Страница 28 из 118
Душный трясущийся автобус везет меня домой. Нет, не в то место, где все когда-то началось, а в то, где все закончится. В портовых бараках. Я должна поговорить с Люси и оставить ей деньги, их хватит для того, чтобы Хьюстон увез сестру в город и чтобы я добралась до острова – большего и не надо.
А еще я хочу врезать Майку, если он будет там, в чем я глубоко сомневаюсь. Скорее всего, он получил свою выручку и больше никогда не вернется к беспризорникам. Он больше никогда не заговорит с такими, как мы.
И еще мне так хочется увидеть Серого. Мне хочется рассказать ему о том, что со мной произошло, о том, что я выжила вопреки всему и теперь отправляюсь в путешествие. Пришло время разгадать старые тайны, вскрыть трухлявые шкафы и вытащить из них полусгнившие скелеты.
Когда я выхожу из автобуса, становится уже слишком жарко. От беспощадного солнца нагревается голова и капельки пота проступают на лбу. Я стягиваю с себя толстовку и остаюсь в огромной серой футболке Адриана.
Плетусь по знакомой дороге. Она выводит меня прямиком на свалку, и в нос яростно ударяет вонь, которую я не замечала вот уже несколько лет. Мне становится противно. Стыдно признаться в этом месту, приютившему меня, но меня передергивает. Я останавливаюсь здесь, перескакивая взглядом с одной горы мусора на другую, и думаю о том, хочу ли возвращаться сюда. Хочу ли начинать все сначала.
Нет.
Попав в цивилизованное общество однажды, ты уже не можешь его забыть. Поэтому я ползу в бараки, только чтобы поговорить с Люси и Хьюстоном, чтобы попрощаться с детьми и помочь им всем, что в моих силах. Моя инициация прошла раньше, чем совершеннолетие. Но теперь-то мне уж точно не быть прежним ребенком.
Я знаю, что уже поздно, и скорее всего, все в порту, на работе. Спускаюсь в бараки и хожу по полутемным помещениям. Сначала иду в свою комнатку и перерываю коробку с вещами. Осталось совсем немного. Может, Майк сказал им, что меня убили. Или что я сбежала. Или придумал еще какую-нибудь чушь. Во всяком случае, здесь нет большей части моих вещей, и дневника тоже нет. Я практически уверена, что его забрала Люси.
Опускаюсь на гору матрасов и закрываю лицо руками. Вроде бы все просто. Вроде бы не о чем переживать, это место осталось в прошлом, моем прошлом, но вот дышать я не могу. Комок застревает в горле, и я делаю несколько надрывных вдохов. Не могу плакать. Не могу кричать. Меня трясет. Как бы жарко ни было здесь, меня бьет озноб и хочется закутаться в несколько одеял. Я расправляю толстовку, накидываю ее себе на плечи и завязываю рукава на шее. Как плащ супергероя, только нет у меня никакой сверхчеловеческой силы.
Делаю несколько глубоких вдохов-выдохов и поднимаюсь на ноги. В последний раз оглядываю свою каморку и быстро выхожу из нее: прощание и так получилось слишком долгим.
Захожу в каждую комнатку по очереди. Останавливаюсь взглядом на кровати Люси и удивляюсь тому, что даже здесь моего дневника нет. Хмурюсь, но быстро забываю об этом, поворачиваясь и глядя в другую часть комнаты.
Встаю в дверях, как вкопанная, потому что на кровати Хьюстона творится хаос.
Одеяла и простыни, какая-то одежда… все разбросано по полу. Коробка с книгами лежит на боку. Я не могу дышать. Это неправильно. Такого никогда не было.
Что-то тянет меня отсюда, выталкивает из комнаты, как неверный полюс магнита. Подчиняюсь ему, подчиняюсь, потому что животный инстинкт приказывает бежать.
Я выскакиваю из бараков в сторону свалки и едва удерживаюсь на ногах, когда яркий солнечный свет режет по моим глазам. Крепко зажмуриваюсь и хватаюсь за голову.
Неправильно, все неправильно.
Снова становится слишком жарко. Медленно плетусь в сторону порта и не могу унять дрожь во всем теле. Страх разъедает всю меня.
Работники порта с недоверием косятся на меня, застывшую в воротах. Они поспешно опускают взгляды и делают вид, будто меня не существует и никогда не существовало.
Я тоже пытаюсь сделать такой вид.
Иду в тот сектор, где работает Серый, но не нахожу его там.
– Извините, – поворачиваюсь к мужчине, что часто работал с ним рядом. – Серый здесь?
Он пронзает меня взглядом, отмахивается и быстро уходит, даже не оглядываясь. Я застываю, пригвожденная к месту и обвожу взглядом толпу, перескакивая им с одного лица на другое.
Я иду туда, где работают Хьюстон, Чак и Черри, на огромный склад с грузом, но и их не нахожу там.
В высшей точке отчаяния я бегу туда, где Люси подрабатывала уборщицей.
– Вы помните девочку? – умоляюще смотрю на женщину, что стоит со шваброй. – Золотистые волосы, веснушки, двенадцать лет…
Женщина неохотно кивает.
– Она была сегодня?
– Не было вашей девочки, – ворчливо отмахивается она, – ее с неделю уже нет. Разругались, что ли?
Меня трясет, я не могу выдавить из себя ни слова.
– Иди-ка ты отсюда, – серьезно говорит женщина, – не мешай работать.
Я молча плетусь к выходу, прохожу через ворота, покидая порт.