Страница 41 из 191
- Да, полно вам, Каверзин, - со смехом откликнулся Вербицкий. – В кое-то веки не надобно весь вечер думать об этикете и приличиях.
- Я вовсе не таких дам имел в виду, - обиделся Каверзин. – Но согласитесь, кто, как не женщина, может скрасить подобный вечер. Ведь даже муза и та женского полу. В них мы черпаем вдохновение.
- Вновь вы на своего любимого конька забрались, - усмехнулся Белозерский, разглядывая вино в бокале.
Дверь в гостиную приоткрылась и в образовавшуюся щель просунулась коротко-стриженная голова ливрейного.
- Барин, Арсений Борисович, - попытался привлечь внимание князя лакей.
- Чего тебе? – обернулся Запольский.
- Барышня вернулась, - тихо ответил слуга.
В комнате повисла тишина.
- Прошу меня извинить, господа. Чувствуйте себя, как дома, я скоро вернусь, - переменился в лице Арсений.
Алёна прижалась спиной к колонне в вестибюле. Она настолько замёрзла, что даже язык её не слушался. Зубы выбивали дробь, всё тело одеревенело от холода. Дверь, ведущая в гостиную, распахнулась, и на пороге появился Запольский. Из комнаты слышался гул голосов и звон хрусталя.
Арсений остановился в нескольких шагах. Какое-то время он просто смотрел на неё, не говоря ни слова, ожидая объяснений.
- Я замёрзла, - выдавила Алёна, стуча зубами.
- Как только вам в голову пришло подобное? - покачал головой Запольский. – Ступайте к себе, мы после поговорим, - холодно добавил он.
- У вас гости? – осведомилась девушка, пытаясь расстегнуть пуговицы на пальто непослушными пальцами.
- Вас это не касается, - грубо оборвал её Запольский и, заметив её затруднения, пришёл на помощь.
Алёна тихо охнула, стянув перчатки. Князь завладел её ладонями, отогревая скрюченные пальцы теплом своих рук.
- Вы маленькая сумасшедшая, - тихо произнёс он. – Петербург может быть опасен для юной барышни, такой, как вы. Неужели вам было мало приключений? – попенял он ей.
- Я признаю свою ошибку, - опустила голову девушка. – Вам довольно того?
- Лена, - тихо прошептал Арсений, - вы меня с ума сведёте.
- Запольский, кого ты прячешь от нас? – послышался за спиной князя голос Каверзина.
Арсений тихо чертыхнулся и нехотя обернулся.
- Роман Егорович, позвольте представить вам mademoiselle Коршунову, - принуждённо улыбаясь, отозвался Запольский.
- Mademoiselle, - склонился в полупоклоне Каверзин. – Очарован. Право слово, Арсений Борисович, отчего бы даме не составить нам компанию? – обратился он к князю.
Алёна беспомощно взглянула на Запольского.
- Ежели дама пожелает... - оставил за ней право выбора Арсений.
Впрочем, выбора у Алёны собственно и не было. Каверзин даже не дослушав его, завладел рукой девушки и повёл её в гостиную. При её появлении, разговоры стихли.
- Господа, мои молитвы были услышаны, и прекрасная фея явилась к нам, чтобы скрасить нашу компанию, - с порога провозгласил Егор Романович.
Алёна окинула взглядом небольшое общество и, встретившись глазами с Белозерским, замерла на месте. В тёмных омутах глаз Сергея Кирилловича изумление сменилось презрением. Ироничная усмешка скользнула по красиво очерченным губам, когда он склонился над дрожащей рукой.
- Вот так встреча, Елена Яковлевна, - тихо прошептал он. – Не чаял увидеть вас в Петербурге.
Алёна смолчала, лишь оглянулась в поисках Запольского, но князь был занят разговором и не спешил прийти к ней на помощь.
- Позвольте предложить вам бренди? – мягко оттеснил в сторону Каверзина Серж.
- Сергей Кириллович, всё вовсе не так, как вы думаете, - едва слышно выдохнула девушка.
- А вы уверены в том, что можете читать в моих мыслях, Элен? Кажется, так вас Арсений Борисович называет? – провёл её к столу с закусками и выпивкой Белозерский.
Под обстрелом стольких любопытных взоров, Алёна не решилась ничего сказать. Она позволила Сержу усадить себя в кресло и приняла из его рук фужер с бренди.
«Будь, что будет!» - разозлилась она, поднося к губам бокал.
- Вам так важно, каким именем меня называет князь? – усмехнулась она.
- Признаться честно, уже нет, - пожал плечами Сергей Кириллович. – Могло бы быть важно, - добавил он, не удержавшись от сарказма.
- Однако, вы весьма самонадеянны, Сергей Кириллович. Уверены, что меня это хоть сколь-нибудь задело?
Белозерский собирался ответить, но им вновь помешали.
- Mademoiselle, позвольте представиться. Поручик Вербицкий, - склонился в поклоне невысокий худощавый блондин.