Страница 78 из 106
– Как же так? Он ведь напал на тебя. Обидел, толкнул, ты упала.
– Горус, как ты меня напугал, – обнимая его за талию, прижимаясь к его груди щекой и пытаясь унять испуганное сердцебиение, сказал я. – Он не хотел ни обидеть меня, ни толкнуть, я упала из-за досадной случайности. Но у нас нельзя убивать, даже если у тебя есть веские мотивы. Иначе, тебя, в лучшем случае выгонят, а в худшем, учитывая, что ты орк – убьют.
– Но как же тогда защитить свою женщину, добиться справедливости или восстановить своё право? – на его лице появилось беспомощное выражение.
– Для этого есть суд Совета Старейшин. Пойдём отсюда, я объясню тебе это подробнее, – взяв его за руку и стараясь успокоить его и успокоиться самой, сказала я.
– Душа моя, я никогда не сумею это понять, – теперь, его лицо исказила гримаса отчаяния.
– Горус, ты же сильный и умный, ты справишься, - постаралась я придать ему уверенности.
– Сокровище моё, – услышала я за спиной ироничный и злой голос Лазарэля. – Глазам своим не верю! Что это значит?! Ты – и рядом с тобой грязный, вонючий, дикий орк! И такая трепетная забота друг о друге. Вас связывает что-то личное? С каких пор ты стала любительницей извращений?
Предупреждающе сжав ладонь Горуса, я обернулась и, увидев, как Лазарэль потирает свою пострадавшую шею, разглядывая нас злобным, ожесточённым взглядом, ответила:
– Лазарэль, я уже много раз говорила тебе - я не твоя! А сам ты любого дикого орка переплюнешь своей беспощадной бессердечностью, – и, стараясь скорее избавиться от его присутствия, потянула Горуса вперёд.
Горус, неохотно идя за мной, мрачно спросил:
– Кто он?
– Мой бывший муж, – честно ответила я и тут же пожалела об этом.
Взбешенный дикий рык огласил окрестности. Кто-то, шедший впереди нас, с испугу свернул на боковую улицу.
– Горус, Горус, – жалобно заскулила я и попыталась вернуть ему разум, – это было давно, у меня нет к нему никаких чувств, я тебя люблю!
Последние слова он, видимо, услышал, потому что рычать перестал, бешенство постепенно уходило из его глаз.
– Он точно не имеет не тебя никаких прав, и мне не надо его убивать? – хмуро уточнил он.
– Ну, Горус! Я же уже объясняла, никто не может принуждать эльфийку. А убивать нельзя, ни в каком случае.
– Но я бы, никогда не отпустил тебя, – упрямо возразил он.
– Ох, как иногда с тобой трудно, – тяжело вздохнула я. – Давай не будем портить друг другу настроение. Ты надолго уходишь, но после твоего возвращения, мы ещё раз это обсудим. А пока, просто побудем вместе, не думая о плохом.
Но вместе, нам не удалось побыть. У гостиницы Горуса ждал Такисарэль.
– Извини, Зеленоглазка, я забираю у тебя Горуса, нам надо к мастеру, он не понял, какие именно инструменты ты, Горус, хочешь взять с собой в горы. Пойдём, я отведу тебя к нему, сам объяснишь. Завтра утром, мы все завалимся к тебе с картой, надо уточнить маршрут. А после сиесты, нас вызывают на Совет Старейшин. В общем, поспеши, времени нет, – торопливо объяснил Такисарэль.
Горус посмотрел на меня с таким отчаяньем, с такой тоской, что сердце сжалось. Но я, удерживая подступающие слёзы скорой и горькой разлуки, заставив себя улыбнуться, подбадривающее сказала:
– Иди, дело есть дело. А я, завтра вечером, приду к тебе попрощаться.
Он, крепко прижав меня к своей груди, зарывшись носом в мои волосы, поцеловал в макушку. Потом, неохотно выпустил меня из объятий и умчался с Такисарэлем.
Мне было очень грустно. Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о скором расставании, я тоже занялась делом и пошла к мастеру, заказывать себе новый бубен. А завтра, пойду закажу новый концертный костюм.
Вечером следующего дня нам опять не удалось побыть с Горусом вдвоём. После посещения Совета Старейшин, парни, в гостиничном номере Горуса, укладывали рюкзаки. Когда я пришла и застала их за этим занятием, то стараясь не мешать и не отвлекать, тепло простилась с каждым, пожелав счастливого пути и удачи в делах.
Вместе с Горусом мы вышли в гостиничный сад. Он, обняв меня и оторвав от земли, долго, молча, прижимал к себе, уткнувшись носом мне в шею, а потом со смятением произнёс:
– А у нас с тобой даже брачных браслетов нет…
– Ничего, и без браслетов о нас с тобой, по-моему, все уже знают.
– Да я не в том смысле, чтобы к тебе никто не приставал, хотя это тоже важно, мне, просто, хотелось бы иметь с собой какую-нибудь вещь, напоминающую о тебе.
Надо же, такая сентиментальность никак не вяжется с его брутальностью.
– У меня ничего такого нет, вот только колечко, но оно тебе даже на шестой палец не налезет.
– Дай, – умоляюще заглядывая в глаза, попросил он, – я шнурок продену и на шею повешу.
– Конечно, возьми, – я отдала кольцо, и он крепко зажал его в кулаке. – Как рано вы выходите? Я приду проводить.
– Очень рано. И ты не приходи, иначе, я буду оглядываться всю дорогу, и это сделает меня слабым. И так, не знаю, как переживу эту разлуку.
– Тогда давай прощаться сейчас, – сказала я, крепче обнимая его за шею.
– Угу, – промычал он, ища мои губы.
Крепкие, жаркие, страстные объятия и ласковые, тёплые, нежные поцелуи совсем затуманили мне голову. Я уже не мыслила себе жизни без моего орка. Предстоящее расставание заставляло сердце ныть и чувствовать себя так, как будто мы теряем друг друга, и это наша последняя встреча. Мы всё стояли и стояли, не в силах разомкнуть кольцо наших рук.