эти свитки откроют, когда я закончу с переводом.
- Ну можно я хоть твою корону возьму? – клянчил Арман, вышагивая по комнате. – Ну не солидно мне как-то без сокровищ возвращаться!
Я кивнула, лишь бы отстал. Утром выяснилось, что Арман, совсем по-драконовски, захапал все мои украшения – вкупе с короной, то есть, тиарой.
«Ну прилети только ещё!» - ворчала я, обыскивая комнату.
Но на душе стало легче. И даже будто бы теплее.
Ещё где-то неделю я спокойно занималась переводами. Училась, упражнялась со схемами, пока не решаясь пробовать те, что нашлись в свитках – больно жуткие.
Потом мир взрослых обо мне неожиданно вспомнил.
Мне прислали служанок и личного камердинера короля, дабы сообщить, что вечером состоится осенний бал, и я должна на нём непременно быть.
Моё мнение по поводу бала не спросили и просто принялись готовить: бегать туда-сюда с водой, какими-то маслами, платьями и заколками…
Уже через час я мечтала, чтобы эта свара испуганных, дрожащих девиц (камердинер сбежал быстрее всех) оставила меня в покое. Но кто-то явно напугал их больше, чем я, так что, несмотря на ужас, они очень старались сделать меня красивой.