Магия Голоса

– Я боялся об этот даже мечтать, – пробормотал он.

– Как насчёт душа вдвоём? – спросила я, чувствуя, как снова завожусь от его ласк.

– Никогда не пробовал, – ответил он заинтересованно.

– Ну, так давай, попробуй, – с озорной улыбкой сказала я, соскакивая с кровати, направляясь в душ и на ходу раздеваясь. Он ринулся за мной, тоже скидывая одежду.

Мы стояли под струями тёплой воды и с упоением целовались. Он гладил мою грудь, теребил соски, а я его живот, опускаясь всё ниже, пока мои пальцы не коснулись изумительно тонкой, шелковистой кожи его мужского органа. Но, опустив вниз взгляд, я в страхе пискнула, увидев размер его возбуждения.

– Не бойся, моя ненаглядная, я буду осторожен, – шепнул он мне в ухо и развернул меня к себе спиной. Я, слегка наклонившись, упёрлась ладонями в стенку. Его хвост бережно поддерживал меня, а пальцы поглаживая двигаясь у меня между ног, касались самой чувствительной точки, вызывая протяжные стоны удовольствия. Осторожно, чуть-чуть войдя в меня, он нерешительно замер. Я, нетерпеливо зарычав, сама смело подалась к нему. Едва дыша, опасливо, потихоньку, он стал продвигаться вперёд, пока полностью не погрузился в меня.

– Духи предков, как же я давно этого хотел, – шумно выдохнул он, и сдержанно, не спеша, ритмично задвигался, не переставая ласкать меня пальцами.

Чувствуя его непреодолимое желание и испытывая нарастающее блаженное напряжение, я ощущала приближение вожделенной развязки и, когда, наконец, долгожданный миг настал, я закричала от взрыва удовольствия и пьянящего восторга, усилившихся от его пульсации.

Я бы упала, от накатившей резкой слабости и дрожи в ногах, но, развернув меня к себе лицом и прижав к груди, его сильные руки удержали меня в вертикальном положении. Постояв так, пока не отдышались, мы не сводили друг с друга признательных, влюблённых, заворожённых взглядов.

– Я люблю тебя… – прохрипел он, сглатывая ком в горле.

– И я тебя…

Завернув в полотенце, он отнёс меня на кровать и, вытянувшись  рядом, сказал:

– Хочу всегда быть уверенным, что ты моя. Хочу засыпать и просыпаться рядом с тобой. Хочу детей от тебя. Что для этого надо сделать?

– Любить, и не лишать меня музыки, пения, общения с друзьями и близкими.

 – Это трудно, делить тебя, и с музыкой, и с родственниками, и с друзьями. Хочется, чтобы ты была только моя, – озабоченно прошептал он. – Но я буду стараться, и сумею, ведь я же сильный.

 – Да, Горус, ты очень сильный и я не сомневаюсь, что у тебя все получится,  –  с искренней уверенностью в нем, поддержала я.

Покидала я номер Горуса уже ночью, хоть он и не хотел меня отпускать.

– Горус, я обязательно приду завтра, после сиесты. А с утра, тебе надо заниматься делами, раз ты так скоро уходишь в поход.

– Теперь я уже сомневаюсь, что поступаю правильно. Не хочу и боюсь оставлять тебя.

– Не бойся, я буду тебя ждать.

– Правда?! – наклоняясь, чтобы в очередной раз поцеловать меня, спросил он.

– Да, – выдохнула я ему в губы.

И он, наконец, нашёл в себе силы отпустить меня, и проводить домой.

Утром я с удивлением узнала, что и родители, и сестра, оказывается, знают о предстоящем походе Александрэля с Горусом в горы.

– Почему же, вы все молчали, не сказав мне ни слова? – возмутилась я.

– Мы считали, что узнав об этом заранее, ты уговоришь своего орка взять тебя с собой. А поскольку, он тебе не может ни в чём отказать и ты, пользуясь этим, из него веревки вьешь, опасались, что он мог согласиться, даже понимая, как  это неправильно, – ответил Эдмунизэль.

– Вы напрасно так считали, он категорически мне отказал. Но почему, мой орк? И почему пойти с парнями это неправильно?

– Твой потому, что у нас есть глаза и мы это видим. А неправильно, потому, что предстоящий им и опасный путь, и тяжёлая физическая работа не рассчитаны на женщину.

– Значит мне, женщине, в Орочью Степь  отправиться можно, а на Западный Хребет нельзя? – возмутилась я.

– В Степь ты отправилась от безвыходного положения, тебя никто заменить не мог. И хватит спорить, лишь бы спорить. Ты же и сама знаешь, что не права, – вступила в разговор Еваниэль. – Так что, дожидайся своего орка дома. Это, вообще, вечная женская доля – терпеливо ждать мужчин, занятых работой, ради нашего благополучия. И это приходится делать тем чаще, чем мужчина более ответственный, достойный, востребованный и незаменимый.

Я заткнулась, ведь и правда, всё то время пока я была в Степи, Еваниэль с тревогой ждала не только меня, но и Эдмунизэля.

После сиесты я отправилась к Горусу.  И снова, у калитки, столкнулась с Лазарэлем. Он что, меня караулит, что ли?

– Ивануэль, нам надо поговорить!  – решительно попытался он меня остановить.

– Да не о чем говорить, все давно обговорено, – с досадой ответила я, не замедляя шага.

Он схватил меня за руку и попытался развернуть к себе лицом, а я, никак не ожидавшая этого, неловко переступив и потеряв равновесие, упала на колени. И тут же увидела, что к нам, на бешеной скорости несётся Горус, и в мощном прыжке хватает Лазарэля за горло.

– Горус! Только не убивай! Нельзя! – в панике закричала я, вскакивая на ноги и бросаясь к нему. Прижавшись грудью к его спине, я, преодолевая свой испуг, постаралась сказать спокойным Голосом:

– Отпусти его, пожалуйста.

И Лазарэль тут же рухнул на дорогу, хрипя и пытаясь восстановить дыхание.