Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 33 из 107

– Скучно, наверное, считать чужие деньги? –  вдруг посочувствовал  ей Хоркис.

– Нет, это интересно, – с энтузиазмом возразила она. – Занимаясь налогами, кредитами, инвестициями, ты, не держа денег в руках, видишь, как они работают, решают проблемы,  приносят доход.

Хоркис, не поняв половины слов, удивленно хмыкнул, а я постарался вернуть разговор в гораздо более важное, прежнее русло:

– Эли, я понял, что инструмент тебе сложно достать. Да и вряд ли у тебя хватит физической силы им воспользоваться, мы сами-то тебе помочь не сможем, руки к телу крепко прижаты. Но, может быть, ты сможешь тайком пробраться в комнату Повелителя, и там найдешь для меня кристалл-накопитель. Я вчера их три штуки зарядил.

– А чем тебе поможет кристалл? – удивилась она.

– Я выпью Силу, которая в нем находится, и тогда перестану быть таким беспомощным и сумею освободиться, – рискнув, честно ответил я ей, неожиданно проникнувшись некоторым доверием.

– И что сделаешь дальше? – с тревогой спросила она. – Убьешь моего отца и начнешь мстить всем гномам?

– Нет, – ответил я, понимая, как много зависит от моего ответа. Девчонка-то жалостливая идеалистка, ясно, что не только о нас с Хоркисом беспокоится. – Мне нет до вас дела. Мы просто уйдем. Но рабами твоего отца в любом случае не станем и под страхом смерти, только тогда уже разговор будет другим и без жертв не обойтись.

Она надолго задумалась. А я затаил дыхание, боясь спугнуть замаячившую надежду.

– Ладно. Я постараюсь помочь. Найти и взять кристалл я, может быть, и смогу, – согласилась она. – По крайней мере, попробую. Ночью, когда Повелитель будет спать, тихо проберусь к нему в комнату. Днем он все время или в приемной, или в своей комнате. Незаметно мимо не пройти.

– А скоро ночь? – уточнил я.

– Скоро, сейчас уже поздний вечер.

Зная корыстную гномью натуру, спросил:

– Что ты попросишь у нас взамен кристалла?

– Лично мне ничего не надо, – ответила она не задумываясь, – Знаю, что попрошу слишком много, после того как с вами так подло поступили. Но все же, пожалуйста, выведите оставшихся в живых гномов отсюда в другое поселение, иначе все они тут погибнут.

– Твой отец не позволит увести отсюда гномов, – не стал я давать невыполнимых обещаний. – Он предпочтет погибнуть вместе с сородичами, но не потерять свою власть. Он не хочет быть зависим от другого Повелителя.

– Ну, а вы предоставьте гномам выбор, объясните, что, либо они останутся со своим Повелителем и погибнут, либо уйдут вместе с вами.

Да, видно, что она сидит в изоляции и, действительно, плохо представляет, что происходит за стенами.

– Вряд ли нам дадут такую возможность. Но, обещаю попробовать. А сама-то ты пойдёшь с нами?

– Я бы очень хотела. Интересно посмотреть, как живут гномы. Но, во-первых, меня-то уж точно отец  ни за что не отпустит. Во-вторых, я и сама не решусь. Ведь я так уродлива, что никто не захочет находиться рядом со мной. Боюсь, я не выдержу брезгливых шараханий от меня, злых насмешек и постоянного пренебрежительного тыканья в меня пальцем.

– Если тебе удастся достать кристалл, и мы отсюда выберемся, то я что-нибудь придумаю, чтобы помочь тебе и не позволю обидеть, – серьезно пообещал я.

– Спасибо, –  дрогнувшим голосом, поблагодарила она. – Я постараюсь раздобыть кристалл, а что будет дальше, посмотрим по обстоятельствам. До встречи, – попрощалась она.

Да, занятная девчонка. При таком отце,  при том образе жизни, что она ведет и при таком к ней отношении со стороны ближайшего окружения, она должна быть тихой, послушной, забитой, нерешительной. А вот, поди ж ты, она, наоборот, решительная, смелая, даже дерзкая, и не озлобилась на окружающих, а,  искренне  беспокоится о них. У меня только одно объяснение такому парадоксу - кровь не водица. Сказывается, что она из рода Повелителей.

Гномка ушла, а нам с Хоркисом ничего не осталось, как только ждать и надеяться. Либо на помощь Эли, либо на хоть какое-то изменение ситуации, которым можно было бы воспользоваться. Даже без магии и без оружия, которое у нас отобрали, мы оба сильные, умелые воины. Лишь бы цепи снять, от которых затекло и одеревенело все тело, а их тяжесть давила на сердце.

Сквозь дремоту, вызванную тишиной, темнотой и бездеятельным неподвижным ожиданием, я слышал, как страдает Хоркис. Ему было не лучше, чем мне. Очень сильный физически, всегда активный, сейчас он без конца ворочался, позвякивая цепями, и сквозь зубы шипел:

– … трах! вот только доберусь до этого Повелителя… своими руками задушу, гада… но предварительно ноги и руки оторву… нет, вначале вырву глаза и язык… Александрэль, как думаешь выбираться отсюда? Ты же в самом деле не рассчитываешь, что эта пигалица принесет тебе кристалл?

– Не волнуйся, Хоркис. Конечно, я не рассчитываю на нее. Если ничего не произойдет раньше, я жду, когда Нил сочтет, что мы достаточно обессилили, и начнет с нами переговоры. Мы продемонстрируем ему крайнюю слабость и, поторговавшись для отвода глаз, якобы, согласимся на все его условия. Действовать начнем, как только с нас снимут цепи.