Страница 34 из 90
Дальше идёт холл, который, судя по всему, обычно невероятно скучен и мрачен, но сегодня по случаю светского приёма тут так всё разукрасили, что в глазах рябит! Уж не знаю, кто тут у них дизайнером работает, но у нас бы его выбросили на улицу безо всякого сожаления и карточки социального страхования. Ну, это лишь моё одинокое мнение, привыкшее исключительно к семейным, дружеским, школьным и эльфийским вечеринкам, а у сильных мира сего подобный перебор может оказаться вполне нормальным явлением...
Вау! Это что, такой «тибейдет»?! Не то чтобы я их раньше не видела, но вот чтобы такого большого размера - это, должна признать, впервые. Вдоль стен даже восемь декоративных мраморных скамеек поставили. Правда, даже тут без всяких там бантиков, тряпочек, ленточек, цветочков и прочей дребедени не обошлось. Прям мутит с этого безвкусия! Но что делать: или ехать в этом ужасе, или по лестнице, чей вид мне не известен и вполне возможно - также омерзителен. Так что лучше отмучиться по-быстрому в подъёме этажей эдак на пятьдесят, дабы затем услышать долгожданный «дзынь!». Двери открылись, и я попала в небольшой мраморный коридор, больше похожий на выставку скульптур, где несколько стражей потребовали у меня сдать своё оружие. Хм, судя по внушительной коллекции, разложенной по лавкам позади них, то столь строгие требования предъявляются не только к моей скромной персоне и поэтому лучше им пока не сопротивляться.
И вот передо мной двери, ведущие прямо в бальный зал, но стоило мне к ним подойти, как один из слуг вдруг постучал в них и лакеи, стоящие по ту сторону дверей, распахнули их прямиком в мир безвкусия и вульгарности. Да ладно! Глазам своим не верю! Ну не может быть, чтобы это был один и тот же дизайнер! Конечно, всё по-прежнему напыщенно и роскошно, но уже чувствуется определённая умеренность в украшениях и даже достоинство. По-любому того клоуна уже уволили. И ещё...
Ну почему каждый раз (даже если приезжаю специально пораньше) когда прихожу на какое-нибудь связанное со мной мероприятие, то народу уже полон зал, а я почему-то сразу оказываюсь в центре внимания?! Этот приём должен был начаться ещё только через пятнадцать минут, а народ уже собрался в полном составе, и каждый из них надеется, что я сейчас споткнусь, упав перед всеми лицом в грязь. Что ж, не дождётесь! Итак, если вспомнить всё, чему меня научили на подобный жизненный случай, то это делается примерно так: голову гордо поднять, спину прямо, грудь вперёд и войти как королева, чтобы они все с кресел попадали. Правда, и о своей роли забывать тоже нельзя, ибо я по ней немного грубоватая, сильная и уверенная в себе наёмница, с которой связываться стоит лишь исключительно по делу.
А теперь - гордой уверенной походкой прохожу через весь зал, небрежным движением беру бокал с дорогим вином у проходящего мимо с серебряным подносом лакея и с некоторым равнодушием, без всякого стеснения разглядываю гостей. М-да, совершенно ничего нового или же интересного, ибо это, как обычно, всего-навсего сборище расфуфыренных павлинов, которые заявились сюда лишь для того, чтобы распустить перед всеми свой павлиний хвост, дабы показать этим своё состояние и положение. Как обычно, разговоры только о тряпках, камнях, работе, деньгах, семьях, политике и недавно прошедшем Прайде.
Единственная интересующая меня сейчас тема - это политика одной страны, в которой мне предстоит скоро работать. Но пока ничего достойного внимания нет, ибо в этом направлении тема пока что только одна: «Платье Анисель Готл на сегодняшнем светском рауте». На большее у них видать ни ума, ни любопытства не хватает. А платье у меня, кстати, очень даже подходящее для людей моей профессии, так сказать: и женственность подчёркивает, и на случай непредвиденных обстоятельств не станет обузой. С золотым покровом платье, с передней шнуровкой, обнажённые плечи, длинные рукава, лосины, лёгкие сапожки и, разумеется, немного украшений.
Вобщем, скука смертная - хоть бы споткнулся кто, или же лакей на кого-нибудь поднос уронил, но даже это маловероятно ввиду безупречной вышколенности прислуги. О нет! Только его мне и не хватало. Вот кто угодно, но только не он. Почему Маврикий направляется в мою сторону? Нет, я не спрашиваю «почему он здесь?», ибо «здесь» ему положено быть, как одному из организаторов турнира. А вот почему он именно ко мне направляется - вот это уже интересно. Вернее неинтересно совсем. Так что лучше отвернусь от него куда-нибудь и, если всё-таки он ко мне, то не сразу замечу. Пройди мимо, пройди мимо, ну пожалуйста...
- Рад вас видеть во здравии, госпожа Готл, - а я тебя нет. Жутко бесишь! - Надеюсь, что бал, устроенный в вашу честь, приходится вам по вкусу?
- Разумеется, - так улыбаемся, вежливо улыбаемся и главное никакой открытой неприязни. - Этот бал просто завораживает! Должна признать, что это один из лучших на моей памяти.
- О! - удивлённо поднял брови Маврикий. - Так, оказывается, это не первый ваш бал! Кто бы мог подумать, а я-то всё думал, почему вы так прекрасно держитесь.
- Кто бы мог подумать, что простая наёмница ходит на светские рауты? Хочу открыть вам страшную тайну уважаемый Маврикий: наёмники тоже ходят на балы. Просто кому-то подобные мероприятия интересны, а кому-то нет. А что касается моей манеры держаться, так я ещё в пять лет прочла пять томов под условным названием «Правила поведения в высшем обществе для молодых леди».