Страница 15 из 17
Виктория попробовала варенье.
— Надо же, варенье из лепестков роз! Никогда раньше не пробовала! И чай так вкусно пахнет!
— Нравится? Замечу, что варенье только из лепестков белых роз, а чай я всегда чабрец добавляю.
— Нравится! Но вы мне хотели письмо отдать, — напомнила Виктория.
— Конечно, вот ваше письмо, — Валентина Константиновна, достала из кармана халата конверт и положила на стол. — Только, чур, сначала — чай!
— Хорошо, — согласилась Виктория, хотя от любопытства она изнывала больше, чем от жажды.
Пока пили чай, хозяйка рассказала о себе. Виктория узнала, что в этом доме живет она одна. Сама ухаживает и за садом, и за домом.
— И траву косите сама?
— Могу и сама, но есть добрые люди, помогают. Вот этот раз зять косил. Дочь-то моя в соседней области живет. Все время зовет к себе, но переезжать из своего дома не хочу. Говорю им, чтобы сами приезжали и внучек привозили. Вот целый месяц гостили, меня развлекали. Только на прошлой неделе уехали.
— В общем, не скучаете?
— Не получается у меня скучать. Дел всегда хватает и летом и зимой. А дела переделаю — телевизор вот смотрю. Видеомагнитофон есть и фильмы всякие. Романы читаю. И еще в городе живет моя родная сестра, но…
Валентина Константиновна не договорила. По ее изменившейся интонации можно было догадаться, что с сестрой отношения неважные.
Виктория ограничилась тем, что рассказала о предстоящем ремонте в доме.
— Не знаю, правда, буду я в нем жить или нет.
— Будете вы здесь жить или нет, все равно приезжайте ко мне в гости, я всегда буду рада вас видеть!
Хозяйка вспомнила о своем обещании приготовить траву для компресса, поднялась с места.
— Я сейчас вернусь, а вы пока письмо почитайте.
В конверте никакого письма не оказалось. Бумага, которую Валентина Константиновна посчитала письмом, оказалась завещанием.
Растерянно посмотрев на вернувшуюся хозяйку, Виктория протянула ей развернутый листок.
— Вот, прочитайте, пожалуйста!
Завещание было составлено месяц назад Надеждой Антиповной Минаевой на имя Бориса Николаевича Тишкова. «Как раз в то время, когда я приезжала в Вавиловку, — Виктория подсчитала в уме числа, — получается, что на следующий день!»
— Значит, у меня теперь законный новый сосед, — прочитав документ, ответила Валентина Константиновна.
На этом сюрпризы не закончились: следом за завещанием Виктория извлекла из конверта паспорт. Как она сразу и предположила, паспорт принадлежал Борису.
— Ничего не пойму, — Виктория полистала страницы, — а где же сам Борис?
— На похоронах я его не видела, — стала вспоминать Валентина Константиновна, — но я подумала, что он где-нибудь поблизости.
— А почему вы так подумали?
— Так велосипед его возле дома стоял. Потом кто-то закатил его обратно в коридор.
— Велосипед Бориса?
— Да, новенький. Я еще подумала, что Боре его купила тетя Надя. Уж очень она его любила!
— А самого Бориса вы вчера не видели?
— Не только вчера, я его вообще давно не видела! — проговорив это, она, похоже, и сама удивилась, что давно не видела Бориса.
— А мать его — была вчера?
— Была, а как же! Только на удивление молчала все время.
— Да, я знаю, что они с бабушкой Надей друг друга недолюбливали. При мне мать Бориса ругаться прибегала.
Виктория замолчала, обдумывая услышанную новость. Допила остывший чай.
— Валентина Константиновна, а из родственников, что — никого не было?
— Почему не было? Был сын со своей дочкой, но сразу после поминок они уехали в город. А сегодня на кладбище утром завтрак привозили.
— Завтрак? Ах, да, на могилку, — вспомнила Виктория обычай. — А кто им сообщил? Ну, позвонил кто или телеграмму отправил?
— Об этом я не знаю. Говорили только, что утром приехал сын, а после обеда внучка. Вечером того же дня тетя Надя умерла. Мы подумали, что она сама их и вызвала, когда плохо себя почувствовала.
— Да, конечно, — задумчиво согласилась Виктория, — скорее всего, так и было.
Поблагодарив гостеприимную хозяйку и пригласив ее к себе, в гости, она стала прощаться.
— А то таксист меня уже заждался, да и вас своих дел, наверное, хватает.
— Ой, совсем забыла! — всплеснула руками Валентина Константиновна, — не уходите, я сейчас!
Она снова вышла и сразу же вернулась обратно.
— Возьмите этот ключ и передайте Борису.
Виктория, стараясь не выдать охватившее ее волнение, взяла ключ.
— От дома?
— Да, его мне отдала внучка тетя Нади. Милая такая девушка, приветливая. Сказала, чтобы передала Борису. Я же сейчас подумала, что раз тетя Надя завещание в письме вместе с паспортом вам передала, то и ключ пусть у вас будет, правильно?
— Правильно, — согласилась Виктория, — вот вы, Валентина Константиновна, сказали, что внучка — милая девушка. Она что — молодая очень?
— Ну, не такая, как вы, конечно, но лет около сорока. Не забывайте, что я уже пенсионерка, и для меня все вы — девушки, очень молодые и красивые!
Расспросив, как найти дом, где живет мать Бориса, Виктория распрощалась с гостеприимной хозяйкой.
К машине она возвращалась той же дорогой, попутно ругая себя, за то, что и вчера на похороны не попала и сегодня проспала до обеда. «Приехала бы пораньше, встретилась бы с сыном Надежды и с ее внучкой. Глядишь, что-нибудь и узнала бы! Хотя, главное все равно не узнала бы! — Ключ от дома Надежды жег ногу через спортивные штаны, но воспользоваться им она не решилась.