Страница 13 из 85
Влад вошёл в большую комнату. В ней ничего не изменилось. Было всё узнаваемо и родное. Всё та же чистота и уют. Но, когда он прошёл в маленькую комнату, в которой раньше обитал, то понял, что в ней что — то не так. Внешне было всё тоже. Та же мебель, те же шторы на окне, то же покрывало на кровати. И всё же что-то не так?
«Эта комната видно осиротела. — Подумал он. — Но, что же изменилось?» — Влад задавал себе этот вопрос и медленно осматривал свою бывшую комнату. Вроде всё без изменений. Но тут его взор упал на стену, возле которой стояла его кровать, и брови сами собой поползли вверх от удивления. Вся стена возле его кровати была оклеена фотографиями различных спортсменов. Собирать эту коллекцию Влад начал ещё в школе и очень ею гордился.
Так вот, самые низкие фотографии спортсменов были разрисованы цветными карандашами!!! Одному спортсмену были нарисованы большие, но кривые, пышные зелёные усы. Лицо другого спортсмена было раскрашено в синий цвет, а уши — в оранжевый. На лицах других спортсменов сочетаний нанесённых на них красок, просто не поддавалось описанию и здравому смыслу.
То, что это было сделано его мамой, Влад полностью отвергнул. Здесь чувствовалась рука молодого художника, который ещё только ищет свой путь в живописи.
«Интересно, откуда взялось это молодое и наглое дарование?» — Подумал Влад и опустился на свою бывшую кровать. Но, лишь он облокотился на одну из подушек, как она запищала. Влад поднял подушку. Под ней лежал маленький плюшевый медвежонок. Он взял его в руки и нажал игрушке на живот. Медвежонок снова пискливо заворчал.
— Так, так… — Непонятно зачем, сказал он вслух.
В комнату вошла Катерина Васильевна и, заметив медвежонка в руках у сына, радостно воскликнула:
— А я-то всё кругом перерыла. Никак не могла найти его. Где ты его нашёл?
Не отвечая ей на вопрос, Влад спросил.
— Мать, признавайся! У меня что, появился братик маленький или сестричка?
Щеки Катерины Васильевны вспыхнули.
— Да ты, что говоришь-то, Володька?!
— Тогда откуда всё это? — Спросил Влад и обвёл рукою настенное художество.
— Я не поверю, что всё это сделала ты от скуки. Здесь чувствуется рука мастера настенной дворовой росписи. Ну, признавайся? Что, грехи молодости? Да или нет?!
Но Владу пришлось выскочить в другую комнату, чтобы избежать удара полотенцем по спине. Когда в большую комнату, следом за ним торопясь вошла его мама, он уже сидел на диване и рассматривал игрушку.
— Или ты говоришь мне правду, или я беру медвежонка с собой. — Заявил он.
— Да рассказывать то нечего. — Ответила Катерина Васильевна и села рядом с ним на диван. Она взяла в руки медвежонка и продолжила. — Сердце что-то прихватило прямо на улице. Ели до скамейки дошла. Там одна девушка сидела. Она мне помогла. Дала таблетку и домой проводила. Хорошая девушка. Это было месяц назад. На следующий день она проводила меня в поликлинику. Я не хотела. Она настояла. Так мы и сдружились…
Катерина Васильевна немного помолчала и продолжила.
— Случилось у неё что-то в жизни. Я не спрашивала, но чувствую. Глаза у неё красивые. но какие то потухшие. Одна воспитывает сынишку. И как раз вчера они были у меня в гостях. Пока мы с ней окна мыли, мальчик один развлекался. А, стали домой собираться, хватились, а медвежонок пропал. Искали, искали… Всё напрасно. Так они со слезами и ушли. Где хоть ты его нашёл?
Владу стало стыдно. Он совершенно забыл про свою мать. Он ведь знал, что она болеет и боится высоты, поэтому не может сама мыть окна. Они всегда мыли вдвоём. И прошли все сроки мытья окон, а Влад о них и не вспомнил.
— Мама, ты прости нас со Светланой. Сама понимаешь — забыли, но больше этого не повторится. Я совершенно замотался и забыл про окна. — Влад взял её руки в свои и нежно поцеловал.
— Да ты что, сынок, я ж понимаю и не сержусь. Я ведь тоже про них забыла. А девушка, не успела войти, как тут же решила их помыть. Я даже не просила. Она сама всё решила и не хотела слушать никаких отговорок. Очень хорошая девушка… Вот только в жизни ей не повезло. Ну, да ничего. Она ещё молодая и красивая и найдёт своё счастье. А может, у тебя, сынок, есть на примете какой-нибудь хороший парень, который бы не был против её сына? Я с радостью их бы познакомила. — В глазах женщины заиграли радостные искорки, до боли знакомые Владу.
— Нет у меня таких знакомых парней, если только самому ещё раз не решиться на новый брак.
Катерина Васильевна вздрогнула, но не подала вида, что услышала. Она поднялась и направилась в кухню. Через минуты до Влада донеслось её приглашение.
— Иди ужинать. У меня всё готово.
Влад оставил медвежонка лежать на диване и отправился на кухню.
— Мама, я останусь у тебя на ночь? — Спросил он мать, когда она уже мыла грязную посуду.
— Что-нибудь случилось, Володя?
— Не спрашивай, я ещё сам ничего не понимаю.
— А пора бы уж. Совсем большой стал… — вздох матери был тяжёлым.
Влад любил свою маму. Она никогда не задавала лишних вопросов и никогда не мучила его материнскими лекциями о жизни, любви, долге. Она ему доверяла. И это доверие Влад берёг. Она понимала его без лишних слов и была готова всегда ему помочь.
Влад понял, что она догадалась о его разногласиях с женой, но не решалась спросить. Но он сам решил всё рассказать и тем самым облегчить себе душу.
Час спустя, они сидели вместе на диване и смотрели телевизор.
Каждый «переживал» услышанное и рассказанное. Было ясно, что пока надо помолчать и подумать. Влад не знал, что ему дальше делать, а Катерина Васильевна — чем ему помочь.
Вдруг звонок входной двери нарушил их молчание. Влад пошёл открывать дверь. На пороге стояла Светлана.
Не хотелось вспоминать, что было дальше. Он смалодушничал и вновь «пошёл на поводу» у Светланы. Или может он её пожалел за испуганный взгляд, слёзы…
И вот прошла ночь. Наступило утро. Часы показывали семь. Влад проснулся в своей кровати, и рядом была Светлана. Всё было так же, как и каждый день в течение двух месяцев.
И он понял, что все его мысли о «новой жизни» разобьюсь вдребезги о стену непонимания Светланы и её отца. Возможно, на его стороне будет Дарья Михайловна, но она такой слабый помощник, что рассчитывать на неё не стоит. Всё показалось вновь безвыходным, и он невольно вздохнул.
— Ты уже проснулся, милый?
Влад не ответил.
— Мы больше не будем ссориться, ладно? — Спросила Светлана и нежно поцеловала мужа.
Муж молчал и смотрел на жену. Жена продолжила.
— Володя, ты меня любишь? Любишь? Ведь правда?
Влада это удивило. И тут вдруг он понял, что она ему будет уступать только в постели, а больше нигде. Светлана была упряма. И как он раньше этого не замечал? Наверное, был ослеплён любовью. Через любовь он и решил действовать.
— Конечно, люблю, — усмехнулся он, — но буду любить ещё сильней, если мы будем жить отдельно от родителей.
Он обнял Светлану, но та уперлась руками ему в грудь. — Ты опять про тоже самое. Ну, сколько можно об этом говорит?
Освободившись из объятий мужа, Светлана встала, одела пеньюар и подошла к зеркалу.
На миг Влад забыл, что хотел сказать, увидя её красоту. Она заметила его взгляд через зеркало и поняла свою силу. Светлана взяла расчёску в руки и начала «представление».
Влад смотрел на «демонстрацию красивого тела» своей жены и удивлялся тому, что это перестало действовать на него гипнотически, как было раньше. Нет, конечно, желания они вызывали (Влад был нормальным мужчиной), а вот душевного порыва — нет. Это его пугало.