Страница 72 из 98
- Мой лорд, я… – голос предательски дрожал. Да что с ним случилось? Почему стоит увидеть этого мальчишку — вся смелость и хладнокровие пропадает.
- Что же могло напугать моего Демона? – сердце готово было остановиться, когда глаза лорда посмотрели в его. – неужели мальчишка так страшен?
- Мой лорд, я… Он…
- Всевышний, я все-таки еще способен чему-то удивляться, — смех холодный жестокий смех. – Что же, тогда этот юноша мне нужен еще больше, не люблю когда у противника остаются козыри.
- Он… Я сделаю все что смогу или он переедет на нашу сторону или умрет, — куда же подевалось его хладнокровие?
- Другого я и не ждал от тебя мальчик мой. Что же, ах, да! Думаю для восстания все готово?
- Да, мой лорд.
- Отлично, думаю нет смысла ждать больше, пора поджечь наш маленький костерок, а то скоро волки академии растащат его, и все наши труды окажутся напрасными.
- Хорошо мой лорд. – жажда чужой крови и боли прогнали остатки страха. Скоро он окажется в своей стихии и тогда, его будет сложнее напугать. А вот как отреагируешь ты Ветер?
Веанкон. 27-й год II эпохи Победы. Март.
Дочь спала. Милое дитя похожее на отца. Мариса была некапризным ребенком, пока дело не касалось Марка. Среди всех она любила его больше всех. Стоило генералу Мирмаршу появиться в комнате и при этом не взять её на руки, сразу же начиналась истерика. Будто ребенок знал, кто его настоящий отец. Тогда, год назад, его слова были как гром среди ясного неба. Он отдавал её другому. Она его ненавидела, призирала, а потом, потом маршал приставил его к Генри, и Джил была вынуждена видеть его постоянно. Первое время он и князь все время грызлись, а потом после рождения ребенка, будто подменили. Они, конечно, не друзья, но теперь она все чаще находила их в библиотеке или гостиной мило беседующих о книгах, о политике, обо всем. Генри часто защищал Марка, Марк - Генри.
Сейчас посмотрев на дочь, что держан у себя на руках генерал, которого ребенок, видно, записал в свои няньки, она улыбнулась.
- Она тебе мешает, позволь я унесу её в детскую, — уже потянулась за Марисой, когда бархатный голос Марка заставил её замереть.
- Не стоит княгиня она мне не мешает.
На Джил словно вылили ведро холодной воды. Как он мог. Так с ней обращаться? Будто она чужая.
- Джил, милая сядь, и дай ему побыть с дочерью, — Генри покачал головой и улыбнулся, он любил Марису как дочь, но не забывал и про чувства Марка, которому и так было нелегко. В Карле были беспорядки, от страшного слова восстание их уже отделяло совсем немного. Левендат и маршал были там. А она опять это забыла.
- Да конечно, если генералу она не мешает.
- Как это очаровательное создание может мешать, — с какой же нежностью он смотрел на дочь. Сердце начало таять.
- Не завидую ей так явно, а то завидовать начну я, — прошептал Генри, обнимая её за плечи, и целуя в висок.
- Не представляла, что он способен на такую нежность, — она легко коснулась губами губ мужа.
- Я слышу в твоем голосе ревность, — князь тихо засмеялся. Как он мог все ей прощать, все истерики, все признания в любви другому? Она не знала, но была благодарна за такого мужа небесам.
- Прости, но это…
- Знаю не объясняй, — он нежно поцеловал её. Он поцелуя их отвлек смех Марисы. Они с генералом уже играли. Стоило только взглянуть в лицо Марка, чтобы понять, как он привязан к дочери. Она многое отдала, чтобы знать, что он чувствует, зная, что дочь носит не его имя. Что он никогда не сможет сказать вслух, что она его кровь и плоть. Она же это узнает, когда будет постарше и в этом и Генри с ней согласен.
- Красавица моя, ангел мой, — тихо шептал Марк, играя с малышкой. А Верджилия что и могла так смотреть на эту идиллию. Раз этот человек когда-то пользовался женщинами без зазрения совести?
Когда, спустя час, няня унесла жутко недовольную этим фактом Марису, Марк вновь задумался.
- Он вернется, — сказал Генри. Генерал бросил на него растерянный взгляд, а потом кивнул. О чем они?
- Дин, принес не лучшие новости, Темные острова тоже готовы вспыхнуть.
- Джил, душа моя ты можешь нас оставить? Не думаю, что этот разговор тебя порадует…
- Я неизнеженная аристократка… — она зашипела, ей не нравилось, когда её так выгоняли.
- Джил, иди к Марисе, она будет рада, девочка не особо любит свою няню, — перебил её Марк. Она хотела возразить, но взглянув на него, не стала. Он сильно изменился с того дня как отдал её, нет, их — Генриху. Свой властный характер, он применял только в то в таких случаях.