Имя души

А что до ворот, они могли остаться от каких-нибудь старинных жителей, ну а ухаживать за ними с Пламенных Гор работнички приплывали, будто бы почитая это место. В остальном, никто бы не подумал, что тут такое — вот такое.

Дома в деревне стояли добротные, новые и не выглядели, будто каждому по сотне лет. Одни, судя по виду и состоянию, простояли не больше десяти лет, другие вообще были будто только построены. Очевидно, эта деревня здесь относительно недавно появилась.

Имелся, правда, один изъян — никто не бежал ко мне с караваем и солонкой сверху. То есть, вообще никого не было. Но одно дело смотреть обычным зрением и совсем другое — применять СНДВ.

Зря я это сделал. «За», «в» и «на» домах сидели люди и ялы, одетые в такую маскировку, что с моего взора увидеть её возможным не представлялось. Но меня напугало другое. Все они, как будто видели меня, летающего вокруг них, и зачем-то продолжали скрываться. Они были очень серьёзно вооружены как холодным, так и метательным оружием, включая топорики, кортики и стрелы на луках с очень неприятными зазубренными наконечниками.

Открыв глаза, я увидел перед собой ещё одного жителя этой странной и, судя по всему, враждебной деревушки. Он был одет в серую одежду с редкими зелёными полосами по краям. Она даже отдалённо не была похожа на то, что я видел до этого. Только штаны и обувь ещё были узнаваемы и чуть-чуть схожи с тем, что ялы носили, и то из-за цвета.

— Здрасте! — сказал я, рассматривая его, что в свою очередь делал и он. Мне были открыты только глаза жителя и то очень узкая щель, от чего даже их цвет я не определил.

— Зачем ты пришёл? — спросил он сухим старческим голосом.

— Скажем так, если вы не драконы, пропустите меня и уберите бойцов с крыш. Очень уж они меня напрягают.

— К драконам твой путь лежит? Их нельзя беспокоить, но я помогу тебе, Тёмный. Я оборву его!

— Ась? — только и успел спросить я, не поняв в первые мгновения, к чему клонит собеседник.

За долю секунды мне пришлось уйти от неимоверно мощного удара, и меч я не успел взять правильно. Пришлось расположить его между безымянным и средним пальцем левой руки, обратным хватом и лезвием от себя. Правая уже катастрофически не успевала к следующему удару, поэтому я выставил вооружённую и под неё поставил свободную. Сильный звон пробился в уши, и я как будто проснулся, но уже полностью. Взяв, наконец, меч правой рукой, я начал отбивать один за другим удары противника и неожиданно краешком периферийного зрения заметил движение на крыше. Потом на другой и на всех остальных. Жидкая Смерть среагировала быстрее, чем я успел представить себе, что в таком случае лучше. Меч-то занят был. Из моей руки, выставленной, как я обычно делаю, чтобы отправить в том направлении огонь, вырос щит, высотой с метр, за которым я и спрятался. Когда он исчез, я увидел много стрел, лежащих недалеко с обломанными древками и наконечниками.

— Ох…? — Чуть не выругался я. Мне помешал старик, нанёсший очень странный удар, который открыл в моей защите маленькую, почти незаметную брешь. Ну, смотря для кого она была незаметна. Мне вот, например, отлично было ясно, что если противник увидит, а уж тем более воспользуется ею, мне будет очень плохо. Возможен даже летальный исход. И, кто бы мог подумать! Старик ею воспользовался, но не так, как я предполагал. Он потратил лишнее мгновение, чтобы повернуть свой меч рукояткой в мою сторону и, как копьём, треснуть в живот, хотя спокойно мог и остриём направить. Пресс я не напрягал, потому что понимал — против заточенной кованой стали мышцы, хоть и напряжённые — не преграда. Но чтобы вот так, рукоятью! Через мгновение Полосатик был выбит, и звякнул где-то справа, но мне уже было как-то не до этого. Без сил и возможности пошевелиться, я упал на спину, больно ударившись головой и стал пытаться дышать — пока не получалось. Повертев головой я нашёл своё оружие, но оно оказалось в двух метрах от моей протянутой руки. А посмотрев вперёд, то есть, в ту сторону, где сейчас был противник, я увидел, как он приставил остриё своего клинка мне к шее. Лишь что-то холодное, как будто металлическое напомнило мне про Жидкую Смерть снова. Она для меня, казалось, стала Жизнью. По ощущениям можно сказать, что она, как ошейник, закрыла мне шею и даже от нижней челюсти что-то прихватила, не говоря уже о груди.

В глазах старика я вдруг увидел удивление. Странно, что только это я смог заметить сквозь щёлочку. Он быстро убрал меч, вложил его в ножны и, наклонившись, протянул мне руку, будто упавшему товарищу, а не только что поверженному врагу. Мне стало уже всё равно, поэтому я принял его крепкую, нисколе не похожую на старческую ладонь и встал. Старик тем временем стянул с лица закрывающее его серое полотенце. Оказалось, это был вполне себе взрослый, но никак не старый человек с аккуратным белеющим кольцом щетины вокруг рта и густыми бровями. Лет ему было где-то шестьдесят, может, чуть больше.

Подняв свой меч, я посмотрел на него, потом на старика, который чего-то ждал, потом снова на меч… Быстрым движением, взяв оружие обратным хватом, прицелился и отправил его в ножны.

— Мудро, — сказал он уважительным тоном, которого я до сих пор не слышал.

— А теперь к вопросам. Какого хрена?! — спросил я ни столько про бой, сколько про «добро пожаловать».

— Меньше половины месяца назад к нам пришли Тёмные Тнэллы. Они тоже шли к драконам.

— Ясно всё! Хотя, могли бы спросить, а не нападать на первого встречного.

— Ты очень похож, — парировал старик.

— Серьёзно? Может, ты приглядишься повнимательнее? Обгоревшие ялийские одежды, необычный меч, лук…

— Человек, — продолжил мой список старик, видимо, ведя в совершенно противоположную сторону. — С оружием, снятым с яла и такой же одеждой.

— Пт-сех, железная, блин, логика.

Пока мы разговаривали, с крыш слезли бойцы и окружили нас, но оружия ни у кого в руках не было. Старик пошёл по улице, а я за ним. Окружившие нас без вопросов и предложений расступились, а потом разошлись по своим делам. Неизвестно, зачем вообще собрались. Хотя вполне возможно, старик вместе с каждым мысленно пообщался и обьяснил, что да как.

— И что же, Жидкая Смерть сделала меня таким уж неуязвимым? — Спросил я, не обращая внимания ни на кого.

— Нет. Но она не выбирает пиратов. Никогда не выбирала. Ей нужен сильный духом и чистый помыслами. Я знаю только троих человек, кому принадлежат подобные вещи.

— Ну, получается, теперь четверых.

— Нет, только троих. Тебя и ещё.

— А остальные? — Поинтересовался я.

— Зачем ты пожаловал? — спросил он, не обратив внимания на мой, в общем-то, риторический вопрос.

— Дело есть, но не к вам, а к драконам. Пропустите?

— Нет, — сказал он, сбив меня с толку.

— То есть, как это «нет»? — не привык я слышать отказ, а надо бы. Не пуп Давуриона, конечно, но, как минимум Гнису!

— Людям нельзя там появляться! Пока никто к драконам не идёт, они не нарушают старый договор, но стоит хоть одному, будет то человек, марн или ял, ступить на их земли, неминуемо начнётся война.

— По-моему, вы преувеличиваете.

— Мы не просто так здесь стоим. Охранять мир — большая ответственность. Кем бы ты ни был, пропустить тебя я не могу.

— Потрясающе! Ладно, кому какое дело до Гнису, которого почти вернули с того света эти чешуйчатые?

— Что ты сказал? — старик даже остановился.

— Да какая теперь разница? — махнул я рукой. — Отнесли и отнесли, только шуму в Крислеме наделали.

— Просто так они это не сделали бы, — задумчиво произнёс старик. — Возможно, я зря отказываю тебе.