Страница 11 из 149
Больше не смогла записать. Пальцы упрямо барабанили по столу, а вторая рука застыла над цифровой панелью. Мысли были как поток реки, который бурлил вешней водой с гор. Быстрее и быстрее они неслись в голове, но не хотели формироваться во фразы, цитаты, диалоги, наконец, абзацы. Кажется, писать дневник было не очень удачной затеей. Плохой из меня выходил летописец, если за время пребывания на корабле едва написала страницу. Хотя, и писать было не о чем.
Советник императрицы, Мир, не затронул моего сердца. Пусть его история вызывала печаль, зато фигура дарила отвращение, смешанное с жалостью. Оказалось, что аны не могут отсекать крылья, а если происходит, то моральная рана остается на всю жизнь. Однако я не считала «оп» выходом – даже как обезболивающее или снотворное. Оп был для меня очередным наркотиком вызывающим привыкание. Возможно, Мир имел положение при дворе, но наркоман даже в центре галактики наркоман. Поэтому я решила отложить наши беседы на неопределенный срок, тем более всё сводилось к одному, когда разум Мира был менее чист.
Неожиданно хранителем моего тела стал второй советник Беркута, Звенящая Цепь. Свободный считал, если оставит нас тет-а-тет, то случится беда. Мир, не был героем, но чтобы перейти через закон – это было слишком для аны. Мнение я оставила в мыслях. Все люди знали, какими бывают воины планеты воды. Портить отношения было неразумно. И главное, каждое слово, сказанное в открытом космосе, могло стоить жизни. Итак, сначала присутствие каннибала вызывало легкую панику, но стоило нам немного побеседовать, я пришла к мнению – что внешность и внутренний мир вещи разные. Пусть свободный был необразован: читал с трудом, языки давались ему хуже, чем другим обитателям космомира, зато рассказал много хороших советов про Горис.
Мирян на Горисе не любили. Нас часто путали с монахами и ведущими пропаганду религий. Это было равносильно перепутать мула с породистым конем. Единственное, что нас связывало с блюстителями моральных ценностей – клятва безбрачия. В остальном наши пути расходились. Горцы так не считали. В их глазах мирянин был скучной фигурой, готовой постоянно вести диалоги на темы «не денежные». К нам относились с презрением даже насмешкой. Были случаи, когда в «мирного» кидали тухлые продукты.
Кислый запах в одежде можно потерпеть, если вспомнить, то, что после программы отбора, осталось много вопросов. Например, я до сих пор не получила весточки от своего брата Бека…
О, Соломея, Бек! Как он? Что с ним? Кто его ведет? Какой путь у него?
При нашей последней встрече все сложилось дурно. Попрощаться нам не дали.
С братом все будет хорошо – вот слова утешения, но после того, что сделала я, он мог умереть. С иной стороны, знамения богов были не просты. Перед глазами открылся простой и одновременно ужасный путь, а знаки игнорировать было глупо.
Машину слегка подбросило, металлический стул, на котором сидела, качнулся в бок – это весточка о прибытии на планету сладостей. Стыковка корабля прошла успешно и через несколько минут в дверь постучит Звенящая Цепь. Воин не любит, когда нужно ждать. Я должна быть готова, значит, стоит надеть на голову черный мун, небрежно поправить складки платья. Еще подумала выпить воды, но решила оставить затею. Вспомнила курс о планете Горисе. Экипаж не пришлют, идти придется пешком.
И все-таки, как быстро мы добрались до цели. А может, это я увлеклась размышлениями, поэтому не заметила, как космический корабль миновал пограничный пост? Неважно. Главное, что холодное приветствие Гориса встречу с честью.
— Плохо, что не стала закрывать лицо.
В дверях стоял Звенящая Цепь.
— Простите. Сейчас все сделаю.
— Некогда, Ая с Земли, пора.
Покидать синие стены комнаты не хотелось – не хотелось выходить на улицы с белоснежной кладкой, с белыми домами похожими на старые постройки Земли во времена древнего Рима. Было неприятно смотреть на яркие краски в одежде жителей, замысловатые прически, похожие не на волосы, а на какие-то «вавилонские башни». Ведь, морально я готовила себя к земле воды. Даже присутствие моего временного телохранителя не радовало, а пугало.
Горис вдохновил, но одновременно разочаровал.
Не было тухлых продуктов брошенных в лицо, не было косых взглядов, осталось безразличие. Иногда на пути встречались золотые стражники, одетые в тяжелые доспехи. Они придерживали зеленые пальцы у рукояти оружия, когда видели широкую фигуру Звенящей Цепи, а при виде мирянина отворачивали лица.
Однако стоило нам приблизиться к тяжелым, белым колоннам Дворца Обитаемых Миров, с нами произошел случай, который испортил все.
Торговец радостями, поймав меня за рукав, спросил:
— Сколько?
— Одежда не продается, — ответила я.
— Спрашиваю воина: сколько стоит твоя дева любви?
— Она мирянин, — холодно ответил Звенящая Цепь, — мы торопимся.
— Я знаю, — зеленое лицо, покрылось морщинами, когда горец улыбнулся, — дорого заплачу. Радужные девушки ценятся. Могу пристроить ее к господину, будет только его наложницей. Сколько? Мешочек золота – это сто золотых. Желтые камни в моде на Горис.