Страница 94 из 130
- Ведьма… - будто вплетал в литанию защитного круга.
Впервые за последние два года это слово прозвучало почти как комплимент – но я все равно поежилась от неуютного холодка в низу живота.
Раинер мог сколь угодно легко приспосабливаться к новым городам и условиям, но в его картине мира женщины всегда были тенями за мужской спиной. А в моей картине мира чертовски странно смотрелись мужчины, которые сломя голову удирают от прекрасных маркиз, чтобы принести обет безбрачия.
У нас обоих было достаточно оснований, чтобы считать свою точку зрения правильной. Только вот основания эти уходили корнями на совершенно разные планеты – и на других ни на что не годились.
Как много таких нестыковок понадобится, чтобы разрушить то хрупкое, бессловесное взаимопонимание, которое возникло между нами?
Будто услышав мои мысли, Раинер протянул мне руку – совсем как целую вечность назад, в безликой гостевой комнате жилого этажа МагПро. Я уставилась на нее с не меньшим сомнением, чем в первый раз. Но потом уже как-то привычно поднырнула под его ладонь, позволяя приобнять себя за плечо.
Пока что нестыковок было явно недостаточно.
- У Армана есть городской дом, - как ни в чем не бывало сообщил Раинер. – Высшему сану дозволяется жить вне храма.
«Прежний настоятель никогда не покидал Собор», - отметила я для себя. Раинер покосился вниз и понимающе усмехнулся, будто все еще подслушивал мои мысли.
- Это не поощряется. Орден создан, чтобы бороться с колдовством, а не чтобы послушники тратили по полдня, бегая по городу за кем-нибудь достаточно могущественным, чтобы справиться со слишком большой для них тучей. Но начальству всегда позволено больше, чем подчиненным. Арман не стал отказываться от причитающихся ему привилегий. По стечению обстоятельств я знаю, где он живет, но… - Он замялся и молчал так долго, что я с недоумением вскинула голову, вопросительно приподняв брови.
А Раинер вдруг мимолетно коснулся губами моего лба – шероховато и горячо – и хрипловато признался:
- Мне понадобится твоя помощь, чтобы пробраться туда.
Меня будто током ударило. Не столько от по-детски невинного поцелуя, сколько от осознания: это ведь почти признание. Не в симпатии, желании или прочей милой чепухе. Это признание меня – равной. Не тенью, созданной, чтобы торчать за мужским плечом и вовремя подавать его владельцу горячий ужин и чистые носки. Партнером. Другом.
Может быть, из этого и правда что-то получится?