Страница 34 из 101
***
Где-то в промежутке – уже после этой казни, но ещё до смерти несчастной – меня вызвали на допрос.
По крайней мере, так это у них называлось.
Сама процедура допроса меня к тому времени уже не волновала. Просто я очень хотела есть, помыться и узнать, что с Эдвардом. Примерно в таком порядке.
Меня накормили. Помыли – бадья с лягушками впечатлила. Выдали новую рубаху. Слава богу!
А разговаривать – слишком большая честь, оказывается.
Вот так, босиком, мокрую, жалкую впихнули в допросную – совершенно нестрашную комнатку, чем-то напомнившую небольшую университетскую аудиторию.
Картина маслом – сидит за столом дяденька благообразного вида. Точь-в-точь наш завкаф. Смотрит на меня – устало и с привычкой. А потом этак лениво – и тоже устало да с привычкой – не то диктует, не то спрашивает:
- Знаете ли вы, за что вас арестовали?
Я тупо на него уставилась. И не поняла сначала, чего он от меня хочет.
Дяденька подождал с минуту. Вздохнул. И заговорил – уже внятнее и намного медленнее.
- Вас обвиняют в том, что вы еретичка, что ваша вера противна учению святой Церкви и Его Величества Дерика Дебуа.
Чё?
И снова минута ожидания. Потом (очень грустно):
- Веруете ли вы в Господа нашего Его Величество короля Дерика VII, Повелителя-на земле-и-на-небе?
Э-э-э… Не-а.
Я моргнула.
Они что здесь, свихнулись все?
А «завкаф» продолжает:
- ...Заступника нашего и Благодетеля, Вседержителя и Пастыря ныне и во веки веков... Веруете?
Чего ради я должна верить в какого-то короля?
- Э-э-э...
Взгляд дяденьки стал почти просящим.
- Признаёте ли вы, что не молились, не исповедовались...
- Э-э-э...
Типа «ingnoratia non est argumentum» - незнание законов не освобождает от ответственности?
А секретарь тем временем строчил, кажется, что-то вроде: «Обвиняемая упорствует во грехе». Своими глазами видела!
Дурдом.
Наконец:
- Поклянитесь, что веруете. Веруете в Господа нашего Его Величество короля Дерика VII, Повелителя-на земле-и-на-небе…
- Клянусь, – послушно отозвалась я, когда он закончил, – что верую в... э-э-э... а можно ещё раз – в кого я должна верить?
Дяденька вздохнул и постучал пером по виску.
Секретарь подчеркнул фразу «упорствует» два раза.
- Я вас не принуждаю давать присягу, – как-то заученно забормотал дяденька, – ибо вы, веря, что клясться запрещено, перенесёте грех на меня и...
- Да-да, – закивала я, – понятно. Я просто имя короля забыла. Как там его?
В общем, экзамен я провалила.
Блин, они тут в короля веруют! Ну не чокнутые?!
***
Ещё три дня – медленное, пустое ожидание.
Сырые стены – хоть облизывай, кошмар, так пить хочется!
Взгляды искоса – меня сторонились, точно чумной. И почему?
По ночам, дрожа от холода (босиком да в одной рубашке... даже клока сена никто не дал, сволочи!) я злилась на весь мир, тщательно представляла, как и мне отрубают руку, боялась до колик (хотя последние были, скорее, от голода или от местных «блюд») и видела в кошмарах, как там, за решёткой, во внутреннем дворе сжигают Эдварда.
В общем, незабываемо проводила время!
А потом меня снова вызвали. Выволокли, если быть точной. Цепь не позволяла встать, и ноги онемели до бесчувственности. Или замёрзли. Фиг знает, но ходить не могли.
Мыть и кормить на этот раз не стали. Просто втолкнули в какую-то очень светлую комнату. Не привязали и не прицепили, так что я тотчас метнулась в первый же тёмный угол.
Привычка.
- Катрин?
Звякнула цепь.
Я повернула голову, всё ещё обнимая себя за плечи.
Эд оказался рядом – через мгновение.
И вдруг всё стало на свои места. Хорошо и безопасно. Снова. Тоже на мгновение.
Не слушая, что он там бормочет, я рассматривала его лицо – как и у меня, наверное, с синяками. Глядела на рубашку – такую же, как моя, только порванную. На потёки крови в уголке рта.
И всерьёз думала, что если кто-нибудь хотя бы посмеет тронуть его при мне – я за себя не отвечаю!
А ещё мне почему-то очень хотелось его поцеловать. Совсем озверела с этими... мышами.