Страница 48 из 87
Я наблюдаю за ним, не торопясь ни подходить, ни отвечать. Гляжу ему в глаза и вижу, как на длинных черных ресницах собираются первые капли влаги. Мгновенно отмираю:
— Не бойся, парень. Как тебя зовут?
— Ри… Риор. Дан’Риорниэль Тэннеригу, сословие Хранителей Ледяного пламени, терр — вежливо, по всем традициям этикета, склонил голову мальчишка, смешно стараясь скрыть за изысканными манерами подступившие слезы и я, иронично покачав головой, отвечаю ему поклоном на поклон:
— Деметрий Фаанмико, сословие Хранителей Огня, ликвидатор, — я не стал скрывать правду, хоть и было мне со всех этих церемоний и горько, и смешно. Парнишка поднял на меня глаза, вновь заставив задохнуться от жгучей волны и серьезно кивнул:
— Я помню вас. Вы были в замке в ту ночь, терр Фаанмико. Вы убили мою семью. Я знаю.
В его голосе не было ни осуждения, ни злобы, ни ненависти. Только тоска и, почему-то, сочувствие. Я осторожно приблизился к кровати, опустившись на ее краешек:
— Это… К сожалению, далеко не случайность, как бы я не хотел тебе это сказать. Я выполнял свою работу, и, боюсь, ее последствия впервые для меня столь непредсказуемы.
Я старался говорить беспристрастно и холодно, видят Боги, старался быть равнодушным. Паренек смотрел на меня все тем же серьезным взглядом, в глазах больше не было слез, только какое-то удивительное, нечитаемое выражение. А потом он вдруг подполз ближе и негромко попросил:
— Терр Фаанмико, отпустите меня домой, пожалуйста, — и устало опустил голову, уткнувшись лбом мне в плечо. И новая волна боли окатила кипятком, прожигая насквозь — почему он не ненавидит? Да что, черт возьми, не так с этим ребенком?
Я осторожно притянул мальчишку к себе, готовый отпустить в любую секунду и тихо начал объяснять:
— Те люди, которые заказали вашу семью, узнав, что ты еще жив, вновь постараются убить тебя. И на этот раз мне заказ уже не поступит — потому что я нарушил договор и не внушаю больше доверия. Понимаешь? — ребенок кивнул, не отстраняясь и я негромко продолжил, — Ты же последний в Роду, Риор, верно? Тебе нельзя рисковать собой. Теперь ты — герцог, Глава рода, правитель.
Мальчик отстранился, заглядывая мне в глаза и тихо пояснил:
— Я хочу к ним, в Великие Ледяные пещеры. Они там — а я здесь. Так не должно быть. Я не должен был остаться. Сестренка, мама… Они все… — его голос сорвался и худенькие плечики под моими руками затряслись.
— Риор, посмотри на меня, пожалуйста, — я бережно, чувствуя, как жгут ладонь детские слезы, приподнял его подбородок и мягко погладил большим пальцем мокрую щеку, — Они не ждут тебя туда так скоро, поверь мне. Когда-нибудь наступит время, и ты придешь к ним сам, но не сейчас. Знаешь, как говорил мой Учитель — не спеши туда, куда тебя не приглашали. Понимаешь?
Вместо ответа мальчишка вырвался из рук и прижался ко мне всем телом, изо всех сил обнимая за шею:
— Не бросайте меня, терр Деметрий. Вас ведь ко мне духи Эллийарса прислали! Великий Бог Пламени Льдов никогда не обманывает! — он задохнулся и жалобно выдохнул на остатках кислорода в легких, — Я один не справлюсь. Никогда не бросайте, ладно?
И, чувствуя, как внутри все взрывается, жаля легкие мелкими осколками, я притянул к себе ребенка и хрипло выдохнул:
— Не брошу, малыш, не бойся…
— По…подожди, Дэм, не так быстро. Я сей… сейчас умру, — Риор, застонав, картинно рухнул на землю, отбрасывая в сторону легкий, специально подогнанный мной под его руку, тренировочный клинок. Я, чувствуя, что улыбаюсь, наблюдаю за ним, прислонившись к крайнему в ряду «чучелу» — тренировочному манекену, которых в достаточном количестве предоставляет своим сотрудникам начальство Клана ликвидаторов. И, заметив мою улыбку, ученик подскакивает, как ужаленный — смеха в свой адрес маленький гордец не терпит совсем, чем веселит меня еще больше.
Наши тренировки начались пять лет назад, сразу, как только подопечный встал на ноги, отъелся и перестал напоминать ходячий труп. Он рьяно заинтересовался моими ежеутренними и ежевечерними занятиями и, одним из вечером, подошел ко мне с просьбой научить. Я, заинтригованный, проверил его базовые навыки на обычной палке и удивился до крайности — мальца явно обучали, верткий, ловкий, он в будущем легко мог догнать и даже обогнать меня по навыку. Разумеется, я согласился! Интересно же, черт возьми!
Мальчишка возвращается к манекену, легко перебрасывает клинок в рабочую руку, красиво крутанув лезвие вокруг оси и отбрасывает за плечи отросшие, по-взрослому густые и вьющиеся серебристые локоны. Красив ученик, красив как молодой Бог. И я в который раз чувствую, как сердце пропускает удар, когда смотрю на юношу, в которого постепенно, день за днем, превращается маленький ангел, выловленный мною из-под кровати в мертвом замке ваальсири.
Почуяв мой взгляд, несносный мальчишка весело сощурил глаза — этот мой жест он неосознанно начал копировать уже через неделю — и слегка поклонился. А потом вдруг атаковал, налетев, как смерч. Я опешил настолько, что какое-то время просто механически отражал атаку и не мог оторвать от демонёнка напротив восхищенного взгляда, а затем, очнувшись, все-таки напал в ответ.
Какое-то время, своевременно отреагировавший Риор весьма успешно отражал мой натиск, а потом неожиданно прыгнул вперед и, пропустив над головой свистнувший клинок, обхватил меня за шею. Заливисто рассмеялся, крепко прижавшись всем телом и пытаясь отдышаться:
— Поймааааал! — и негромко добавил, — Ты-моя добыча!
Я резко охнул, словно почти незамеченный мною удар вышиб из легких весь воздух. На секунду замер и, подавшись вперед, в свою очередь прижал к себе парня, чувствуя, как на смену боли внутри осторожными ростками и побегами поднимает голову практически детское счастье. Придумал же, балбес мелкий. Добыча… Вот тебе и эльфы — лучезарная, мать его, раса!