Страница 39 из 191
Аннет показалось, что князь загрустил в её присутствии, и тогда она, желая поддержать его интерес к своей особе, принялась рассказывать о Пятигорске и о своих пятигорских знакомых. Mademoiselle Белозерская настолько увлеклась, что не заметила, как её рассказ о родном городе незаметно перешёл к пересказу городских слухов и сплетен.
- Вы не подумайте, Арсений Борисович, - увлечённо рассказывала Анна, - что в нашем провинциальном городке ничего не происходит. Не далее, как этим летом весь Пятигорск обсуждал одну весьма занимательную, даже можно сказать, скандальную историю, - улыбнулась она.
- Я вовсе не считаю Пятигорск глухой провинцией, - улыбнулся князь в ответ.
Александра Михайловна с громким стуком поставила чайную чашку на блюдце и воззрилась на дочь с немым укором, но Аннет сделала вид, что не заметила недовольства матери и продолжила свой рассказ.
- Вы можете себе представить, чтобы девица из состоятельной семьи сбежала из дома с приказчиком собственного отца? – изогнулись губы Анны в ехидной усмешке.
- Аннет, думается мне, что Арсению Борисовичу сие ничуть неинтересно, - мягко одёрнул сестру Сергей Кириллович, вошедший в гостиную и ставший свидетелем её последних слов. – Я готов ехать, - повернулся он к Запольскому, не замечая надутого вида Анны.
- Дамы, - поднялся с кресла Арсений, - прошу извинить, но ежели мы не поторопимся, то опоздаем к обеду в клубе, - откланялся Запольский.
Арсению Борисовичу было даже очень интересно дослушать начатую Анной историю до конца, но проявить открыто свой интерес он не решился, посчитав неуместным подобное любопытство.
Покинув квартиру Белозерских, князь устроился на заднем сидении автомобиля рядом с Сержем и велел водителю ехать через Гороховскую улицу. Не то, чтобы он надеялся встретить беглянку, но вдруг фортуна на сей раз откажется на его стороне? По дороге к клубу Арсений молчал, осмысливая услышанное от mademoiselle Белозерской. Итак, его догадки оказались верны: Алёна действительно принадлежала к состоятельному семейству и сбежала из дома вместе с мужчиной, коим оказался Воронин, но не Воронин стал причиной её побега.
- Так что там за история вышла с побегом некой девицы? – нарочито равнодушно осведомился Арсений у Белозерского.
Сергей Кириллович удивлённо приподнял бровь:
- Ба, mon cher ami, с каких пор тебя интересуют провинциальные слухи? – полюбопытствовал он.
- С тех самых, как я свёл знакомство с одной барышней по имени Элен, - вздохнул князь. – И родом она из Пятигорска, - весьма многозначительно добавил он.
- Вот, как? - повернулся к нему вполоборота Сергей. – Стало быть, барышня, в обществе которой ты вчера посещал Аничков сад и есть та самая Элен?
- Верно, - кивнул Арсений.
- И как же вы познакомились? – не смог сдержать любопытства Белозерский.
- Весьма занимательная история, - усмехнулся Запольский. – Помнишь, осенью ты навещал меня, когда по вине одной особы я оказался на несколько дней прикован к постели?
- Да, но не пойму, как сие взаимосвязано, - задумчиво ответил Серж.
- Это была она. Элен, - вновь тяжело вздохнул Запольский.
- Девица из заведения madame Жози? – не поверил Белозерский. – Тогда это не Елена Яковлевна. Не представляю mademoiselle Коршунову в...
- В борделе, ты хотел сказать? – завершил начатую фразу Арсений. – Но, тем не менее, это была она.
- Вот ежели бы ты нас познакомил, я мог бы сказать тебе окончательно, - предложил Белозерский, которого самого снедало любопытство.
- Не могу, - пожал плечами князь. – Нынче утром она сбежала от меня.
Белозерский разочарованно вздохнул:
- Чем же ты ей не угодил? Помнится, женщины всегда бегали за тобой, а не от тебя, – хохотнул он.
- Право слово, не знаю, - нахмурился Запольский. – Женщины. Кто их разберёт?
Автомобиль остановился у входа в клуб. По молчаливому соглашению друзья не стали возвращаться к этому разговору, но у каждого был повод подумать над ним.
Сергей Кириллович погрузился в воспоминания о знакомстве с дочерью купца Коршунова. Надо заметить, она произвела на него впечатление ещё при первой встрече. Это потом он поддался настроению Аннет и продемонстрировал некую холодность в отношении Елены Яковлевны, кою на самом деле вовсе не ощущал. Да, ему стало обидно за Катиш, mademoiselle Коршунова и в самом деле повела себя недостойно, указав Катеньке на её бедственное положение, тем более что в том не было никакой вины последней. Но позже, вспоминая раз за разом безобразную сцену, Серж пытался найти объяснение столь возмутительному поведению, и на ум ему приходило только одно: только ревность могла толкнуть mademoiselle Коршунову на то, чтобы унизить соперницу в его глазах. Безусловно, думать так было лестно, а то, что Элен, с которой свёл знакомство Запольский, может оказаться Алёной, только укрепляло его в этой мысли. Что ежели он внушил ей столь сильное чувство, что она оставила родной Пятигорск и последовала за ним в столицу? Разве подобное невозможно? Однако же думать об остальном, о том, что связывало её нынче с князем Арсением, Белозерскому было неприятно, и он пытался отрешиться от этих мыслей, впрочем, совершенно безрезультатно.