Страница 98 из 117
- Да ты тиран!
- Будешь голой ходить мне на радость, - шепнул он ей на ушко, подхватил девчонку на руки и потащил наверх.
И снова ее руки обнимают крепкую мужскую шею, и снова дрожит под его телом трепетное дитя солнца и полей. Она никак не привыкнет к его напористости в такие минуты – всегда сдержанный, рассудительный, он словно превращался в иного человека – жадного, неуемного фанатика. Одержимы. Оба. До боли во всем теле, до невозможности больше жить вдали друг от друга. Тереза цепляется за его плечи, тянется за спасительным теплом мягких властных его губ – он охотно дарит желанный для обоих поцелуй, спеша опять забыться, раствориться в любимой. Нет, никогда Эмелин не встать рядом с Терезой, никогда не утолить ей той тоски, что гложет душу, убивает, когда малышки нет рядом. Только не гони меня, только не отпускай, только будь всегда рядом и мы со всем справимся… Нечеловеческая, животная страсть утихает, уступая неторопливой нежности – он скользит по ее телу, зацеловывая красноватые пятна от своих неосторожных прикосновений. Она улыбается. Чуть порозовев от смущения и маленького девичьего счастья. Она еще не знает – он уедет скоро, а когда вернется, взвоет раненым зверем… Она ничего не знает и не хочет даже думать, что за минуты счастья придется заплатить огромную цену. Они оба не хотят об этом думать. Как-нибудь справятся, как-нибудь отвоюют у судьбы право на свою запретную любовь.
- Я хочу, чтоб так было всегда, я не хочу возвращаться домой и видеть Эмелин, я хочу жить с тобой, - с болью в голосе проговорил Ренард, устраиваясь на животе обессилевшей девушки.
Отчаяние, беспросветность. Никто не поможет, никто не разрубит связавшийся узел. И от жены никуда не деться, и девчонку к себе не забрать. Хоть плачь, хоть волком вой, хоть от короны отказывайся.
- И мы заведем корову, Ваше Величество, – тихо проговорила Тереза, гладя плечо возлюбленного. – А лучше две. Они, конечно же, сожрут все цветы в нашем саду, но зато я буду с утра поить Вас свежим парным молоком! Хотя нет, мы сделаем по-другому! Для начала я научу Вас доить корову, и молока в постель принесете мне Вы! Впрочем, пока Вы будете бегать за этой бедной коровой, я вполне успею испечь Вам свежий хлеб! Я накормлю своего героя хлебом с молоком, а на обед затушу Вам мяса с овощами – это вкусно, правда! Потом Вы научитесь косить траву, сеять пшеницу, молоть зерно и многому всякому другому… А потом Вы от меня сбежите в свой дворец. Ренард, так нельзя, надо с этим что-то делать. Оттого, что мы сейчас счастливы, будущее у нас не появится, и чем раньше мы это поймем, тем будет лучше.
- Что ты предлагаешь?
- Это все неправильно. Нам вместе быть нельзя, мы сходим с ума. Ты должен меня отпустить.
- Я запрещаю тебе даже думать об этом – уйти я тебе не дам. Хорошо, не хочешь учить меня доить свою корову, значит… Я заберу тебя к себе во Дворец. И мне плевать, что на это скажут другие.
- Я буду рада прислуживать Вам, Ваше Величество!
- Ну почему сразу прислуживать? Я просто хочу, чтобы ты была рядом!
- Ну а что я там буду делать тогда?
- Ты будешь со мной – разве этого мало? Ну а на время, пока я буду вершить судьбы своего народа, найдем тебе какое-нибудь развлечение.
- Но я не привыкла к развлечениям, мне это быстро надоест, и ровно через неделю я сойду с ума от скуки! Хотя нет, одно развлечение у меня точно останется – прятаться от Вашей супруги! Отпусти меня, Ренард… Ни к чему хорошему это не приведет. Мы не должны идти на поводу у нашей похоти…
- Но мы-то с тобой знаем, что это не просто похоть, малышка.
- Сейчас это неважно, это – грех, Ренард!
- Разве любовь может быть грехом?
- Получается, что может. Пока мы здесь, твоя жена страдает – женщины ведь всегда чувствуют измену, подрастет твой сын – и тоже будет страдать, оттого что его родители не вместе. Страдать будешь ты – потому что будешь все время разрываться между ними и мной. Страдать буду я – потому что не хочу красть у жены мужа, а у ребенка отца, но получается, что краду! Нагло, средь бела дня! Так что же это, если не грех?
- Тереза, что нам делать?
- Я не знаю… Я не знаю, любимый мой…
- Сегодня вечером я уеду, меня не будет несколько дней, а я уже начинаю тосковать по тебе.
- Уедешь?
- Да. Просили помочь в одном деле, отказать не могу – на кону жизнь человека.
- Поезжай. А я буду ждать тебя. Очень.
- А я буду спешить к тебе, малышка.
***
- Сегодня ночью он перевез девушку в дом неподалеку отсюда, - спешил доложить Жак королеве.
- Сегодня вечером он уедет, - тихо проговорила Эмелин. – Ее охраняют?
- Пока нет. Но думаю, это ненадолго.
- Сегодня. Вы покажете мне этот дом?
- Сегодня? Ваше Величество, я… Сегодня не получится.
- Почему?
- Видите ли, мне нужно… В общем, тут такое дело, - замялся Жак, опустив глаза.
- Вы отказываетесь мне помочь?
- Нет-нет, что Вы, Ваше Величество! Просто сегодня я действительно не смогу, но я дам Вам своих людей, им можно доверять!
- У Вас даже есть «свои» люди? – усмехнулась Эмелин, едва ли не с презрением глядя на подстрекателя, решившего отступить в тот самый момент, когда она сама уже готова встретиться с Терезой.
- Это мои друзья. Они не подведут, я ручаюсь за них! Они сделают все, что Вы прикажете! Им за честь будет помочь Вам в столь благом для всех нас деле!
- Да черт с Вами, - безразлично отмахнулась девушка. – Все, что требуется от вас – показать мне дом. Только предупредите своих друзей, что если они не удержат язык за зубами, мне придется…