Имя души

Получив оружие, я осмелел, взял в руку кинжал и навёл его на каноха. Нет, чтобы доверять ему, я ещё недостаточно кукушкой свихнулся. Он же увидел это, но повернулся к двери и вышел, а за ним и я.

Продукты, набранные в поход, не испортились, что говорило о том, что прошло меньше недели. Сытно поев, я успокоился и даже предложил каноху, но он отказался.

— Что, пошли дальше? — спросил я, встав в полный рост.

— Здеси останесь мне. Тйи оло… свобод, — сказал Готлод, уселся на колени и достал от куда-то из-за спины небольшой острый шип, который в мгновение ока воткнул себе в ухо, после чего упал. Движения плавные, но столе быстрые, что я не успел даже удивиться и что-то понять, а меж тем, канох лежал уже мёртвым.

— Хо-а, — вырвалось коротко из моего горла, а следом раздался мелодичный звон кинжала, который я от неожиданности выронил. — Чтоб тебя! — громко рявкнул я, не поверив, что способен на такой голос.

Но ответа не последовало, как и пульса на сонной артерии каноха, к которой я потянулся почти машинально.

И что теперь делать? Не то, чтобы он был мне другом, но уйти вот так… А если кто-нибудь найдёт тут тело? Мало ли, кто ещё знает, что меня поместили в эту тюрьму? Не просто же так знакомый мне канох с бухты-барахты припёрся сюда и решил пожертвовать собой ради моего спасения. Наверняка, где-то услышал новость о моём прибытии. Ещё и «Гнису» назвал.

Так, стоп! Надо обдумывать собственные планы, а не возможные шаги врагов. Если выйду на природу, то уж там не пропаду. Еды должно хватить ещё на пару дней, а там куда-нибудь, да выберусь. Направление солнце подскажет.

***

Странно, но мне стало жаль Готлода. Он рискнул собственной жизнью, чтобы освободить меня и ставку обратно не забрал. Но ведь он мог спокойно сам сбежать. Что же подтолкнуло его так поступить? Кроме того, он отличался от других представителей своего народа. В его речи, несмотря на дикое незнание русского, чувствовалась какая-то осознанность, не так, как у вождя Бора, когда мы с ним разговаривали. Это я понял по интонации, которой остальные известные мне канохи напрочь лишены и, что странно, движений. Среди всех прочих он казался единственным по-настоящему живым.

Задерживаться в здании тюрьмы больше не хотелось. Появилась идея спрятать Готлода, но на то, чтобы подвинуть и, тем более, поднять массивное тело каноха у меня сил не хватило. Впрочем, я закрыл его тело той простынёй, которая лежала на мне.

Что ж, пусть и без проводника, но теперь я стал свободен и следовало бы эту свободу продлить столько, на сколько это возможно. Преимущества? Канохи пока не узнали, что я сбежал, это во-первых. Во-вторых, навыки передвижения по лесу, если таковой здесь имелся, и в-третьих… А что, собственно «в-третьих»? Надо придумать. Точно! Вполне пригодное для боя снаряжение тоже при мне.

Пока всё это крутилось в голове, я тихо дошёл до выхода и попал прямо на дорогу, уложенную старой каменной брусчаткой. Она была единственная и сворачивала через несколько десятков метров. Вокруг, вопреки ожиданиям, стоял лес. Густой лиственный лес. Деревья здесь, в отличие от собратьев в Давурионе и на Пламенных Горах, обросли приличной густой листвой и шумели ей, как только можно, громко.

Казалось, на этом континенте зимы вообще не было, потому что листва и трава были не изумрудно-зелёные, как молодые, а уже и потемневшие, и пожелтевшие.

На улице моросил дождь. Не сильный такой, почти грибной, но и это меня не особо радовало, хотя, выбирая из двух зол, я предпочёл бы промокнуть, нежели снова оказаться связанным по рукам и ногам. Кроме мокрых осадков с неба на меня ещё падали лучи солнца. От этого листья и трава блестели. Очень редко мне доводилось видеть такой дождь, от чего он становился для меня чем-то совсем уж необычным. Даже к магии я уже привык больше, чем к таким вот редким погодным явлениям.

Погоней пока не пахло, но и покорно дожидаться её мне совсем не хотелось. Рано или поздно тело Готлода всё-таки обнаружат, и лучше бы в тот момент мне сидеть где-нибудь в той же гостинице и пить чаёк горячий.

А для большей безопасности я сошёл с дороги, но двигался параллельно, не теряя её из виду. Возможно, зря я так остерегался, ведь до сих пор ни одного патруля не увидел. Да, какой там! Ни одного каноха. Несколько раз я специально останавливался и выжидал по пять минут, внимательно наблюдая за дорогой. Но искушать судьбу тоже не хотелось.

В какой-то момент моя предосторожность оправдалась, и по дороге быстрым шагом прошёл небольшой отряд канохов в десять голов. Они ушли вперёд, но я успел их нагнать, и, держась на безопасном расстоянии, двинулся следом. Вряд ли они стали бы вот так бежать несколько десятков километров подряд — сложно это без ездовых животных. Да и погоней не назвать — смотрели они прямо перед собой, шли в подобии строя, по три каноха в линии, и один впереди, а по сторонам не смотрели. Значится, не очень далеко, но и не за мной.

Узнать примерное расположение города или деревни для меня сейчас стало первостепенной задачей. Там где жизнь, там обязательно и вода и речка, а дальше и море. Впрочем, ещё никто не отменял скважины или колодцы. А солнце сейчас, хрен знает, где ползает! Небо затянуло, а его место я не запомнил.

Уповая на везение, можно попасть и к речке, и к морю Аларс. А уже по нему — в Давурион. Всего-то и нужно — захватить корабль и убедить команду плыть туда, куда требуется. На шлюпке одному от сюда уплывать — увольте пять раз! Жить охота!

Отряд, за которым я следовал, внезапно свернул с дороги на плохо протоптанную тропинку в лесу. Строй превратился в шеренгу, но скорости канохи не потеряли. Они всё так же быстро шли по своим делам.

Отказываться от преследования я не стал, хотя сил у меня оставалось не так уж и много. Мало ли ещё мог передвигаться отряд, судя по всему, натренированных канохов? Мои возможности на этот счёт не безграничны. Радовало только то, что если (Или тут уместнее «когда») они всё-таки оторвутся, их не сложно будет обнаружить по заметным даже слепому следам.

Так вскоре и случилось. Мои ноги прострелила боль, и они отказались дальше двигаться с той же скоростью. К счастью, прогулочный шаг мне был ещё доступен без мучений. Что меня удивило, канохи тоже начали уставать и иногда попадаться мне на глаза. От их бодрого и уверенного шага остались только воспоминания в виде следов позади. А если бы не связывали, хрен бы ОНИ меня догнали!

Чтобы никто не заметил слежку, мне приходилось вести себя тихо, а это увеличивало расход сил. Однако теперь от отряда я не отставал, держась на достаточном расстоянии.

И ведь лес попортили почём зря!

"Вот доберусь до вас!" — подумал я, но решил пока повременить с экзекуцией. Может, во мне сыграла ялийская любовь к деревьям, которую мне каким-то образом привили Халун с Роуллом? Кто ж его знает?

***

"Нашёл! Лишир, он на вражеской территори!" — крикнул я, заставив старого приятеля дёрнуться.

"Плохо, — ответил он. — Он может попасть на Пламенные? Или сразу к нам?"

"Как? Полетит что ли?"

"Это очень облегчило бы задачу".

"Что — Вёсан?" — спросил я.

"Мечется. Уже большинство — «за»".

"Отнеси меня к нему, иначе мы потеряем человека".

***

В голову всё-таки прокрадывались нехорошие мысли. Пока я их отгонял, канохи вышли на песчаный берег. Тут я подумал, что сорвал джекпот и незачем теперь идти в деревню, потому что вот оно, море! Даже на вкус попробовал, чтобы лично убедиться. Ещё никогда горькая от соли вода не казалась мне столе вкусной. Разумеется, в плане надежды на возвращение, потому что пить её я остерегался.