Страница 43 из 98
- Рию я полюбил при первой встрече, - граф засмеялся и грустно покачал головой. – Мне тогда было всего-то десять. Нас пригласили с отцом на её шестнадцатилетние, я не хотел ехать, даже сбежал, когда мы приехали в их поместье. Вот только как говорят, от судьбы не уйдешь, в саду куда я сбежал, была она. – Индеро замолчал и мечтательно вздохнул. - Я впервые тогда увидел такую красивую девушку. Мы с ней проговорили, наверное, час, если не больше пока её не стали искать, впрочем, как и меня. Она тогда назвала меня ребенком, на что я гордо ответил, что через десять лет буду в Совете Тары, а потом и вовсе в Конглаве. Она засмеялась и сказала, что будет ждать. Следующие девять лет прошли как в тумане, я постоянно учился, постегал политику и с дрожью ждал, что на очередное предложение руки и сердце она ответит кому-нибудь «да». Через восемь лет, я начал уже прокладывать себе дорогу в Совет. А почти через два года сделал ей предложение…
- Только не говори мне, что ты в Конглаве лишь из-за неё? – Генрих поражено посмотрел на друга, он не мог такого ожидать. Он, конечно, слышал от отца еще после смерти Рии, что только ради неё молодой Индеро связался с интригами политиков. Но тогда в четырнадцать он не придал этому значения, а с самим графом он, что греха таить никогда до этого не говорил по душам.
- Без неё мне и эта жизнь не нужна. А политика, да, возможно, если бы не она, я никогда бы не заинтересовался этой грязью. Знаешь, впервые месяцы, после её смерти я хотел все бросить и умереть, а потом понял, что этим подведу, ведь она мне оставила дочь. И я пошёл дальше, как видишь, не нарушил слово, я в Конглаве.
- Кажется. Мои подарки мелочны по сравнению, с тем что сделал ты для неё.
- Жизнь против дома и пары лавок? Да наверное, ты прав. Знаешь, я вот только одно не пойму, как твой отец разрешил сделать ей такие подарки…
- Если честно, отец даже разрешил мне на ней жениться, - князь закрыл глаза, - я познакомил его с ней. И это была единственная девушка на моей памяти, что он непросто принял, а даже одобрил. Когда она отказала, отец первым предложил подарить ей дом, сказав, что впервые встречает такую удивительную девушку, что, не имея ничего, отказывается от предложения юного князя.
- А сейчас влюблена в самого безнадежного мужчину этого содружества, это определено странная девушка, - Анго поставил кубок. – Мне пора, я и так задержался, дольше чем собирался. Гара, наверное, уже спит. А я так хотел её увидеть, она стала так похожа на мать…
- Слышал, ты её совсем избаловал. Заезжай еще, мне кажется, я способен наделать еще кучу глупостей, а по поводу развода, я не шутил. Умоляю, помоги.
- Сделаю, что смогу только мне надо убедиться, что она сама хочет этого… Пойми меня правильно, я тебе верю, но просто все никак не слаживается.
- Я понимаю, встретимся на Совете Глав, наш старик что-то хочет предъявить вам, не знаю, мне это показалось смешным, но спорить я не стал, решил, что будет повод развестись.
- Безумец, - Анго покачал головой, - сделаю все что смогу.
Когда за графом закрылись двери, Генрих перевел дух и взял со столика книгу, что читал до прихода друга отца. «Соната темному богу», запрещенная книга. Рассказывающая о потомках темных жрецов, что выжили и спустя, много эпох продолжали поклоняться своему богу, служа все те же кровавые ритуалы, при этом являясь не последними людьми в содружестве. Князь любил все эти книги, что запрещала святая рука. В его доме их было более тысячи. За такое могли и сжечь, но там, где они хранились не бывала ни одна чужая душа. А Джил он верил, как самому себе. Индеро, наверное, заметил запрещенный труд, но насколько знал Дирне библиотека члена Конглава была куда обширней по части запрещенных книг.
Богам забытых островов,
Молитвы не нужны,
Не видно проклятых костров,
Они давно уже мертвы.
Гласила подпись неизвестного автора, четыре строчки написанные на первом развороте, завораживали и прельщали больше чем весь остальной текст.
- Молитвы не нужны… Они давно уже мертвы… - повторил еще раз Генри, от кого-то он уже слышал эти слова, но не помнил от кого, и отложив книгу, пошел спать. Было уже поздно, а утром его ждали важные дела.
Карл. 25-й год II эпохи Победы. Начало октября.
Левендат. Проклятый ветер, которому поклонялись не меньше чем Всевышнему. Леон откинулся на кровать, все было готово, все ждали лишь одного, слова лорда. Шесть долгих лет, они готовили этот бунт, их так и не выследили. Хотя пытались, люди маршала Дерена, появлялись здесь не раз. Увы, их нельзя было убить, это бы обозначало в открытую заявить, что они здесь. Все что в этот момент могли залечь на дно. К счастью, маршал не получил поддержку Конглава, и был ограничен в действиях, правда даже эти его деяния и очень сильно мешали. Старый Риан, чувствовал, что что-то не так. Правда, этого оказалось мало, а лорд исполнил свою роль, отвлекая внимания совета и Конглава от действительно важных вопросов. Леон усмехнулся, как все иногда просто.