Страница 73 из 130
Зато Раинер обрадовался своей идиотской укороченной рясе и мешковатым штанам, как родным, и немедленно стребовал назад освященный клинок. На фоне лейтенантов Гейб храмовник напоминал чрезвычайно неудачливого разбойника с большой дороги, пока королевские внуки не раскопали в хранилищах маскарадные костюмы жителей Тангарры.
Теперь разбойников напоминали все трое, хотя холщовые рубахи с натуральной окраской на Ирейе, должно быть, стоили немногим меньше парадных мундиров МагПро. Я постаралась отделаться от ассоциаций с маркитанткой при бандитской шайке и дисциплинированно вывалилась из сплетенного Обероном портала прямо под ноги мертвецу.
Зомби невозмутимо переступил через меня, обошел подрагивающее пятно телепорта и заскрипел ступеньками на мансардный этаж, чтобы отнести покойному колдуну давным-давно не нужный ему ужин. Я проводила мертвеца взглядом, задавила запоздавший всхлип и поспешно откатилась в сторону. Раинер словно специально ждал этого момента, чтобы выпрыгнуть из портала и мягко спружинить на полусогнутых ногах, восстанавливая равновесие.
- Ты в порядке?
Наверху что-то звучно грохнуло, выбив вниз старую труху, зазвенела разбитая посуда, и только какая-то неугомонная уцелевшая тарелка шумно вращалась на месте еще несколько секунд.
- Кажется, ты расколдовал зомби, - растерянно сообщила я с пола.
- Оно и к лучшему, - пожал плечами храмовник.
- И закрыл портал.
Раинер обернулся – и задавил все напрашивающиеся на язык ругательства, потому как над полом уже медленно собирался сгусток темноты, обещающий развернуться в зеркало нового портала. Вскоре из него шагнул Рэвен – и тут же высказал все, что оставил при себе храмовник.
Подать мне руку, помогая подняться, догадался только Оберон. Утренние события стряхнули с него всю привычную сонливость, и он деловито, не отвлекаясь ни на ругающегося брата, ни на огрызающегося храмовника, достал из-за пазухи тонкий шелковый платок. Поискового заклинания я не почуяла, но, судя по досадливой гримасе, неизвестный похититель по-прежнему держал над Эмори щит – и вблизи тот действовал не хуже, чем на расстоянии в три с лишним парсека.
- Кажется, щит хелльский, - удивленно сказал Оберон.
Рэвен и Раинер мигом прервали назревающую потасовку.
- Хелла – это же полностью магическая планета? – неуверенно уточнил храмовник.
- Не полностью, - покачала я головой. – Но там процент одаренных на душу населения выше всего. И магическая наука, соответственно, развита куда лучше, чем на остальных планетах Альянса…
- Откуда здесь взяться такому? – последнее слово Раинер произнес тем особым тоном, каким обычно благородные дамы поминают грязь под колесами автофлакса.
- Оттуда же, откуда взялась ирейская принцесса, - резонно заметил Оберон. – Кто-то же ее телепортировал.
Раинер скривил губы, но комментировать не стал.
- Не будем терять времени, - вклинился Рэвен. – Вы с Эйви идите в храм, а мы с Обероном выждем немного, чтобы не привлекать к вам внимания, и попробуем разнюхать, что творится в городе. Завтра в полдень встретимся здесь и обменяемся новостями.
Храмовник скупо кивнул и первым вышел из хижины.
Над болотами шел мелкий дождик. Он шелестел в зарослях осоки, выкрашивал старые доски домишки в темно-серый цвет и распускал маленькие круги на ровной глади над бочагами. Где-то неподалеку блаженно распевались болотные лягушки, надежно перекрывая куда более замысловатые мелодии из города.
- Какой-то праздник? – предположила я, неохотно выглядывая из-под подтекающей кровли над верандой.
Раинер, успевший спуститься на старую гать, бодро пожал плечами.
- Чем быстрее дойдем, тем быстрее узнаем.
Как раз-таки быстрее идти в город мне хотелось меньше всего, но именно поэтому я упрямо встряхнулась и полезла вниз.
Однажды я сумела отсюда выбраться. Смогу и снова. Столько раз, сколько понадобится, чтобы больше не бояться, чтобы этот мир не преследовал меня в ночных кошмарах… или чтобы они, по крайней мере, снова стали ночными.
Болотная вода оказалась неожиданно холодной – или я уже разнежилась и привыкла держать ноги в тепле? Это над Нальмой светило летнее солнышко, а здесь царила ранняя осень, промозглая и дождливая. Тонкие сапожки из плохо смазанной кожи не спасали, и вскоре у меня зуб на зуб не попадал.
Зато Раинер, казалось, впервые за последние дни вздохнул полной грудью – и теперь в охотку чесал по гати. Под его ногами ритмично чавкала болотная грязь, и казалось, что несгибаемому храмовнику нипочем ни осень, ни холодная гнилая вода, а единственное, что могло его смутить, осталось позади…
- Ты ведь не собираешься возвращаться на Ирейю, – неожиданно поняла я.