Страница 8 из 125
- И вообще ни с кем не разговаривай.
- Не буду.
Берег реки круто изгибался вокруг деревни. Сурья шёл, рассматривая курные избы с крошечными окошками под самой крышей, подведенными пятнами копоти. Они напоминали ему хижины лесных ведьм, разве что были чуть больше, да поопрятней. Между избами носилась чумазая детвора. Завидев чужака, дети собрались в кучу и стали глазеть на него, показывая пальцами. Сурья сообразил, что платье его, должно быть, выглядит странно. Да и волосы, пожалуй, длинноваты. Стоило поспешить, пока любопытных носов не собралось слишком много.
- Вон там, за камышом, - шепнул Орест, указывая на густые заросли, - там они обычно купаются.
- Совсем недалеко, - сквозь зубы заметил Сурья.
- Там лесок. Отсюда и не видно.
- Я всё забываю спросить, а так ты их… Ты им показываешься?
- А то, - хмыкнул Орест, - правда, приходится морочить голову, иначе беда. Людские девки не такие сговорчивые, как ведьмы.
- Стало быть, ты берёшь их силой?
- Я бы так не сказал. В мороке они другие, податливые. Хотя в ласках совершенно не знают толку. Зато их кожа сладкая на вкус, и пахнет приятно.
- Как-то мне это не нравится, - признался Сурья.
- Я тебе помогу, - успокоил его брат, - заморочу и буду неподалёку.
- Успокоил, - пробурчал Сурья себе под нос. Настроение испортилось – хуже некуда.
Деревня осталась позади. Камыш шелестел над макушкой, будто издевался. Глупые жабы противно квакали – всё им было нипочём, даже зловещее шипение Ореста. Парочка испустили дух под его суровым взглядом, остальные надрывали глотки, как полоумные.
- Кто здесь? – раздался испуганный голосок.
Сурья раздвинул камыши и увидел девушку. Она сидела на кладке в одной сорочке, обхватив себя руками за предплечья. Босые были по щиколотку в воде. Девушка не была ни красавицей, ни дурнушкой. Куда симпатичнее ведьмы. Кожа чистая, на белых щеках – румянец, который становился всё гуще с каждым мгновением, что он стоял рядом, бесстыдно рассматривая её с ног до головы.
- Прости, - смущённо пробормотал Сурья, опуская взгляд.
- Ты кто таков будешь? – спросила девушка.
- Я – Кош.
- Странное имя. Ты, стало быть, чужеземец?
- Да, я тут мимо проходил, - выпалил Сурья. Орест фыркнул прямо ему в ухо, отчего внутри зачесалось и захотелось чихнуть.
- Одежда у тебя богатая, - продолжала девушка, - боярин али купец?
- Княжич.
- О!
Глаза её округлились, спина выпрямилась, а руки скользнули по бёдрам, разглаживая сорочку.
- А я тут сижу, слышу – гадюка шипит. Испугалась. А тут ты. Стало быть, сам княжич пожаловал? И без свиты?
- Я один, - зачем-то сказал Сурья. Девушка явно обрадовалась. Вскочила на ноги и подошла поближе.
- А что – по нраву княжичу простые девицы?
- Ну, тут уж морок и не понадобится, - едва слышно усмехнулся Орест, - пошёл-ка я ловить свою добычу…
Сурья беспомощно огляделся, но брата уже и след простыл. Девушка, между тем, совсем осмелела и водила пальцем по отвороту кафтана, улыбаясь, совсем как те ведьмы, с которыми Орест пытался его сводить. Пахло от неё действительно получше. Да и зубы были ровными. Она потянулась к нему губами, и Сурье ничего не оставалось, кроме как позволить ей себя поцеловать. Губы её были влажными и немного липкими, а вездесущие руки нырнули под его кафтан с той же лёгкостью, с какой ядокрыл взмывает в небо. Сурья почувствовал, как плечи его затряслись…
***
- Ну как?
Голос Ореста, звонкий и довольный, резанул тишину, вытряхивая его из тягучего омута мыслей.
- Мне понравилось, - ответил Сурья, не отрывая глаз от небольших волн, накатывающих на поросли камыша.
Девушка давно ушла, и он в одиночестве сидел на кладке, прижав колени к груди. Уже начинало вечереть. Бледно-розовые полосы заката провожали уставшее солнце, размеренно таявшее над рекой. В Межгорье редко где можно было такое увидеть.
- Почему? – холодно спросил Орест.
- Хотел бы я знать…
Губы Сурьи скривились в кислой улыбке. Неужели он мог подумать, что выйдет обмануть брата? Что ж ему постоянно так не везёт?…
Мало беды, что, родившись в княжеской семье, он не был владыкой. И человеком он тоже не был. Но хуже всего было то, что даже мужчиной у него не получалось стать.
Сурья ровным счётом ничего не почувствовал – словно его целовала каменная глыба. А когда она коснулась его там, где должен пылать мужской огонь, его затрясло от отвращения. Девушка сразу всё поняла и оттолкнула его, презрительно плюнув в сторону. Затем убежала, красная от возмущения.