Страница 34 из 76
- Ч-что эт-то?!
- Мееедвееедь, наавернооое.
Мне подурнело. Кажется, я упала на что-то мягкое… вонючее…
- Я смотрю, вы подушку себе хорошую нашли?
Дёрнулась, задевая что-то мохнатое локтём. А оно сердито на меня зарычало. И такая морда на меня зыркнула, медвежья.
- Тиишеее, моооя пррееелесть, тииишеее! – запел-замурлыкал Карст.
И, пока я сидела, выпучив глаза на большую морду, а та шумно на меня дышала, будучи почти вплотную ко мне, на спине зверя возник рыжий. Прямо за шею обнял. Погладил за нос, от меня отвлекая. А медведь, как ни странно, злиться да плотоядно смотреть на меня прекратил. И даже… томно зажмурился. Впрочем, нет-нет, да и глаза открывал, бдительно смотря за мной.
- Ну, я смотрю, у вас тут любовь взаимная, - осклабился Гаад, сидевший сверху у края ямы над берлогой. - Можно никого и не спасать.
Тут только медведь дёрнулся, морду к главному злыдню мира обратил. Но… вроде тот был главный злыдень, а звери, говорят, агрессию чувствуют и не доверяют злым людям. Собаки так точно. Ну, в моём мире. Мимо них злой не пройти – облают, если на цепи или поводке, а если свободные – за спину подкрадутся, да как гавкнут в ухо, доводя до инфаркта. Но если в миролюбивом состоянии идти – они тебя не видят. Но то собаки. И в моём мире. А тут был медведь. Но на сосредоточие местного зла он как-то вообще не реагировал. Почему? Или медведи… они того? Они на тёмной стороне?!
Хищник повернулся уже ко мне, зарычал.
- Тииишеее, хааарооошшааая, тииишеее, - запел, вновь наглаживая его, Карст.
- Зря только время потратил, - проворчал Гаад, отходя от края немного и вставая.
- Спасать нас вчера надо было! – проворчала.
И снова на меня мрачно посмотрели: и морда хищная, и главный злыдень.
- Хаарооошие, вы моооии… - рыжий нагладил медведя за ухом, нос ему потёр легко, потом голову поднял, с трудом взгляд главного демона вытерпел, со второй попытки. - Ноо помооочь бы нам нааадооо… - и сказал это ласково-ласково, но на Гаада смотря.
В берлоге стало ещё теснее – Гаад вдруг оказался там, около меня, подхватил меня под мышки, на ноги ставя. Резко так рванул. И миг – и мы уже у новёхонького дома, что свежесрубленной сосной благоухает. Такого, бревенчатого. С резными ставнями, да подоконником. Гаад исчезнул – и я пошатнулась от неожиданности, опору потеряв, да на ногах затёкших. Но устояла. В следующий миг напротив появились Гаад и Карст: первый второго держал за запястье.
- Значит, так, - заявил хозяин нового дома, - Карст – на кухню, а ты… - мрачно сощурился, на меня глядя. - Идёшь за мной.
Счас мне припомнят дом былой, разрушенный!
Но парень так посмотрел на меня, что возражать не осмелилась. Натуральный взгляд мирового зла. Да ещё и чьё имущество было мной развалено.
Уже на веранде заметила, что её расположение, да и размеры дома на старый походят. Да и размер коридора, двери. Разве что мебель наполовину была новая, тоже благоухала свежим деревом. О, вот там кедровым.
- Из-за тебя наши парни весь день провозились, - сердито бросил Гаад.
Я уже испугалась, что меня сейчас потащат в подвал, в пыточную комнату. Приготовилась звать на помощь Карста, последнюю и единственную мою надежду. Но вместо этого мы поднялись на второй этаж по деревянной лесенке со ступеньками, чуть шире предыдущей. А, нет, две двери прибавилось и, соответственно, комнат. Да, точно, та сосна напротив маленького окошка в коридоре, сейчас стала ближе. С этой стороны дом стал шире. И запах сосны и кедра дурманил, такой сладкий, душистый и аппетитный.
Гаад сжал пальцы на моём предплечье, сильно. Неприятно было.
- Идешь за мной, - проворчал.
Новая спальня великого и ужасного была в точности как предыдущая, разве что только лавка была чуть потемневшая от времени. А шкаф, комод, стол, лавка, два стула и кровать пахли свежим деревом. И это они за один день сделали? Да у них тут целая бригада работала! Строители и столяры.
- И даже не скажешь спасибо, что тебе дал отойти от работы? – Гаад мрачно прищурился.
Запоздало подумала, что вроде бы это должен был быть повод для благодарности: и что от пыток в наказание милостиво освободили, и от эксплуатации меня на стройке.