Страница 78 из 117
- Не гневайтесь, Ваше Величество. Я действую исключительно в целях спокойствия Вашего Семейства и нас, простых людей. Вам хорошо – нам хорошо. Вам будет плохо – мы первые пострадаем. Впрочем, решать Вам, Ваше Величество, - проговорил мужчина. – С Вашего позволения я оставлю Вас. Простите, что в этот светлый праздничный день пришлось говорить Вам все это.
Он откланялся и поспешил к лестнице, оставляя Эмелин наедине со своей болью. Девушка подошла к балюстраде и вцепилась в холодный камень – а может, не так уж и не прав чудак-торговец? А может действительно, давно пора одним разом разрешить надоевшую проблему?
- Стойте, - спохватилась Эмелин. – Я не отпускала Вас. Я могу надеяться на Вашу помощь, Жан?
- Жак, - поправил мужчина и тут же устремился к королеве, всем видом показывая, что уж ради нее-то и спокойствия в венценосном семействе он что угодно сделает! – Я всегда к Вашим услугам, Ваше Величество! Рад служить. Вы хотите, чтобы я избавил Вас от этой девушки?
- Вы точно спятили! Во-первых, о своих «убийственных планах» говорите потише, если не желаете сами расстаться с жизнью в расцвете сил и лет. Во-вторых, еще немного, и я заподозрю Вас в садизме. В-третьих, раз уж Вы в курсе всех событий и так ратуете за покой в моей семье, я готова Вам заплатить за одну маленькую услугу. Пойдемте, я объясню Вам, что нужно сделать.
***
Лучи золотого солнца залили цветущую поляну, не забыв обласкать и утомленную, но счастливую парочку. Тереза лежала на груди Ренарда и, чуть улыбаясь, внимательно разглядывала его лицо.
- Не жалеешь? – спросил Ренард, нащупав под густой травой хрупкую девичью ладошку.
Тереза лишь упрямо покачала головой.
- А ты?
- Я поступил довольно подло и цинично.
- Прекрати!
- Но знаешь… нет, совсем не жалею! – рассмеялся мужчина. – Я счастлив, что наконец-то рядом – ты. Ты не представляешь, как мне тебя не хватало все это время. Только теперь даже не надейся сбежать от меня.
- Не отпустишь – не убегу, - маленькая бестия улыбнулась и потянулась к его губам.
- Слушай, малышка, а давай я сам подберу тебе мужа, а? Какого-нибудь графа – станешь графиней…
- Спать с графиней приятней, чем с безродной девкой?
- Дурашка! Выйдешь замуж, и никто не посмеет о тебе слова плохого сказать.
- Но я теперь незавидная невеста, - улыбнулась девушка, припоминая ему его же слова. – Позор на мне. Кому я нужна теперь?
- Глупышка! Мне вот нужна. Со мною ты и будешь. Ну а чтобы слухов не было, найдем тебе мужа, я прикажу – женится. Только не обессудь, найду тебе самого старого, страшного и немощного, чтоб даже не думал посягать на тебя!
- А страшного-то зачем?
- Ну как зачем? Чтоб ты вдруг не влюбилась, - вздохнул Ренард.
- Глупенький, - улыбнулась Тереза. – Ни в кого я уже не влюблюсь. И не смей никого ко мне подсылать. Я не пойду замуж ни за молодого, ни за старого. Ни за красавца, ни за чудовище. И мне плевать, что на это скажут люди – мне важно только то, что думаешь ты. Но ты же не осудишь меня за мою несчастную любовь?
Он обнял ее, и так тихо стало, так спокойно. Привкус мимолетного, внезапного счастья витал в воздухе, уносясь к белоснежным облакам, но чувство тоски не спешило покидать обнявшуюся парочку – сегодня они счастливы, но что будет завтра?
- Ну не грусти, все будет хорошо, - попытался подбодрить Ренард, заметив в любимых глазах печаль. – Я обещаю тебе, малышка, все будет хорошо.
- Да не будет, Ренард, - с горечью ответила Тереза. – Наши миры слишком разные. И если б я тогда знала, кто ты, уверяю, я б никогда не позволила себе приблизиться к тебе.
- Да что ж за проклятье-то такое! Тереза, я обычный человек, такой же, как и все! Руки, ноги, голова! Какие миры? То, что мне дано чуть больше власти, не делает меня каким-то особенным – когда же ты это поймешь? Я, как и все, мечтаю любить, страдать, бегать босиком по траве… Я живой человек, малышка!
- Да, живой. И все же особенный. Ты король, Ренард, и безродная деревенская девушка тебе не пара.
- А если эта безродная деревенская девушка – единственное, что есть хорошего в жизни короля?
- Ну как ты себе представляешь нас вместе? Да тебя же засмеют, Ренард!
- Ну и пусть смеются, мне плевать. Ты – моя любимая женщина. Тереза, поверь, быть королем не просто и совсем не радостно. И не смей меня лишать радости хотя бы иногда просто видеться с тобой. Не гони меня, малышка, я не приказываю – я прошу тебя.
- Это всего лишь красивые слова, Ренард. А на деле ты – чужой муж, и сегодня год твоему сыну.
Ренард резко подскочил и сел рядом. «Муж… Сын…» Увы, кроме горькой усмешки эти слова ничего не вызывают. Ренард помрачнел при одном упоминании ребенка, но посвящать Терезу в дебри своей так называемой семейной жизни совсем не желал – не самая приятная тема, да и зачем ей знать все грязные подробности.
Девушка опешила, заметив резкую перемену – что она не так сказала?
- Муж я формальный, с Эмелин у нас ничего нет, и никогда уже не будет, - отрезал Ренард, возвращая Терезу в свои объятия.
- Это из-за меня? Ренард, я не хочу…
- Нет. Ты здесь не при чем. В этом виноваты только я и Эмелин, и давай не будем больше к этому возвращаться. А что касается сына… Знаешь, если б мне его родила ты, я был бы в тысячу раз счастливей. Да. И мы бы назвали его Этьеном.
- Почему именно Этьеном?
- Этьен означает корона.
- Подходящее имя для сына крестьянки, - усмехнулась Тереза.